Первый урок Шоломанчи - Наоми Новик

– Если у тебя не получится хороший перевод к концу первой четверти, я брошу что-нибудь из своих языков и займусь китайским, – сказала я.

Лю с сомнением взглянула на меня:

– Я знаю, что ты умеешь петь, но это очень трудно…

– Я справлюсь, – уверенно ответила я.

Усиление маны – необходимое требование практически для всех имеющихся у меня смертоносных заклинаний, даже при тех объемах энергии, которые они исходно требуют. И мне никогда еще не попадалась такая полезная штука, как заклинание усиления: оно выделяет один конкретный этап – настолько, чтобы можно было выцарапать этот элемент посреди творящегося ужаса и чтобы процесс в то же время шел своим путем.

Лю сделала глубокий вдох и кивнула:

– Ну… если Аадхья не против, то…

Она не договорила. Но я тоже кивнула, и мы несколько секунд смотрели друг на друга, шагая по коридору. У Лю дрогнули уголки губ – она неуверенно улыбнулась, и я тоже. Странное было ощущение.

– Хочешь, после обеда вместе сядем писать контрольную по истории? – предложила я. – У меня есть уголок в библиотеке, в отделе языков.

– Конечно, давай, – сказала она. – А Орион с тобой разве не пойдет?

И Лю вовсе не имела в виду, что ее в первую очередь интересует присутствие Ориона – она просто хотела знать, хватит ли места для троих.

– Там огромный стол, – заверила я. – Все поместятся, только я прихвачу по пути складной стул.

Но после обеда Орион сказал:

– Я пойду вниз, мне надо кое-что сделать.

– Тебе правда надо что-то сделать, или ты предпочтешь слоняться внизу, чтобы не взаимодействовать с другими людьми? – уточнила я. – Лю будет вести себя прилично.

Я совершенно точно не желала бросать ее ради Ориона: мы ведь с ним на самом деле не были парой.

– Да нет, я не возражаю, – сказал Орион. – Лю мне нравится, я не против. Но у меня дела.

Говорил он не очень убедительно, однако спорить я не собиралась. Орион не обязан передо мной отчитываться. Я пожала плечами:

– Постарайся не раствориться в кислоте.

Мы с Лю отлично поработали: написали почти половину контрольной.

– Сегодня после ужина у меня групповой проект в лаборатории. А завтра давай опять позанимаемся, – сказала она, когда мы закончили.

Я кивнула, наслаждаясь мыслью о том, что, может быть, предложу Аадхье или даже Нкойо пойти после ужина со мной в библиотеку. Есть несколько человек, которых я могу позвать с собой, и если они откажутся, это не навсегда. Я даже обрадовалась, когда Аадхья действительно отказалась, сказав, что ей нужно поработать над каким-то артефактом, и было ясно, что она не пыталась выдумать предлог.

– Заходите вечерком, – предложила она. – Сбегаем в буфет, если у вас есть жетоны.

Мы с Лю кивнули; у всех у нас было время подумать, и теперь можно наконец решить, готовы ли мы двигаться дальше.

Я лелеяла в себе это ощущение до конца уроков, и оно не развеялось, даже когда я увидела, как Магнус и Хлоя возле столовой, разговаривая с Орионом, предлагают ему после ужина отправиться в библиотеку со всей нью-йоркской компанией.

– Возьми с собой Эль, – сказала Хлоя.

Вероятно, они задумали очередное покушение.

– Не могу. Я… иду в лабораторию, – ответил Орион.

– В лабораторию? – переспросил Магнус. – Не к себе?

Орион действительно говорил таким тоном, словно подыскивал повод; но Магнус бросил на меня взгляд, ясно дающий понять, что свои мысли он озвучивать не станет.

Орион, ничего не заметив, ответил:

– Что? Нет, не к себе.

Прозвучало столь же «убедительно».

– А, ну ладно, – сказал Магнус. – Галадриэль тоже пойдет в лабораторию?

– Нет, – резко отозвалась я: раз уж речь зашла обо мне, я чувствовала себя вправе вмешаться в разговор. – У меня контрольная горит.

– Хочешь с нами в библиотеку, Эль? – напрямик спросила Хлоя. – У нас есть свободное место за столом.

Вот, значит, до каких пределов дошло их отчаяние: ребята из анклавов никогда никого не зовут к себе. В лучшем случае, они с великолепным снисхождением скажут, что рады тебя видеть. Необходимость унижаться, видимо, страшно бесила Магнуса.

– Нет, – ответила я. И пошла в столовую, не попрощавшись с ними.

Орион оставил приятелей и нагнал меня в очереди.

– Только не говори, что Хлоя пыталась добиться от тебя лести, – сказал он.

– Ну что ты, она пригласила меня от всего сердца, искренне и великодушно, – усмехнулась я. – Я должна была растаять. Кстати, вчерашний ползун явился ко мне не случайно.

– О-о… мои друзья с тобой вежливы, значит, они пытаются убить тебя без всякой причины, – сказал Орион. У него хватило наглости разозлиться. – Ты издеваешься? Ты хочешь, чтобы я защищал тебя от Хлои Расмуссен?

– Я хочу, чтобы ты сунул башку в кастрюлю с пюре, – процедила я и мстительно схватила две последние сосиски с подноса.

Но одну из них я отдала Ориону. Он не виноват, что вырос среди избалованных кровожадных гадов.

Я страшно удивилась, когда после всего этого Хлоя предприняла вторую попытку, перехватив меня в читальне, по пути к полкам.

– Не интересуюсь, – ледяным тоном отрезала я.

– Нет, Эль, послушай, – настаивала Хлоя.

Я зашагала дальше, в раздел заклинаний, но она буквально побежала за мной и схватила за руку.

– Хоть пять секунд побудь нормальным человеком! – выразительно прошипела она, а потом добавила: – Я не… короче, не ходи в свой уголок.

Я остановилась и уставилась на нее. Хлоя отвела глаза. Вид у нее был смутно виноватый, даже какой-то затравленный. Мы стояли в полумраке, но из уголка ньюйоркцев нас было видно. Я заметила на одном из диванчиков Магнуса.

– Посиди с нами, ладно? – сказала Хлоя. – Ну или иди к себе.

– А моя комната еще долго будет безопасной? Не сомневаюсь, Магнус скоро изобретет что-нибудь еще! – Я в подробностях представила себе, как подойду и расплющу ему нос. Крепкого удара сверху вниз будет достаточно, чтобы раздался приятный хруст… – Или нет. Наверное, он побоится случайно убить и Ориона. Это уж как-то слишком – самим его угробить. Стоило тратить столько сил, чтобы помешать мне…

Хлоя поморщилась:

– Ты пойдешь к дубайцам?

– Они меня не приглашали. Я починила кресло в их уголке, потому что мне нужен арабский язык. Но даже если бы меня позвали и я согласилась, это еще не повод подбрасывать ползуна! – добавила я сквозь зубы, потому что у этой нахалки на лице нарисовалось облегчение.

– Что? Нет! Мы не… – Хлоя, видимо, сообразила на половине фразы, что