Меч над пропастью - Михаил Ахманов

Зеленоватые лучи Каузы Примы струились сквозь хрустальный потолок, делая зал переговоров похожим на подводную пещеру – где-нибудь на Адриатике, в чистом, пронизанном солнцем море. Вспомнив о далматинских берегах, родине предков, консул Пьер Каралис вздохнул; конечно, «Гондвана» имела массу удобств, но вместить в нее целое море, прибрежные скалы, уютные городки и рощи реликтовых сосен не было никакой возможности. Зато не возбранялось любоваться экзотическими картинами: зеленым диском местного светила, россыпью далеких звезд и светящейся мглой, что окружала корабль парапримов.

– Мы собирались обсудить проблему Осиера, – сказал Антрацит, разглаживая черный мех на животе. – Ваш коллега Ивар Тревельян будет участвовать в дискуссии? Мы обеспечим связь с ним, если вы сообщите координаты мира, в котором он сейчас находится.

Каралис и Сойер переглянулись. Колесников, третий представитель ФРИК, пребывавший из-за отсутствия телесной оболочки в памятном кристалле, связался с Пеклом в шесть ноль-ноль по корабельному времени. Как сообщила Энджела Престон, Тревельян был сильно занят. Место, где он находился, как и его задача, к дискуссиям не располагали.

– Вынужден извиниться, – промолвил Каралис. – В данный момент Ивар Тревельян недоступен для общения.

Теперь переглянулись Антрацит и Белый Воротник, сделав это совсем по-человечески. Потом Антрацит произнес:

– Не сочтите за вмешательство в ваши дела… Он выполняет… как у вас говорится… секретную миссию?.. Тайный проект в каком-то мире, неизвестном нам? И это не подлежит разглашению?

Каралис хлопнул по металлическому цилиндру, стоявшему рядом с его креслом. Это устройство, содержавшее гравидвижок, голосовой вокодер, видеокамеры и датчики, обеспечивало Колесникову автономность и постоянный контакт с бортовым компьютером «Гондваны».

– Николай Ильич, нас подозревают в сокрытии данных. Пожалуйста, перешли партнерам координаты Пекла и всю информацию об этом мире и связанных с ним проектах ФРИК.

– Сделано, – гулким басом сообщил Колесников. – Ситуация там непростая. Пусть партнеры с ней ознакомятся и, быть может, что-то посоветуют.

Антрацит и Белый Воротник заерзали на своих широких сиденьях и вдруг закрыли лица ладонями. Что означает этот жест, Каралис не понял. Парапримы были эмоциональными существами, но всегда держались с подчеркнутым достоинством и даже несколько надменно.

Наступило неловкое молчание.

– Мы чем-то обидели вас? – спросил Сойер.

– Вы – нет. Источник обиды исходит от нас. Оскорбительное недоверие… – пробормотал Белый Воротник. – Недоверие и непонимание… Существа нашей расы любопытны. Хранитель Осиера рассказывал про Ивара Тревельяна. Нам хотелось увидеть его и поговорить с ним.

– Такая возможность еще представится, – пообещал Каралис.

– Если парня не съедят, – добавил Колесников. Его чувство юмора было мрачноватым.

Руки парапримов разом упали на колени, темные глаза уставились на землян из-под валиков надбровных дуг.

– Съедят? Что это значит? – поинтересовался Белый Воротник.

– Это шутка, – произнес Сойер. – Но, говоря по правде, коллега Тревельян сейчас в сложном положении. Он пытается замирить несколько воинственных племен, одно из которых – каннибалы.

Снова повисла пауза. Парапримы застыли, глядя в пол – может быть, общались друг с другом ментально или размышляли о несовершенстве гуманоидов, склонных к людоедству.

– Ужасно, – сказал наконец Антрацит и повторил: – Ужасно! Убийство разумных существ – великий грех, но поедание себе подобных… – Он зябко поежился и передернул плечами. – Это отвратительно! Мы не рискнули бы контактировать с таким племенем. Слишком велики моральные издержки.

– Значит, мы не получим от вас толкового совета, – подвел итог прагматичный Колесников. – Ну и ладно. Так как до Тревельяна не добраться, мы предлагаем отложить проблему Осиера. Есть другие вопросы, интересные для обсуждения.

– Предлагайте. Сегодня вы – инициаторы дискуссии.

Тему выбрал Сойер, но предлагать ее должен был Каралис, консул ФРИК и руководитель делегации. Убедившись, что партнеры успокоились, он произнес:

– Мы хотели бы обменяться мнениями о даскинах. Полагаю, вам известно об этих древних существах?

– Да, – подтвердил Антрацит. – Но эта проблема скорее в компетенции историков и археологов. Что до нас с вами, то мы занимаемся не далеким прошлым, а настоящим. Напомню, мы патронируем расы, которым нужна наша поддержка и покровительство.

– Уроки прошлого полезны, – заметил Сойер.

– Несомненно. В прошлом – корни настоящего, но где среди них питающий ветку, на которой мы сидим?