Темные фантазии - Мэгги Шайн

Тамара резко встала и подошла к камину.

— Нам надо уходить, Эрик. Когда тело Кертиса будет обнаружено, я стану первой подозреваемой, потому что не сообщила об убийстве. И ты тоже, из-за взлома. Мы должны уехать. — Она повернулась к нему в ожидании ответа.

Ярко горевший огонь за спиной окружил ее светящимся нимбом, превращая в эфемерный образ, видение, мираж.

Эрик стряхнул с себя наваждение:

— Прежде надо закончить одно дело, о котором ты знаешь не хуже меня. — Он встал и подошел к Тамаре. Как же она прекрасна! Ее любовь дороже всех несметных сокровищ. Она должна остаться с ним навсегда. — Я говорю о вечной жизни. Вечной темноте и одиночестве. О мире без солнца.

— Какое одиночество, если мы будем вместе? — Тамара положила руку ему на плечо. — Если выбирать между солнцем и тобой, я не раздумывая выбираю тебя. Ты же чувствуешь то же самое?

У Эрика перехватило дыхание.

— Ты знаешь, как я люблю тебя, — он едва мог говорить, — но бессмертие — не награда. Это проклятие. Ты будешь жить и видеть, как близкие и друзья умирают, превращаясь в прах…

— Все, кого я любила, уже покинули этот мир. Остались только двое — ты и Джейми. Но у Джейми своя жизнь, своя семья. — На глаза стали наворачиваться слезы. — Если и ты меня отвергнешь, я действительно останусь совсем одна. Что надо делать, Эрик?

— Может, еще подумаешь?

— И что я буду делать следующие двадцать лет? — Тамара повысила голос. — Как жить в мире, которому я не принадлежу? Моя судьба ты, Эрик. Так предписано свыше. Я должна быть такой, как ты. Роланд это понимает. Помнишь, как он сказал, что не вам принимать решение? Мое будущее сейчас передо мной.

Эрик смотрел на Тамару и не мог оторваться. Казалось, что она вся охвачена огнем, языки пламени просвечивали сквозь воздушную ткань на рукавах, волосы искрились, лицо зарумянилось, глаза горели.

Тамара откашлялась и продолжала:

— Я знаю… ты должен выпить моей крови. Но это не все, верно? Что еще ты должен сделать со мной, Эрик?

Он жадно посмотрел на ее шею и облизнулся.

— Ты должна выпить мою кровь.

Едва Эрик произнес эти слова, как почувствовал, что внутри загорается огонь, который уже невозможно погасить.

Тамара встала на цыпочки, обняла Эрика за шею и потянулась к его губам. Он страстно целовал ее, испытывая всепоглощающую любовь и желание быть вместе навеки. Тамара торопливо расстегнула пуговицы на его рубашке и с благоговением прижалась к груди.

— Вся моя жизнь, — прошептала она, нежно прикасаясь губами к горячей коже, — была лишь ожиданием этого момента. Не отвергай меня, Эрик, прошу тебя. Я больше принадлежу вашему миру, чем этому.

— Тамара, — простонал Эрик.

Она запрокинула голову и вновь ощутила вкус его ненасытных губ. Он поднял ее многочисленные юбки и провел рукой по шелковистой коже бедра.

— Я так хочу тебя. Твоя любовь зажгла огонь в моем сердце, и с каждой минутой он разгорается все сильнее. Это пламя никогда не погаснет. Мое желание похоже на неутолимую жажду.

Руки Тамары скользили по его телу, расстегивая ремень и снимая рубашку.

Она обняла Эрика, рука коснулась его возбужденной плоти.

— Мне бы хотелось утолить эту жажду. Скажи, что ты позволишь.

Жар, исходящий от тела Тамары, разжег в нем настоящий пожар. Эрик положил руки ей на ягодицы и легко оторвал от пола. Она обхватила его ногами и закрыла глаза, полностью отдавшись внутренним ощущениям. Эрик проник в нее, и Тамара вскрикнула. Они знали, что секс далеко не все, что сейчас необходимо им обоим. Забыв обо всем на свете, Тамара откинула голову, ее белоснежная шея была так близко. Эрик прикоснулся к ее губам, не решаясь идти дальше. Тамара зарылась руками в его волосы, стараясь опустить голову ниже. Он провел языком по ее солоноватой коже и впился зубами в горло. Она тихо застонала и сильнее прижалась к нему.

— Сделай меня своей навсегда, Эрик. Пожалуйста.

Он зарычал и открыл рот еще шире. Его накрыла новая, еще более сильная волна возбуждения. Эрик глубже и глубже проникал внутрь, снова и снова приводя ее в экстаз. Все чувства Тамары были настолько обнажены, что, казалось, она каждой клеточкой тела ощущает невероятное блаженство. Когда она поняла, что Эрик пьет ее кровь, она вновь содрогнулась в экстазе.

Вскоре сознание затуманилось, навалилась слабость. Силы таяли, как снег под жарким весенним солнцем. Тамара заметила, что Эрик поднес руку к своему горлу, затем, не отрываясь от шеи, прижал ее голову к своему горлу.

Тамара ощутила прилив сил и невероятный голод, который никогда не испытывала. Она сомкнула зубы на его шее и закрыла глаза.

Они долго стояли, прижавшись друг к другу, пока не насытились. Эрик двигался все быстрее и увереннее. Тамара тоже ощущала небывалый прилив энергии, словно она вливалась в нее с каждым глотком. Они достигли наивысшей точки наслаждения одновременно и, ослабев, опустились на пол, не разжимая объятий. Эрик вздрогнул и застонал. Огонь в камине освещал их разгоряченные тела. Тамара подумала, что наконец-то они соединились, стали одним целым. Навеки.

Эрик лег на спину и посадил ее сверху. Он смотрел на нее, как на божество, и любовался ею. Глаза светились любовью. Тамара прислушалась к себе, испытывая необъяснимые новые ощущения. Казалось, что по коже пробежали тысячи электрических разрядов. Голова закружилась от множества новых мыслей и нового понимания жизни. Все чувства мгновенно обострились. Огонь казался ярче и прекраснее, чем раньше. Она и не подозревала, сколько у пламени, оказывается, оттенков цвета. А как она могла выносить едкий запах горящего дерева?

— Эрик, я так странно себя чувствую… как будто я ожила или встала после долгого сна. — Сейчас даже голос звучал иначе.

Эрик рассмеялся и погладил ее по голове. Тамара чувствовала его прикосновение каждым волоском. Тамара внезапно захотела спать.

— Спасибо, что убедила меня, любовь моя. Без тебя я бы не решился на такое.

— Значит, уже все? — спросила она, борясь с дремотой.

— Почти. Тебе надо поспать. Я ждал тебя два века, Тамара. Теперь я точно знаю, что только тебя. Подождем же еще одну ночь и один день. Когда ты проснешься, все будет кончено.

— Расскажи мне. — Тамара положила голову ему на грудь.

— Ты будешь сильнее десяти людей. — Эрик нежно гладил ее, тихий голос убаюкивал. — С возрастом сила будет только прибывать. Других изменений не будет. Ты навсегда останешься молодой и прекрасной. Чувства обострятся еще больше, чем сейчас. Физические ощущения тоже. Я научу тебя контролировать их и использовать. Ты узнаешь так много нового, Тамара. Мы будем жить вечно.

— С тобой? — пробормотала она, едва шевеля губами.

— Со мной. Всегда со мной, любовь моя.