Темноволие - Руслан Алексеевич Михайлов

Оп-па…

А вот это уже знакомо.

Постояв чуть в стороне от входа, я нашел интересующих меня личностей, дождался, когда рядом с ними освободится одно местечко и одним стремительным броском занял его, втиснувшись между гномой и могучим человеком. Положив локти на липкий стол, я улыбнулся присутствующим и крикнул куда-то в сторону бара:

- Пива и орешков!

Не прошло и секунды, как мне на голову мягко приземлилась пушистая беличья задница. По лицу ударил пахнущий одеколоном хвост, а на стол встала полная темного пива граненая кружка. Дробно отстучали по столу покатившиеся орехи, а у меня из пальцев забрали серебряную монету. Хорошие здесь цены…

Из всех орехов мне досталось не больше пяти – остальные были припечатаны и захапаны быстрыми девичьими ладошками. Хрустя моими орехами, сидящая рядом гнома покосилась на мой халат и заметила:

- Ты ошибся столом, парень. Факультет серых выпендрежников вон там дальше. Они там посасывают бесплатные коктейли. Иди и ты пос…

- Кокко! – сидящая напротив нее Адская Блоха укоризненно покачала головой – Ну зачем ты так? Мальчик выиграл халат и пусть себе радуется…

- Я не за коктейлем или халатами здесь – мирно улыбнулся я и поднял кружку – За отдых?

- За отдых – после короткой паузы ответила Блоха и ее кружка со звоном соприкоснулась с моей.

Гнома пренебрежительно фыркнула, а затем ее фырканье перешло в громкий смех, когда вставший за моей спиной аист отрыгнул на стол фужер с коктейлем. Гора сливок, радужное содержимое, много вишенок и золотых блесток. А еще три разноцветные трубки… Оглядев сие богатство, я поднял взгляд на аиста и покачал головой:

- Мне этого не надо. Проглотите обратно, пожалста…

Аист одним мощным кивком избавил стол от пустой винной бутылки и ушел.

- Эх – вздохнула Кокко, вытягивая руку и хватаясь за ножку бокала с коктейлем – Помогу тебе…

- Буду рад – рассмеялся я – Доброе пиво и подсоленные орешки – вот правильный выбор. Хотя не откажусь и от пары бокалов сладкого вина, если оно пьется в такой вот хорошей компании как сейчас. Кстати – я Шмыг. Рад официально познакомиться.

- А ты молоде-е-ец – прогудел сидящий рядом со мной громила с ником Злобный Бейгл – Подкатил крас-и-иво… Халат подаришь? Я коллекционирую.

- И много уже собрал? – полюбопытствовал я.

- Твой будет первым в моей на глазах рождающейся чудесной коллекции… Подаришь?

- Не подарю – с достоинством ответил я и, поправив лацкан смешного одеяния, опять повернулся к наблюдающим за мной девушками – За встречу!

- Мы уже чокались – фыркнула гнома.

- Но все еще в здравом уме – я подарил ей самую свою роскошную улыбку.

- Чего ты хочешь, Шмыговик?

- Шмыг – поправил я и пожал плечами – Да особо ничего, если честно. Просто вы так классно меня уделали в том саду, что я вас запомнил. А потом повстречал по пути сюда и услышал обрывки слов про какой-то Соленый Могильник.

- Подслушивал? – прищурилась гнома.

- Да вы смеялись на весь этот лагерь и его далековатые окрестности! – парировал я.

- Далековатые?

- Далековатые – подтвердил я – Ну расскажите про Могильник. Чего вам стоит? Инфа ведь вряд ли секретная?

- Так поищи на форуме, серый выпендрежник.

- Ценю живое общение. И готов угостить не только таким вот странноватым коктейлем, а вообще чем угодно, но только на сумму в девять серебряных монет…

- Хм… - Кокко глубоко задумалась, глядя на сидящую напротив подругу.

Помимо нее нас слышали еще несколько сидящих рядом игроков, но меня это абсолютно не смущало – все по суровым канонам трактира для авантюристов, где в схожих условиях обсуждаются самые заветные тайны, а на заляпанные свечным воском и добрым ромом столешницы падают древние карты и золотые монеты… А еще там льется кровь…

- Кровь! – прошипел я и сунувшийся было поближе остроухий рыжий эльф испуганно отпрянул и возопил:

- Да нормальный ли ты, человече?

- Это сложный вопрос – признался я и подбросил на ладони остатки своих серебряных запасов – Вот деньги, дамы! А еще можно продать за большую сумму мой серый халат выпендрежника! Ну что? Тусим до рассвета? Или расползаемся сонными зябкими тушками по домам?

- Тусим! – уверенно кивнула Блоха.

- ТУСИМ! – дружно заорали абсолютно незнакомые мне игроки, тянясь ко мне винными бокалами и пивными кружками.

Пожав плечами, я с широкой улыбкой поднял кружку и над участком нашего длинного стола разнесся настоящий колокольный перезвон, что предвещал очередное приключение…

Глава 10

Глава десятая.

Хотя я планировал интересный диалог с более чем привлекательными и умными девушками, в эту ночь моим планам не было суждено сбыться. Поднятая мной тема оказалась крайне интересна почти всем собравшимся. В результате уже через десять минут вокруг нас собралась настоящая толпа кричащих и вопящих игроков. Аистам пришлось летать, а не ходить, белки устроили бесконечный хоровод из пива и орешков, а на мою голову пролилось столько информации, что вскоре возникла проблем с ее поглощением.

Соленый Могильник.

Пятиуровневый данж стандартного приливного типа. Возник всего год назад.

Я, кстати, даже и не ведал ничего про «приливные типы подземелий», пока меня не просветили. Оказалось, что в Вальдире их не менее нескольких десятков и ходят слухи, что вскоре появятся дополнительные и пока не активированные. Вся суть «прилива» заключалась именно в этом – чаще всего по графику приходила некая могучая волна, которая резко меняла всю ситуацию внутри подземелья, путая карты, принося хаос и смерть. Чаще всего под приливной волной подразумевалась вода, но иногда это были ледяной туман, горячий пылевой вихрь, раскаленный металл, эманации чистой магии, стены огня или лавы, льющая из щелей алхимическая кислота и еще много чего крайне неприятного. Такие данжи существовали как для маленьких так и для серьезных уровней.

Соленый Могильник находился в нижнем спектре по опасности обитающих в нем монстров и прекрасно подходил для игроков от шестидесятого до восьмидесятого уровня. Как и следовало из названия, в подземелье обитала восставшая нежить. И прилив здесь был самым настоящим – соленым, буйным, океаническим. А статус «подземелья» этой локации вообще был выдан чисто символически – ибо первые три уровня изобиловали «окнами», что выходили на отвесную стену прибрежных меловых