Шаг в небо - Сергей Слюсаренко

– Слушай, а зачем это им надо? – мы так и держались вместе с Сотниковым вместе. И поболтать можно, и просто молча тягать эти книги не скучно. – Они что, решили историю изучать?

– Я бы на их месте как раз посвежее отсюда книги вытащил, ведь прогресс-то в основном в последнее время скачок сделал. Можно многое и в технологии и в науке позаимствовать. – Я тоже не понимал смысла нашей работы.

– А может им на наш прогресс и наши технологии насрать? – Интеллигентно предположил Санька, – Мне вообще до сих пор не понятно, что им надо.

– Если им вообще что-либо надо, – Я чуть понизил голос, когда нас догнал незнакомый парень со стопкой книг. Мало ли. – Если честно сказать, мне цели наших, как бы их лучше назвать, визитеров не понятны до сих пор. Сентенции вроде «поработить Землю», скорее подходят для передовиц газет.

– Поработить – значит сделать рабами, теми, кто будет на тебя работать бесплатно, – ответил Саша. – Вот неделю назад пайки раздавал. Это скорее на нас работа, чем на них. Ой, нехорошо это. Я про бесплатный сыр все время думаю.

– Ну, так уж и бесплатный, – возразил я. – Так уж и сыр. Это скорее уже яд крысиный, после того, как трудно стало крыс руками или рогатками бить.

Тут я подумал, что крысобойная неделя произвела на меня неизгладимое впечатление.

Наша библиотечная служба оказалась примитивной и неинтересной. Прешься уйму этажей по узкой лесенке, нагребаешь книги, как дрова, и несешь в фойе. Лифты не работают, поговорить на ходу не удается. Но все-таки нам повело. За три-четыре ходки все старинные книги кончились. Лежала себе не очень большая горка внизу. Отдыхая, я перекинулся ещё несколькими фразами с Сашкой, так просто, ни о чем. Потом пришел транспортер, и сент (давно я их не видел) приказал грузить туда книги. Для этого из сентовской машины выехал конвейер – бегущая лента. Наверное, сенты не хотели допускать нас внутрь своей машины. Вот и пошли по черной движущейся ленте старинные книги. Прямо как картошка на ленте комбайна на уборке урожая в колхозе. Что-то я часто вспоминаю старые времена и строю ассоциации. Нет уже ничего этого. Нет!

Наш рабочий день закончился совсем буднично. Притащили – погрузили. Судя по всему, и завтра мы, словно капусту на овощной базе, погрузим книги из этой библиотеки в трюмы транспортеров. Безликие книги.

Все разошлись и в пустом холле гостиницы остались только мы с Сашкой. Устроились на последней ступеньке лестницы, ведущей из холла в хранилище. Сначала просто сидели и смотрели сквозь запыленные окна на пустую площадь перед библиотекой, на уже погружавшийся в сумерки город.

– Ты знаешь, – Сашка заговорил, не глядя на меня, – все-таки мне кажется, что цели этих сволочей совсем не такие, как мы предполагаем. Что-то они хотят от нас…

– Зачем надо было перебить столько народу, с такой глупой, холодной жестокостью? Спросили бы просто.

– А может они… – Сашка замолк.

– Что они? – показалось, что он испугался или застеснялся своей мысли.

– Может, они хотят от нас такого, – проговорил он совсем тихо, – чего мы и сами понять, или познать не можем?

– Ну, в мире есть мало такого, чего не может понять, или как ты сказал, познать человек.

– Кроме как… – начал было Санька.

– Кроме как себя самого? – Я, кажется, понял, что он хотел сказать.

– Вот видишь, – ты все понял и так, – подтвердил Сашка.

– Может мы совсем не такие, какими мы видим себя? – я вспомнил разговор с Надей.

– Да, я например жгучий брюнет с развевающимися волосами и в белой мантии, – Сашка сбился на шутливый тон. А я чуть не подскочил от этой его фразы.

– Может, именно этой сути и ждут от нас сенты?

– И будут нас плющить, пока никакой сути не останется. – Сашка поднялся со ступеньки. – Ладно, разболтались. Домой пора. И велика, как у некоторых, нет.

– Сашка! – остановил его я – А не хило все таки ролевку сбацать!

Санька оглянулся. На его лице был полный скепсис.

– У тебя детство ещё в этих… – как-то очень грубо сказал он. – Играет. ТЫ ещё Пыльцына в мастера предложи.

– Ну, Пыльцын конечно говнюк, но, – скепсис Сашки очень меня расстроил. Я даже не знал что и говорить. – Игру то он организовывал неплохо…

– Он особенно хорошо организовал показательную казнь всех потенциальных мастеров ролевых игр, – на лице Сашки заходили желваки. – Заложил полицаям, как возможных лидеров сопротивления. Ты небось не видел, а я видел. И что с Ивой сделали. И родителей заставили аплодировать.

– Что сделали? – сердце гулко бухало в груди. Опять мне казалось, что окружающий меня мир прогибается циклопической мембраной.

– Ты что, не знал??? – Сотников, судя по всему, пожалел о сказанном.

– Мне сказали, что был несчастный случай…

– Ну да… Казнь асфальтным катком, начиная с ног – это конечно несчастный случай… Андрей, что с тобой?

Я все-таки смог прийти в себя достаточно быстро. Просто на мгновение мне показалось, что я сейчас взорвусь. Странно, я не думал о Иве как о моей девушке, так страшно погибшей. Я думал о ней как о человеке, об одном из тех, кто имел силы сопротивляться. Как о друге. Мы посидели с Сашкой немного, помолчали.

Попрощавшись с Сотниковым, я не спеша отстегнул прикованный цепочкой к фонарному столбу велосипед. Промозглый вечерний ветер заставил сразу вспомнить о теплых перчатках. И только о перчатках. Новое, страшное знание упало куда-то глубоко. На потом.

А в правом кармане я обнаружил связку ключей от библиотеки. Наверно, завтра можно будет отдать. Хотя… Лучше положить её на место. Благо, я ещё недалеко откатил от мрачноватого здания.

Ну конечно, даже парадные дубовые двери были не заперты. Мало что тут, за ночь может произойти? Потом объясняй, что это не ты виноват и ключи утащил случайно.

Свет в фойе библиотеки, очевидно, не выключался никогда. Как в больнице. Или просто забыли? Я уже много раз замечал, что многие помещения выглядят по разному, в зависимости от того, есть ли в них люди, или нет. Вот квартира моя – так она и со мной и без меня – одинаковая. Хотя действительно, как она выглядит БЕЗ МЕНЯ? Но библиотека – совсем другое дело. Только что, когда мы с вязанками книг топали тут туда-сюда, это было скорее помещение обыденно-деловое. А теперь … Сумрачно-тревожный зал. Если замереть на секунду, кажется, что кто-то невидимый бормочет в глубине. Только кажется. Конечно, это обычный гул ветра, проникающий в приоткрытую входную дверь. Мне и надо было всего зайти сюда, положить ключи. Ну, хоть на столик в фойе и, захлопнув дверь, уйти домой, но что-то держало меня. Захотелось просто посидеть на мягком кожаном диване. Закрыть глаза и представлять, как здесь все было раньше. Совсем раньше. Наверное, в моем далеком детстве. Как я ходил сюда и часами рылся на полках с фантастикой, как потом дома, устроившись в любимом кресле, уходил в мир книжек так, что когда меня окликали, я некоторое время не соображал, где нахожусь. От этих воспоминаний, стало совсем грустно.