Свободный выбор - Вера Чиркова

— Ты звал? — Ансерт и Берест стояли на пороге, и сердце Веси тревожно ёкнуло.

Вот, значит, между кем они решили предложить ей выбор… а она-то потому и настояла, чтоб позвали всех, что испугалась, как бы он снова не отказался. Ведь тогда у нее не осталось бы никакой возможности помочь… исправить своё наказание.

— Ансерт, сбегай вниз, позови остальных, — приказал прадед и направленные на Весенику зеленые глаза командира на миг прикрылись черными ресницами, как от боли. — Княжна желает, чтобы никто не почувствовал себя обманутым.

— Её право, — глуше обычного произнёс Берест и прошёл к столу, налил что-то из кувшина и махом выпил.

— Что ты пьешь? — спросила Веся просто так, чтобы разбавить повисшую тишину.

— Квас.

— Налей мне.

— Вот, — он принёс кружку, подал кунице, одарил пасмурным взглядом и запахом кваса и вернулся на место.

А тогда, в который раз припомнила она, от него пахло вином…

Они с шуточками проходили мимо, и девушки посторонились… но один вдруг подхватил под руки сразу двух нарядных лисичек и громко заявил, что это его добыча.

— А это моя… — жарко дохнуло Весенике в ухо, обдав запахом вина, и сильные руки парня, подобравшегося со спины, крепко обхватили её, притиснули к чужой груди.

— Чтоб тебя перекосило! — зло прошипела юная куница, вырываясь из этих рук, но он и сам уже отпустил её, застонал от боли, схватившись обеими ладонями за лицо.

Веся вмиг метнулась в сторону, в тень, но вдолбленное наставницей правило уже стучало в мозг тревожным набатом.

— Если случится кого нечаянно проклясть, всегда задавай условие! Всё меняется, и люди тоже. Придумай что-нибудь простое, заучи несколько коротких фраз, даже у преступников есть право на помилование.

И она приостановилась на миг, неслышно шепнула:

— Пока я не поцелую от чистого сердца! — и, не оглядываясь, помчалась в переулок, чтобы, перемахнув через забор, оказаться в садике дома клана Куницы.

Девушка торопливо поднесла кружку с квасом к лицу, сделала несколько нарочито медленных глотков, успокоить запрыгавшее сердце, и услышала торопливый перестук сапог.

— Нас звали?

— Да. Княжна Весеника решила больше не откладывать выбор браслета. Но те из вас, у кого есть повод отказаться от этой чести, могут идти мешать мясо. Вы достаточно пережили вместе… чтоб облегчить ей и без того нелегкую задачу.

Старый плут, рассердилась Веся, надеется, что они вспомнят про уговор и оставят тут одного Ансерта! И приготовилась спорить, но ястребы, оказывается, тоже почувствовали подвох в словах прадеда или привыкли, что он всё время устраивает им проверки и ловушки.

Только ни один никуда не пошёл, расхватали стулья и сели в рядочек возле Береста, доставая из карманов и из-за пазух заветные кисеты со свадебным украшением.

— Ну, невеста, — насмешливо глянул на Весю старик, — начинай выбор и не забывай про мясо.

— Забудешь с тобой, — огрызнулась Весеника и направилась к кудрявому силачу. — Ранзел, ты лучший мечник… какого я видела и надежный друг… но я знаю, что твое сердце уже занято. Не хочу стать разлучницей, прости, но твой браслет пусть возьмет другая.

— Спасибо, — невесело улыбнулся он. — Но другом-то я останусь?

— Очень на это надеюсь, — с облегчением выдохнула Веся и шагнула к побледневшему Лирсету.

А Ранз, повинуясь выразительным жестам деда, встал и потопал на кухню.

— Лирсет… ты хороший… и хотя иногда вредничаешь, но сердце у тебя доброе. Я привыкла о тебе заботиться… но твой браслет не возьму. Твоя невеста ещё подрастает… надеюсь, что в доме клана куниц. У меня три младшие сестры… желала бы я одной из них такого мужа.

— Спасибо… — больше ничего выговорить княжич не смог, горько искривил губы, вскочил и бросился прочь.

— Даренс, — проводив парня огорчённым взглядом, Веся шагнула к красавцу-блондину. — Прошу… не обижайся на меня за отказ. Тебе и без меня есть между кем выбирать… и я надеюсь, ты выберешь ту, что любит тебя всей душой.

— Спасибо за добрые слова, — суховато произнёс блондин. — Но мне не за что на тебя обижаться. Дурак я сам, — и стремительно вышел из кабинета, нарочито громко стуча по ступеням набойками сапог.

Фух, — перевела дух княжна и оглянулась на сочувственно смотревшего на нее прадеда, вот отчего она не спросила у него, кого он намерен предложить, а полезла спорить? Ну, впредь будет умнее… а теперь осталось самое трудное.

— Ансерт… — Княжна смотрела на побледневшего алхимика и в который раз спрашивала себя, а правильно ли она придумала?

Не пожалеет ли позже о том, что собирается сделать сегодня? Не нужно ли, пока не поздно, переменить решение? Осторожно скосила взгляд в сторону командира и вдруг рассмотрела побелевшие костяшки судорожно стиснутых пальцев. Душу опалило стыдом и раскаянием, оказывается, он тоже надеется… а она растянула представление… как бессердечная кукла.

— Прости… — заторопилась куница, стараясь придумать как можно более убедительный довод. — Но мы с тобой за эти дни так и не научились понимать друг друга… боюсь, я не твоя половинка. Иди, налей Лирсу своих капель… что-то я волнуюсь за него.

— Спасибо, — выдавил алхимик и ушёл, пряча взгляд.

— Берест… я возьму твой браслет… если ты ещё не передумал, — смущённо краснея, объявила княжна и застыла в ожидании.

— Я должен тебя предупредить… — глухо проговорил командир, — что ношу маску не ради прихоти… а браслет положено предлагать с открытым лицом.

— Так снимай маску и предлагай! — разозлился Ольсен. — Она целительница и воин, а не нервная мечтательница из башни Серого гнезда!

— Дед… помолчи.

— Нет, это ты помолчи, Ардест! Такая девушка перед ним стоит с протянутой рукой, а он ломается! Даже мне за тебя стыдно!

— Она просто не понимает… на что решается, а ты нарочно её сбиваешь! — разозлился на деда ястреб.

— Я всё поняла, Берест, — стараясь говорить твёрдо, произнесла Веся. — И не кричи на деда, он сейчас прав. Сними маску, я жду.

— Хорошо, — отчаянно рыкнул княжич и одной рукой сорвал маску, а другой протянул кунице сверкнувший камнями браслет. — Весеника, я прошу принять мой браслет… но клянусь… если до истечения трех месяцев ты решишь его вернуть, от меня никаких упрёков не услышишь. Ты просто получаешь сейчас мою защиту, помощь и возможность жить спокойно, не опасаясь ни князя, ни порядков Серого гнезда.