Три глаза и шесть рук - Александр Рудазов

— Что за чепуху ты мелешь?! Я королевна Дотембрии! Я могу делать все что захочу, и церковь мне не указ! Я прикажу этим смердам дать нам коней и провизию, а затем…

— Вот как? Ваше Высочество, а вы уверены, что сможете доказать этим крестьянам, что вы именно та, за кого себя выдаете? Где ваша корона? Где какие-нибудь украшения? Где хотя бы приличное платье? Я сомневаюсь, что в этой глуши найдется кто-нибудь, кто узнает вас в лицо. Нет уж, на данный момент вы всего лишь подозрительная девица, якшающаяся с демоном…

Лорена обиженно надулась и засопела. По-моему, ей ужасно хотелось расплакаться, и удерживало ее только осознание своего королевского достоинства. — Так что же нам делать? — наконец спросила она.

— Мне приходит в голову только два варианта. Можно подождать разъяренную толпу здесь… полагаю, что смогу справиться со всеми, сколько бы их ни заявилось…

Лорена окинула меня задумчивым взглядом, а затем медленно кивнула. Похоже, она была согласна, что целая толпа простолюдинов с кольями не сможет одолеть даже одного-единственного яцхена.

— А другой вариант?

— Мы можем свернуть с тропы. Я демон… я чувствую людей на любом расстоянии, так что мы легко сумеем ускользнуть от них. Если не возражаете — лесоруб оставил нам свою корзину с обедом. Думаю, там найдется кое-что повкуснее лесных орехов.

Лорена хищно шевельнула ноздрями, видимо предвкушая, какое лакомство она найдет в лукошке у дровосека.

— Думайте побыстрее, миледи, — тот, кто оставил эту корзину, уже на полпути к деревне. Интересно… да, он до сих пор орет. По-моему, ему не мешало бы провериться у психиатра.

— Согласна на второй вариант, — снисходительно кивнула Лорена, а ее руки уже шарили в чужой корзинке…

Я кое-как продирался сквозь непролазную чащу. Когти работали на манер мачете, прорубая аккуратную тропинку. Конечно, по этой дорожке отыскать нас было легче легкого, но, по-моему, точно так же выглядят и медвежьи тропы, а их в этом лесу хватало.

Королевна неохотно топала сзади, с брезгливой миной копаясь в украденной корзинке.

— Хлеб… почти сырой, между прочим. Если б наш придворный пекарь так пек хлеб, отец давно бы повесил его на воротах! — возмущенно сообщила она. — Сыр… фу, какая гадость! Настоящий сыр пахнет совсем не так! Копченое мясо… должно быть, этой свинье было лет пятьдесят. И бутылка с… пивом?! Короли не пьют пиво!

— Яцхены пьют, — оборвал я ее, выхватывая бутылку. — Да, до «Балтики» этой бурде далеко, это уж точно…

— А почему я должна тащить эту корзину? У тебя целых шесть рук — вот ты и неси!

— У телохранителя руки должны быть свободными. Что, если на вас кто-нибудь нападет?

— Если на меня кто-нибудь нападет, разрешаю ее бросить. Послушай, а мы не заблудились?

Я сверился с Направлением. Лесоруб, всполошенный нами, по-прежнему находился там же, где и четверть часа назад, и его по-прежнему окружали люди. Десятка два, если не ошибаюсь.

— Говорят, мох на деревьях растет с северной стороны… — рассуждала вслух Лорена. — Проверим-ка… Странно, если верить этим деревьям, у нас со всех сторон север! Не знаешь, почему так?

Я ее не слушал. И Рабана я тоже не слушал — а он уже довольно давно бормотал что-то насчет того, что даже если мы принесем королю одну лишь голову дочери, то все-таки вправе получить часть награды… Я тем временем пытался с помощью Направления начертить в голове карту королевства Дотембрия и проложить на ней путь от столицы до той точки, где мы сейчас находились. Получалось не очень-то, но я не сдавался.

— Эй ты, исчадие Тьмы, ты меня слушаешь или как? — возмущенно стукнула меня по плечу королевна.

— Угу. Миледи, к «демону» я уже как-то привык, но против «исчадия Тьмы» решительно возражаю. Я же вас не обзываю…

— Попробуй только! Я королевна, не забывай!

— Угу. Полагаю, если вы повторите это еще двести или триста раз, я запомню еще лучше. Скажите, миледи, вы не слишком устали?

— Да, устала, — подозрительно быстро согласилась Лорена. — А твои крылья еще не зажили?

— Пока еще нет…

Если честно, я и сам с нетерпением ожидал момента, когда наконец-то смогу взлететь. Мне осточертело препираться с этой девицей, все достоинства которой исчерпывались тем, что ей повезло с родителями. Нет, конечно, у нее были и другие достоинства, и их не заметил бы только слепой, но достаточно было десяти минут, чтобы понять, что красота королевны Лорены просто меркнет по сравнению с ее же стервозностью. Помню, знавал я одну такую барышню… Что это?!!

Действительно, в голове всплыл образ, явившийся, без сомнения, откуда-то из глубин памяти. Могу поклясться, что, с тех пop как я стал яцхеном, я не встречал никого даже отдаленно похожего на эту смазливую шатенку. Если только его не навеял Рабан…

— Никак нет, патрон, — тут же открестился керанке. — Только, по-моему, это не память, а Направление…

— Угу. То есть как это?

— Да просто. Вот ты сейчас этого дровосека представлял, — может, она сейчас рядом с ним стоит, вот ты ее и увидел…

— Угу. Нет, погоди. А откуда я знаю ее голос? Я прямо слышу, как она говорит…

— Направлением можно и слышать, а не только видеть.

— А что насчет характера? Откуда я знаю, что она редкостная стерва?

— Э-э-э, патрон, твое Направление и не такое может подсказать, — хмыкнул Рабан. — Ты даже не представляешь, какие у тебя возможности — любой сыщик отдал бы правую руку за такую способность. К примеру, если бы ты глядел получше, ты бы знал, что метров через сто будет какой-то домик. Развалюха…

Домик… Конечно, если полуразрушенную церковь можно назвать домиком… А это без сомнения была церковь.

— Часовня посреди леса? — удивилась Лорена, дожевывая копченую свинину. — Для чего она здесь?

— Мне кажется, это очень старая часовня… кстати, скорее уж церковь, чем часовня. Видимо, она осталась еще с тех времен, когда поблизости была какая-нибудь деревня…

— Да здесь отродясь ничего такого не было! — фыркнула королевна. — Посмотри сам — вокруг один только лес!

— Тогда не знаю. Но думаю, стоит посмотреть, что внутри.

— Согласна, — милостиво кивнула Лорена и отворила хлипкую дверцу.

Она вылетела оттуда как ошпаренная кошка. Глаза у нее были выпучены, нос она зажимала обеими руками, а выражение лица…

— Что там? — всерьез заинтересовался я. — Трупы?

— Бет, — прогнусавила девушка, все еще зажимая нос. — Болько гапах групов. Прохто хуть, хахая вонь! Э ходи буда!

— Угу. В смысле — так уж получилось, что у меня нет носа, так что запахи для меня совершенно нестрашны. А вы подождите здесь, миледи.