Сотерис - Дмитрий Таланов

— Она может быть кем угодно, — сказала Маша. — Мне это неинтересно. Но она не та, за кого себя выдает.

— Ты с ума сошла, да? — проникновенно спросил ее Сашка. — На почве изучения магии.

— Не нервничай раньше времени, — прервала его Маша. — Сейчас всё узнаешь. Всё началось в тот день, когда ты подрался с Игорем, — сообщила она. — Когда тебя увели, мне показалось, что Лилия не плакала, сидя у стены, — она смеялась.

— Да ты полная идиотка! — гневно бросил ей Сашка. — Интересно, смеялась бы ты, если б этот лоб заехал тебе под дых со всей силы!

Маша опустила глаза и выставила вперед ладонь:

— Не перебивай, сначала выслушай.

Сашка произнес сквозь зубы:

— Ладушки, плети дальше!

Помолчав, Маша продолжила:

— Я спросила Игоря, что произошло между ним и Лилией. Да-да, я это сделала! — подтвердила она, увидев выражение Сашкиного лица. — Я же уговорила его не подавать на тебя в суд.

— Какого черта ты вмешиваешься не в свои дела? — огрызнулся он.

По лицу Маши прошло нечто вроде судороги, но ответила она спокойно:

— Это сейчас не важно. Но я еще раз прошу не перебивать.

Сашка промолчал.

— В тот день Лилия поймала Игоря в коридоре и потребовала от него признания перед завучем, что это он выкинул иссоп в окно, — сказала Маша.

Сашка проглотил готовые сорваться у него слова.

— Когда же Игорь отказался, она подождала твоего появления, в котором была уверена: ведь она передала нам с Андреем, что ищет тебя. А дальше произошло то, что ты видел. С одной поправкой — Игорь не понимает, почему он ударил Лилию. Говорит, что не собирался этого делать, это получилось против его воли.

— Чушь! — злобно выкрикнул Сашка. — Иди ты!

— ДА ПОМОЛЧИШЬ ТЫ ИЛИ НЕТ? — рявкнула Маша в ответ, и эхо ее голоса гулко прокатилось по всем этажам.

Они замолчали, глядя волком друг на друга, но через некоторое время Сашка первым сделал знак продолжать.

— Лилия очень интересная девушка, — хрипло сказала Маша и откашлялась. — Ей без видимых усилий удается то, на что мне требуются недюжинные тренировки. Например, она очень хорошо кидает горшки с иссопом.

Сашка пристально посмотрел на нее.

— Ты пробовал кинуть запакованный в просторный полиэтиленовый мешок длинный, покрытый листьями стебель с маленьким пластиковым горшком земли на конце? — спросила она.

Сашка отрицательно помотал головой.

— А я пробовала, — сказала Маша. — Не с этим, — кивнула она в сторону двери, — с другим иссопом. Пошла в Ботанический сад, купила, надела сверху мешок для мусора и кинула в парке как смогла. Так вот, он не улетел и на десять метров. Слишком велико сопротивление воздуха. А из окон кабинета математики до места, где я стояла, в разы больше. Тут не мастером надо быть, а асом.

— К чему ты мне всё это рассказываешь? — хмуро спросил ее Сашка.

Маша усмехнулась:

— К тому, что кое-кто из находившихся тогда на футбольном поле успел заметить, что последней в окне кабинета математики мелькнула именно Лилия. После тебя, заметь. И она не любит цветы. Но аллергии у нее на них нет: ни на иссоп, который она хоть и не брала в руки, но особо не сторонилась, ни на ирисы у тебя в прихожей. И всё же она боится их — настолько, что засунула растение в мешок.

Сашка вспыхнул как рак, но промолчал.

— И последнее, но самое интересное — инцидент с вороном…

Сашка буквально впился в Машу глазами.

— Я прикинулась дурочкой, когда услышала ответ Лилии, с какой стороны шел звук, потому что раздался он в общем-то от школы, но совсем не с крыльца, где стоял Сергей Сергеич. Звук шел от Лилии, стоявшей чуть в стороне, или я совсем глухая.

Сашка спросил воинственно:

— Как она сумела это сделать?

— Не имею понятия, — ответила Маша. — Помню только, что рот у нее был открыт, словно она вопила во всю мочь.

— Зачем она проделала это на глазах такого количества народа? — удивился Сашка. — Если ты утверждаешь, что она не человек, зачем ей было спасать меня и Андрея?

— Именно над этим я ломала голову последнее время, — сказала Маша. — Я даже думала, что мне приснилось это, потому как ни одного прямого доказательства у меня нет. И всё, что я перечислила, можно списать на «показалось».

— Вот именно! — гаркнул вдруг Сашка. — Именно, что ПОКАЗАЛОСЬ! Иди ты лесом со своими доказательствами!

Он развернулся и распахнул дверь в квартиру. Маша мельком глянула в прихожую: там никого не было.

— Смотри, как бы она уже не смылась с твоей раковиной! — бросила Маша ему в спину. — Ведь ради этого всё затевалось. Расчет был, что ты полезешь в драку, она с тобой поссорится, потом помирится, и ты растечешься счастливой лужей! И вручишь ей то, что работает только будучи добровольно отданным, забыл? Разыграно как по нотам!

— Иди в задницу! — крикнул Сашка в сердцах.

Он был уже в квартире, собираясь захлопнуть дверь.

— Ах вот как! — воскликнула Маша, проскакивая внутрь. — Видимо, это существо в юбке лишило тебя последних мозгов. Так отдай ей раковину и посмотри, что будет!

— Уходи, — встав у нее на пути, сказал Сашка.

Маша попятилась, но не от него. Из дверей комнаты показалась красная как рак Лилия. Сашка не видел ее, он стоял к ней спиной, глядя на Машу. На ее белое, как мел, лицо и ставшие вмиг огромными глаза, полные ужаса и отвращения. Дальнейшее произошло очень быстро: одним текучим движением Маша оказалась у телефонного столика.

— Что ж, смотри, — прошептала она.

В следующую секунду иссоп полетел в Лилию, и тут Сашка оглянулся.

Растение угодило соцветиями Лилии в лицо, и оно в секунду покрылось жуткими зелёными пятнами. Раздался странный звук, полувсхлип — полустон.

Лилия бросилась в ванную. Сашка развернулся к торжествующей Маше.

— Уходи! — сказал он, сжимая добела кулаки.

— Ты и меня теперь побьешь, как Игоря? — яростно спросила она.

— УХОДИ! — не выдержал Сашка.

Машу вынесло за порог как ветром. С мощным хлопком закрылась входная дверь. Сашка ринулся к ванной, но она была закрыта изнутри. Услышав, как там вовсю льется вода, он прислонился без сил к стене.

Лилия вышла минут через пять, вымокшая до пояса, с мокрой головой. Она не сняла резинку с хвоста, и ее волосы висели теперь жалкой сосулькой. Видимо, она не хотела терять время, сразу нырнув под струю воды.

Сашка против воли вздрогнул: лицо, шею и руки Лилии покрывали безобразные зелёные пятна. В его голове молнией пронеслось всё, что он слышал от матери о подобных реакциях, и он смятенно спросил: