Парадокс параллельных прямых. Книга первая - Татьяна Вильданова

Но где он, этот пол? Вокруг не осталось ничего кроме темноты и сводящего с ума звона в ушах, за который его сознание вцепилось с таким же остервенением, с каким впились в край стола сведенные судорогой пальцы. Пока он его слышал, он боролся!

Секунда, две, три…

Дойдя до своего апогея, звон стал непостижимым образом преобразовываться в свет. Даже не в сам свет, а некое ощущение света, как если бы в густом ночном тумане где-то вдалеке загорелся фонарь.

Вернулось ощущение холода, но в следующую минуту его окатило струей такого удушающего жара, что тело моментально покрылось потом и затряслось в крупном ознобе.

«Всё, – осознав, что всё ещё стоит, уткнувшись взглядом в мутно-белую полосатую салфетку, отрешенно констатировал мужчина, – перетерпел… не упал-таки…»

– Помоги снять….

– Сейчас…

«Меня!» – ещё не совсем владея собой, он слишком резко оттолкнулся от стола, развернулся, чуть не падая, протиснулся между стеной и сидящей у кровати женщиной, ухватился рукой за спинку кровати и замер, рассерженно сверля глазами затылок сидящего на кровати мужчины.

– Я сам!

Мужчина оглянулся, наткнулся глазами на его лицо, встал и уступил место. Жан неуклюже сполз на кровать.

– Согрей вина, – подбирая под себя ноги, попросила Клод.

– Хорошо, – протискиваясь мимо неё к столу, наклонил голову мужчина.

– Приподнимите её, – Клод уже расстегнула на Этьене плащи, выпростала из широких рукавов руки.

Помогая избавиться от плащей, он легко, как ребенка приподнял девушку над кроватью: «Какая же ты горячая!» Ему вдруг показалось, что за время блуждания под землей она стала ещё тоньше и легче.

«Глупости!.. Откуда я знаю, если никогда раньше не держал её на руках? Это она меня тащила…»

– Опускайте, – устав ждать, нетерпеливо напомнила Клод, – что с ней произошло?

– Она сильно замерзла… – понимая, что не сможет ничего вразумительно объяснить, тем не менее, попытался объяснить Доре, – очень сильно… и устала… Мы шли от моста…

– Ничего себе! – занятый спиртовкой мужчина удивленно обернулся.

– Поднимите её повыше.

Распахнув платье, женщина прижалась ухом к груди, долго вслушивалась в дыхание, потом ложкой разжала Этьене зубы и заглянула в рот.

– Что? – охрипшим от волнения голосом, не сказал – прокаркал Доре, – что?

– Трудно сказать… опускайте, – она помогла уложить девушку на кровать и до самой шеи укутала толстым пушистым одеялом, – легкие, кажется, чистые. Надеюсь, только сильная простуда и переутомление.

«Слава богу!» – сам не зная, чего он боялся, Доре медленно, с присвистом перевел дыхание.

– В постели так загонял, что ли? – беспечно хохотнул мужчина.

В первый момент он даже не уловил смысл услышанной фразы. Так и пропустил бы, не почувствуй, как рядом настороженно замерла Клод.

– Что? – медленно, как слепой, Доре поднял голову, – что ты сказал!?.. – на заледенелом лице жестко блеснули васильковые прорези глаз.

– Извини…

Жан перегнулся через кровать, схватил мужчину за рубашку и рванул на себя.

– Ты… если ты только!..

– Прекратите! – попыталась встрять между ними Клод.

– Мерзавец! – ослепнув от бешенства, Жан продолжал тащить противника на себя.

– Да шучу я, шучу! – беспомощно размахивая руками, отчаянно заорал мужчина, – пусти, ненормальный!

– Прекратите!!

Клод схватила кружку и выплеснула вино Жану в лицо.

Подогретая жидкость попала в глаза, рот, струйкой потекла под рубашку. Жан растерянно сморгнул, отчего в глазах защипало.

– Пусти, идиот! – мужчина отчаянно рванулся в сторону, но, осознав, где он находится, Жан уже сам опустил руки, – ты что, с ума сошел?

– Прекрати, Рене, – попыталась остановить мужа Клод.

– Кретин! – оглядывая себя, ещё больше взъярился Рене, – ты же мне все пуговицы оборвал!

– Прекратите!!

Уловив смену ритма дыхания больной, женщина поспешно склонилась над кроватью:

– Подушку!

Рене схватил со второй кровати подушку.

– Сюда… голову выше… вина…

– Сейчас… отойди! – мужчина бесцеремонно отпихнул Жана в сторону, – черт, одеяло намочили, – на белом пододеяльнике растеклась кроваво-красная лужа, – что стоишь? Давай сухое.

Жан поспешно протиснулся мимо, сдернул со своей кровати одеяло.

– Давай, – забрав сухое, Рене всунул в его руки мокрое, – не мешай.

– Что с ней?

– Откуда я знаю.

– Вина!

– Отойди, – Рене метнулся к столу.

Жан попытался пробраться к кровати, но его опять отпихнули в сторону.

Тогда он отступил к стене, прижался спиной к доскам и замер, напряженно следя за суетой у кровати: Этьену приподняли, почти посадили на постели. С того места, где он стоял, были видны укрытые одеялом ноги и белая (как неживая!) рука, безвольно лежащая поверх пододеяльника.

Ему показалось, что пальцы шевельнулись.

– Что?!

– Не мешай! – отмахнулся Рене, – сядь вон там, – ткнул локтем в сторону второй кровати, – сядь там и заглохни. Без тебя справимся.

Жан покорно сел на матрац.

– Не волнуйтесь, – не поднимая головы, успокоила его Клод, – всё прошло.

– Что, прошло?

– Не твоё дело. Какого … ты вообще лезешь? – не вставая с места, выкрысился на него мужчина, – сказано, прошло, значит, прошло… ешь, давай.

Жан растерянно оглянулся вокруг, только сейчас заметив, что корзина уже разобрана и на столе, рядом со спиртовкой пристроилась плетенка с хлебом, миска с холодным мясом и сыром, кружка и объемистая бутыль. Даже не разбираясь, что в бутылке, Доре налил полный стакан, единым духом выпил и опять присел на кровать…

– Как он там? – опорожнив кружку, женщина устало разогнулась.

– Спит… хоть бы пиджак снял, обалдуй…

– Надо его раздеть…

– Ладно, с ним я сам справлюсь… псих… чуть душу не вытряс…

– Ты тоже хорош…

– Откуда же я мог знать… – пытаясь скрыть смущение, Рене опустил глаза и завозился с воротом рубашки, – у него никогда ничего серьезного не было… бабы на нем вечно висьма висели, но чтобы наоборот… – Рене удивленно покосился на кровать, – любопытная мордашка, но… вот не думал, что такая его зацепит…

– Значит, плохо ты его знаешь.

– Выходит, что плохо… смотри, не влюбись! – он оставил в покое ворот и свирепо сверкнул на жену глазами, – голову оторву!