Конец легенды - Денис Ватутин

– Замолчи, – прошептал я, в благоговейном ужасе глядя на приближающуюся ко мне змеиную голову. – Не верю ни единому твоему слову, сгинь…

– Может, тогда поверишь мне? – произнес низкий бархатный баритон.

Я бросил на Дарби, как мне показалось, уничтожающий взгляд, но это был уже не Дарби. Кожа его стала пепельно-серой, черты лица резкими и массивными, брови черными и густыми.

– Дядя? Это ты? – растерянно пробормотал я.

– А ты думал, это налоговый инспектор? – Сатана нахмурился. – Дарби-то тебе все правильно изложил: его не послушал, так меня послушай…

– Дядя, я прошу тебя, не мешай, – я умоляюще поглядел на него, чувствуя, как мой палец сильнее надавливает на спусковой крючок. – Я познаю Истину, а ты со своими разговорами…

– Ну ты, милый мой, и хам, – протянул Сатана. – Значит, все, что я тебе рассказывал, – это так, фигня, а вот эта свистулька электромагнитная, значит, истину тебе впрягает, да? Единую и непогрешимую? Дэн, ты что, придурок?

Я молча отвернулся от него…

– Дэн…

Я резко обернулся: вместо Сатаны в тумане колыхалась хрупкая фигурка в оранжевом экстрим-комбезе, и серые глаза Ирины, полные слез, глядели на меня с упреком…

– Ира?! – воскликнул я.

– И-и-и-и-и-и-и-и-и! – засвистел Хозяин Горы Холхочох на высоких раздраженных нотах.

– Дэн, не бросай меня, – тихо, дрожащим голосом произнесла она. – Ты же обещал защитить меня… Ты же можешь, я знаю… Ты можешь очень-очень много…

– Ира, – я начал говорить, почти захлебываясь словами, – Ира, я все понял! Хозяин Горы мне все объяснил! Мы должны умереть, Ира, – это свобода, понимаешь? Свобода навсегда! Навсегда и вместе… Ира, пойми… Ты тоже…

– Нет, – она грустно покачала головой, – нет, мы должны жить… просто жить…

– Жить?! – вырвалось у меня. – Но зачем? Все равно мы умрем! Это же такое счастье! А потом… потом… Жизнь так глупа, жестока и цинична… Это как подготовка, как ясли или школа для тех, кто не понимает, в чем вечность и совершенство, – это же очевидно!

– Всему свой черед, – сказала Ирина тихим ровным голосом. – Мы должны жить, просто по-другому, понимаешь? Жить тоже можно в гармонии и равновесии – этому и учит бытие, а не смерти. Смерть надо еще заслужить… Понимаешь? Незаслуженная смерть – это настоящее НИЧТО! А если ты поймешь ее и осознаешь, это будет уже не смерть…

– Не смерть, а что? – недоуменно переспросил я.

– Другое… – ответила Ирина и стала медленно растворяться в тумане…

– Эй, постой! – крикнул я.

– Ы-ы-ы-ы-ы-ы-ы-ы-ы! – взревел Хозяин Горы.

Я вдруг понял, что стою на коленях, с револьвером в руке, а рядом со мной лежат два недвижимых тела – это Джей и Отшельник. А прямо передо мной, метрах в десяти, извивается и воет темная воронка сгущающегося тумана, напоминающая небольшой смерч. Она слабо пульсировала, со свистом закручивая в танце мелкий щебень, и я никак не мог понять – что происходило сейчас? Было какое-то смутно тягостное ощущение, будто произошло что-то неправильное, хотя с момента, как мы преодолели кристаллический вал, по хронометру прошло не более сорока минут…

Меня всего трясло, как мокрого кролика…

– Эй! Ребята! – кричал я в микрофон, дергая за плечи своих спутников. – Эй! Очнитесь! Джей! Чувак! Давайте пойдем отсюда! Эй!..

Почему-то лицо мое было мокрым, и нос забит соплями, которые я пытался отхаркивать в подгубник.

– Где это мы? – сонным голосом спросила Джей.

– В очень дерьмовом месте! – выкрикнул я. – Пойдем отсюда куда-нибудь…

– Зачем, Странный, ты так кричишь? – зашевелился Отшельник.

– Тут что-то не так, – убежденно сказал я. – Надо линять отсюда…

– Ураган! – закричал вставший на ноги Отшельник, указывая на воронку, танцующую в клочьях тумана.

– Это еще ерунда, – тихо пробормотал я.

Медленно мои спутники приходили в себя.

– Что было-то, Дэн? – спросила Джей.

– Да я сам плохо помню, – сказал я неуверенно. – Здесь что-то странное происходит, что-то здесь типа… Ну… магнитных бурь…

– Ладно… – проворчала Джей, – я так поняла, что нас отключило всех… Да?

– Вроде того. – Я кивнул, а она повернула ко мне голову в шлеме, и я мог поклясться, что в ее взгляде сквозило недоверие.

– Да меня тоже зацепило! – возмущенно воскликнул я. – Я чуть не пустил себе пулю в лоб! Сам!

– Но тебя не отключило, – с подозрением сказала Джей.

– Меня прозвали все же Пастухом Глюков, – заметил я. – Да и лучше бы меня отключило…

– А что, по ощущениям было похоже, как у тебя с глюками бывает?

– Да, – кивнул я, тяжело вздохнув. – Только тяжелее…

Я вспомнил, как совсем недавно чувствовал упоительное и глубокое счастье при мысли о смерти, – по коже моей пробежали мурашки. Я представил себе, как лежал бы тут, с развороченной затылочной костью, как шлем наполнился бы кровью, которая стекала бы ручейком на влажные каменные плиты, и содрогнулся…

Глюки, доводящие до самоубийства! Это что-то новенькое. Это значит, что приходится признать – данный тип аномалий способен воздействовать своим излучением не грубо и вслепую, а непосредственно на центральную нервную систему вообще и на высшую нервную деятельность в частности! Это… Как это объяснить? Как электромагнитная аномалия могла отдать моему мозгу приказ вынуть из кобуры пистолет и выстрелить себе в голову?!

Может быть, именно такая аномалия и заставила выскочить из палатки людей Криса в диком паническом ужасе, распоров синтефибровое полотно купола ножом, побросав снаряжение и оружие. Глюк вошел в контакт с их мозгом, а ведь ничего страшнее собственных страхов человек представить себе не может… Вот побежали они в разные стороны… Пока глюк не догнал их… Да, не хотел бы я там оказаться… Бедная моя девочка, как она все это пережила? Крис – мощный телепат, возможно, он смог блокировать излучение аномалии, экранировав своим полем тех уцелевших, которые вырвались с ним… И Ирину тоже… Это было ужасно, но в эту минуту я был Крису благодарен…

– Давайте скорее уходить отсюда – плохое место, – неожиданно тонко проскулил Отшельник.

– Да, – кивнула Джей в сторону гудящей извивающейся воронки, – я вообще не из пугливых, но когда появилось оно, у меня от страха онемело туловище – никогда раньше так не боялась, разве что за отца… А тут такая шальная мысль в голове – вдруг папа пойдет меня искать и заберется на эту гору? Увидела прямо его бледное мертвое лицо в снегах, аж в глазах потемнело…

Отшельник отчаянно тянул меня за рукав, тихонько поскуливая, как ручной цербер.

– Куда ты меня тащишь? – спросил я.

– Отсюда, подальше, вот так вот… – со слезливыми нотками в голосе простонал он.