Скованная льдом - Нина Черная

Я огляделась заинтересованно, пытаясь отыскать эту самую крепость. Но на глаза попадались наши опасные Белые горы, из которых мы вышли. Дальше снежинки отказались перемещать хозяина, истаяли недовольно в воздухе, раскаленном жарким солнцем.

— Ты не увидишь его терема, родная, — заметил Макар, когда я откровенно головой вертела из стороны в сторону, — спрятал Светозар свое жилище от чужих глаз в ущельях каменных, что лагуну жемчужную от людей прячут.

Вот, значит, почему крепость жемчужная? В лагуне одноименной находится. Знать бы еще, что это такое — лагуна.

— Нам туда долго идти? — поняла я вдруг, что ноги я стопчу знатно, и новые туфельки, которые Макар сам надевал на мои стопы, в лохмотья превратятся.

— Нет, — улыбнулся мужчина, — но если ты устанешь, скажи, я донесу тебя на руках. Негоже невесте моей мозоли натирать по камням басурманским.

Я снова вспыхнула, как свечка парафиновая, только улыбка сама собой расплылась. Счастливая и широкая, Макар в ответ улыбнулся и вдруг подхватил меня под колени неожиданно, да над землей поднял. Я взвизгнула от неожиданности и за шею его уцепилась.

— Макар! — крикнула я недовольно, от того, что испугалась, — я же не устала!

— А я решил тебя донести, — подмигнул он мне весело и, прикрыв глаза, вдохнул аромат моих волос, чем смутил еще больше.

Я спряталась на его груди и решила молчать, чтобы не смущаться пуще прежнего.

— Вмиг доберемся, родная, — прошептал он мне на ухо, щекоча на удивление горячим дыханием.

Я кивнула куда-то в район его ключиц, и прикрыла глаза. Дорога показалась мне быстрой. Макар передвигался настолько стремительно, что я и не заметила, как вокруг все наполнилось криком странных птиц, а в нос ударил терпкий запах, который раньше не ощущала. Но не успела открыть глаза и рассмотреть, куда мы успели добраться, как грубый мужской голос окликнул нас.

— Стой, кто идет! — пророкотал он яростно, — как посмели вы нарушить границы земли священной?!

* * *

Тело Макара напряглось, будто он готовился к броску, а я с удивлением обнаружила, что перед нами возвышались два огромных человека. Одетые в светло-бирюзовые одежды, они сверкали начищенными доспехами и грозно рассматривали нас сквозь прорези в шлемах.

Я сжала пальцами кафтан Макара и насторожилась. Неужели это тот сюрприз, о котором только говорил мужчина? По его нахмуренным бровям и напряженному взгляду понять мне это не удалось.

Я выдохнула и стала ожидать развития событий. Стражники или блюстители порядка на чужбине синхронно положили руки в железных перчатках на навершия мечей, что покоились на их поясах, а Макар, наконец, решил представиться:

— Меня Макар зовут, а это невеста моя — Настенька. Мы пришли с соседних земель снискать благословения Белого бога на брак наш скорый.

Я аж рот открыла, уставившись на мужчину огромными от удивления глазами. Он, конечно, не соврал, но и не сказал, кто мы с ним на самом деле.

— А вы записаны? — поинтересовался один из стражников, в голосе напряжения поубавилось, а руки обоих мужчин соскользнули с наверший.

— Белый бог в курсе, что мы пожалуем, — скупо улыбнулся Макар, — доложите, что Макар с Настенькой добрались, этого достаточно будет.

— Эк какие уверенные, — хмыкнул второй стражник, и ехидно добавил, — а может, мы вас обратно отправим? К городовому? Чтобы штраф назначил, за дерзость?

Улыбка Макара превратилась в оскал, от которого повеяло холодом, но мужчина лишь аккуратно поставил меня на землю и медленно полез во внутренний карман кафтана. Стражники вновь напряглись, готовые в любой момент выхватить свои мечи, а мужчина лишь вытащил пухлый мешочек и произнес небрежно:

— Может, мне лучше заплатить вам? Зачем городового тревожить?

В глазах стражников зажегся алчный огонек, и сильнее разгорелся после того, как Макар потряс мешочком. Внутри холщовой ткани весело зазвенело.

— Уважаем деловой подход, — прокряхтел один из стражников и протянул руку к целому мешочку, но Макар незаметно отпрянул на шаг, поэтому рука в железной перчатке схватила воздух.

— Удалой ты, — хмыкнул мужчина, развязывая тесемки, — но жадность — тот порок, который Белый бог терпеть не может, разве ты не в курсе?

Лицо стражника моментально побледнело, а второй пнул его под голень. Я не поняла, что такого страшного сейчас совершил стражник, но оба мужчины заметно затряслись и резко обернулись назад, а ухмылка Макара шире стала.

— Прости, всемогущий! — возопил непонятно в чем провинившийся стражник и бухнулся на колени.

Его доспех жалобно звякнул, а мне почудилось, что земля содрогнулась. Я оторвала изумленный взгляд от мужчины и заметила за закрытыми воротами чью-то светлую фигуру, она будто из воздуха возникла, ведь секунду назад за невысокой оградой никого не было.

— Черный бог меня попутал, — еще громче запричитал стражник и лбом, закрытым шлемом, впечатался в землю, вытянув перед собой прямые руки.

Я чуть не прыснула от такого сравнения, но сдержаться сумела, потому что не к месту веселость моя. Фигура подошла вплотную к створкам ворот, и я смогла разглядеть высокого мужчину, одетого в подобие свободной накидки на голое тело. В его волосах цвета воронова крыла играли солнечные зайчики, а короткая борода скрывала улыбку, я это по морщинкам вокруг глаз поняла. Только вот, встретившись взглядом с черной бездной его глаз, я будто к земле приросла.

Отчего-то по позвоночнику змейкой прошелся холодок, а пальцы сами вцепились в рукав Макара, в поисках защиты. Хозяин ворот а кто бы это мог еще быть?) оглядел меня заинтересованно, отчего внутри живота будто все в узел скрутилось, а улыбка мужчины шире стала.

Макар приобнял меня за плечи, немного сжав пальцы, это немного помогло — перестала ощущать себя букашкой, которую могут раздавить в любой момент. Именно такие мысли засели в моей голове, стоило только встретиться взглядом с подошедшим человеком, а сердце неистово забилось в страхе.

Мужчина выпустил меня из плена своих опасных глаз почти сразу, но страх только усилился, сковывая меня по рукам и ногам. Он перевел взгляд на бьющего челом стражника и велел глубоким и неожиданно приятным голосом:

— Встань с колен, не твоя вина, что тебя сманили богатствами.

Вроде голос звучал по-отечески добро, но внутри поселилась какое-то ожидание скорой беды, оба стражника, видно, испытывали нечто подобное, потому что затряслись пуще прежнего, а тот, что провинился, заплакал в голос, но даже не подумал оторваться от земли.

— Ты, как обычно, исследуешь грехи людские, брат? — обратился вдруг мужчина к Макару, а я с ужасом осознала, что передо мной стоит сам Белый бог.

Глаза опустила, ресницами прикрыла, да затряслась внутренне, желая исчезнуть побыстрее. Если к Черному богу я привыкла,