Лабиринт Страха - Алексей Витальевич Осадчук

― Хитр, кто это с тобой?! ― проигнорировав издевку, пискляво выкрикнул толстяк.

― Это мастер Боровик и мастер Эрик! ― почти торжественно представил нас хитрюга маг. ― Они помогли нам уничтожить стаю чернокровов. Они друзья и приглашены мной в Лесоград!

Мы переглянулись с Боровиком. Лесовик, увидев ухмылку на моем лице, покачал головой. Меня так и подмывало сказать ему: «Я же говорил!» Мы еще даже не успели покинуть эту поляну, а нас уже используют.

Толстяк поморщился. Весь его вид говорил о том, что мы, сам Хитр и остальные выжившие являемся для него неприятным сюрпризом. Слева от белобрюха появился еще один лисолюд. Мелкий, сухощавый, с шерстью мышастого цвета. Хм… Лис, который похож на крысу. Это что-то новенькое. Он быстро начал говорить на ухо толстяку, отчего тот скривился еще больше.

― Ты, как всегда, прав, дорогой Хитр! ― с фальшивым дружелюбием заговорил толстяк. ― Мы получили известие о нападении тварей на охотников и сразу же поспешили на помощь!

После его слов, возникшее на поляне напряжение спало и воины-лисолюды, как с одной стороны, так и с другой, начали опускать оружие.

Сам Мудр Белобрюх в сопровождении белого гиганта и мелкого лиса двинулся в нашу сторону. Хитр, кивнув нам, последовал его примеру.

Когда до троицы новоприбывших оставалось шагов пятнадцать, я неожиданно ощутил горечь во рту. Хотел было дернуться, но на мое плечо легла рука Боровика.

Мы переглянулись.

― Не торопись, ― прошептал он одними губами. ― Надо присмотреться. Может быть, просто артефакт.

Когда мы остановились в нескольких шагах от белобрюха и его сопровождающих, я уже точно знал, от кого из них несло тьмой.

Глава 20

Поход продлился не три дня, как до этого утверждал Хитр, а шесть суток. Правда, для нас это не было сюрпризом. Волокуши с ранеными, детвора, много привалов ― мы еще, на удивление, быстро передвигались.

К слову, Белобрюх со своим отрядом покинули нас еще в первый день. Толстяком были даны расплывчатые объяснения о каких-то безотлагательных делах, в силу которых он и его бойцы не могут сопровождать нас. Не удивлюсь, если узнаю, что жирдяй и вся его свора уже давно находятся в Лесограде. Любопытные у них отношения в клане. Я так прямо и сказал Боровику об этом.

― Противостояние родов, ― пожал плечами он. ― Такое происходит повсеместно. Не только у лисолюдов. Отчасти это правильно.

Я от такой новости чуть было не споткнулся.

― Бросать раненых и детей ― это правильно?

Боровик хмыкнул. Похоже, наши мнения в этом вопросе совпадали.

― Насколько я понял, эти охотники и их семьи служат роду Рыжехвостов, ― Боровик кивнул в сторону вереницы волокуш. — Это обязанность рода помогать им. Разве они брошены? Разве им не оказали помощь?

Я пожал плечами.

― Тогда какой смысл называть себя кланом? В моем понимании члены одного клана ― это одно целое. Независимо от рода или статуса.

― Может быть когда-то, еще во времена основателей они и были таким кланом, как ты говоришь… Сейчас же, судя по тому, как они вели себя там в поселке охотников, каждый род тянет одеяло власти на себя. Потому я и сказал, что соперничество отчасти ― это правильно. Сохраняется некое равновесие.

― Да они чуть было не вцепились друг другу в глотки, ― фыркнул я. ― Руку даю на отсечение, если бы не наше присутствие, тот толстяк отдал бы приказ ― убить всех. А еще тот мышастый сморчок…

― М-да уж, ― покачал головой Боровик. ― От него тьмой несет за версту. Наверняка таскает с собой какой-то темный артефакт.

― Не обязательно, ― возразил я. ― Доводилось встречать чернокрова, которому не стоило труда постоянно находиться в образе человека.

Вспомнив Шена, слугу и телохранителя мастера Чи, я невольно поежился. Любопытно, я бы сейчас его учуял?

― Может все-таки стоит предупредить Хитра? ― спросил я.

― Ты же сам не хотел вмешиваться в их внутренние дела, ― возразил Боровик.

― Ты прав, ― со вздохом согласился я. ― Не хватало еще влезть в их лисьи свары…

― Хитр ведь сам объявил, что мы гости клана, а не его рода, ― напомнил Боровик. ― Это разные вещи. Мудр Белобрюх с этим согласился. Это значит, что мы вне междоусобных войн. Мы помогли клану. Мы друзья всем родам. В таком статусе я бы и хотел остаться.

Я согласно кивнул. Обеими руками «за».

― Так что приготовься, ― предупредил Боровик. ― Там в поселении нам сделают много предложений. И подмигнув, добавил: ― А за тем странным лисом мы понаблюдаем. Пусть думает, что мы ничего не заметили. Если что ― никуда он от нас не денется.

За время похода я успел убедиться, что местный лес не такой уж и дикий, каким показался мне изначально. Мы шагали по довольно широкой тропе, за состоянием которой явно следили. Молодые деревца и кусты, которые пытались отхватить себе кусочек дороги вырывались с корнем. Ямы засыпались землей и камнями. И чем ближе к Лесограду мы были, тем шире и оживлённее становилась тропа.

На четвертый день пути мы вышли к первому нормальному поселку. Помимо нор-землянок там мы увидели несколько необычных хижин, построенных вокруг широченных стволов деревьев-исполинов. Увидев которые, Боровик впал в ступор.

― Желтые секвои! ― ошарашенно произнес он. ― Деревья-дома! Этот поселок строил… кхм… вернее вырастил кто-то из первородных!

Затем он с болью в голосе произнес, указывая на несколько холмов на прогалине, покрытых ковром из темно-зеленой растительности.

― Их было больше.

Для меня это были гигантские пни, засыпанные землей и заросшие мхом. Боровик же воспринимал их, как могилы…

Не обращая внимания на жителей поселка, Боровик, как завороженный, приблизился к одному из гигантов. Закрыв глаза, он прижался к нему всем телом.

Быстро нарастающее пламя недовольства местных жителей поведением чужака в зародыше погасил Хитр.

Остановившись рядом со мной, он, то ли утвердительно, то ли вопросительно произнес:

― Мастер Боровик ― первородный…

― Да, ― коротко ответил я. Не было смысла скрывать.

Спустя несколько минут, Боровик, нехотя, отлепился от секвои и двинулся в нашу сторону. Его лицо было мрачнее тучи.

― Этот лес очень болен,