Песец библиотечный, подвид кровожадный - Елена Кароль

И широким жестом обвел полочки с флакончиками.

А вот это уже куда более приятный разговор!

– Дай подумать! – Я с энтузиазмом обернулась и лишь крепче прижалась боком к Азарину, когда он собственнически расположил руку на моей талии. Я доверяла ему. Просто доверяла. – А мы вместе будем ванну принимать?

Покосилась и увидела, как Азарин согласно прикрыл глаза. Так, значит, цветы и фрукты отменяются. Хотя… Стоп! А какого Дхара в мужской ванной комнате женские ароматы?!

Мой косой взгляд не остался незамеченным, как и нахмуренные брови.

– Что такое? Не любишь пены и соли?

– Люблю. – Я недовольно поджала губы, но сразу обвинять не стала, решив зайти издалека. – А ты?

– Я не очень. – Азарин озадачил меня с первых же слов. – Но тут вчера подумал, что до твоего переезда ко мне остались какие-то считаные недели, и, зная, что женщины очень любят всяческую косметику и парфюмерию, решил кое-что прикупить заранее. К сожалению, не успел выяснить, что именно ты любишь, так что взял всего понемногу. И как видишь, поторопился не зря. Так на чем мы сегодня остановим свой выбор?

Азарин все говорил и говорил, а я… Я смотрела на него, и внутри что-то сладко щемило от счастья.

Для меня! Он купил их для меня!

– А есть лесные ягоды?

– Есть.

– Отлично! Сегодня будем купаться в лесных ягодах! – Я возбужденно хлопнула в ладоши, а затем деловито потерла руки. – Включай и заливай! А я раздеваться. Где у тебя полотенца для гостей?

– Зачем тебе сейчас полотенце?

Азарин направился к ванне, которую можно было с полным правом назвать небольшим бассейном – каменная чаша из белого мрамора с красивыми голубыми прожилками была встроена в пол и поднималась над ним всего сантиметров на двадцать, не больше. А по объему была как четыре стандартные ванны.

– Ну… как… – Я слегка растерялась. – Прикрыться.

– М-да? – И такой иронично-скептичный взгляд мне достался, что я снова неосознанно смутилась. – И что я там не видел?

– А вот не видел! – Я возмущенно насупилась и подбоченилась, отказываясь ходить перед ним голой.

Может, Азарин и инкуб со стажем и имел стольких женщин, что считать устал, но я не такая! И вообще сейчас парень! И нет, я не стесняюсь наготы! Я стесняюсь Азарина!

– Действительно. – Инкуб многозначительно фыркнул, щедро плеснув в набирающуюся ванну пены с запахом лесных ягод, и по помещению моментально поплыли сочные ароматы малины, ежевики и земляники. – Была бы хоть женщиной, я бы тебя еще понял. Но ты, между прочим, сейчас парень. Забыла? А в душ при общежитии ты как ходишь?

– Ночью, – буркнула и плюхнулась обратно на табуреточку. – Я не хожу, когда в душе кто-то еще. Я не извращенка пялиться на голых парней!

– И я очень этому рад. – Азарин повернулся ко мне и…

Стоя всего в полуметре, начал раздеваться. Неторопливо, с легкой улыбкой, скользящей по губам и предвкушающим блеском в глазах.

– Не смущайся так откровенно, Снежинка.

Пиджак полетел в дальний угол на маленький диванчик.

– Я твой будущий муж.

Пальцы инкуба легко пробежались по пуговицам рубашки, и они послушно расстегнулись буквально сами собой.

– Или я тебе не нравлюсь?

Рубашка отправилась следом за пиджаком, и Азарин заложил большие пальцы рук за ремень, слегка его оттопыривая и явно красуясь.

– Нравишься…

Я не узнала в этом охрипшем ответе свой голос. Сглотнула, кашлянула и обиженно подняла глаза выше, с превеликим трудом оторвав взгляд от совершенного живота Азарина с тонкой черной дорожкой волос, уходящей от пупка вниз и скрывающейся под брюками.

– Гад ты.

– Соболезную. – Азарин скорбно сдвинул брови и ловко дернул меня за руку на себя. Прижал и, проникновенно заглянув в глаза, невероятно серьезно добавил: – Однако товар уже вскрыт, опробован и посему обмену и возврату не подлежит. Предлагаю смириться и найти в этом положительные стороны.

– Какие? – Мне было уже откровенно смешно, но я усердно хмурилась.

– Я тебя люблю, – мягко прошептал мне в губы самый пошлый ректор в мире и поцеловал.

Крепко-крепко…

У меня аж голова закружилась, и колени подогнулись. На ногах я осталась лишь потому, что Азарин держал меня очень крепко. Зацеловал, затем чуть отстранился, окинул таким плотоядным взглядом, что покраснели даже пятки, и еще серьезнее проговорил:

– И уничтожу любого, кто рискнет тебя обидеть или помешать нашему счастью. А теперь раздевайся, душа моя, и забирайся в ванну, она уже набралась.

– Уже? – Я скосила затуманенный взгляд на ванну и увидела, что Рин прав. – Она у тебя на магическом контроле?

– Конечно. – Демон кивнул, словно это было само собой разумеющимся, и коварно прищурился. – Или мне помочь тебе с раздеванием?

– Нет!

И рада бы, но не в этот раз. Да я уже едва себя контролирую, и если инкуб продолжит в том же духе, то сама на него наброшусь!

Точнее, сам…

Нет. Не сегодня.

Вздохнув с напускным сожалением, Азарин развел руки, одновременно с этим отпуская и меня.

– Но я обязательно воспользуюсь твоим предложением через пару месяцев. – Я подсластила свой отказ и сразу увидела, как просиял демон, безуспешно пытаясь выглядеть серьезным. – А теперь отвернись, я стесняюсь!

Милорд ректор со стоном закатил глаза, преувеличенно небрежно сложил руки на груди и повернулся на пятках, а я, торопясь и немного нервничая (с чего бы?!), разделась и побежала к чаше, чтобы скрыться под гигантскими розовыми шапками пены.

– Все!

– Шустро. – Демон с одобрением покивал и обернулся. – В армию тебя бы взяли без конкурса.

Старательно отводя взгляд от неторопливо раздевающегося инкуба, я прекрасно понимала, что сейчас с меня можно писать картину «пускающий слюни», но ничего не могла с этим поделать. Азарин был само совершенство, и он это знал.

Ремень, носки, брюки… трусы.

Все это было снято настолько изящно и непринужденно, что можно было только млеть и восхищаться, чем я, собственно, и занималась. Ни грамма лишнего жира или мяса. Все изумительно пропорционально. И это…

Это все наше!

Мое!

Азарин плавно опустился в чашу, подвинулся ко мне, непринужденно обнял, а затем и вовсе усадил к себе спиной. Надавил на плечи, чтобы я легла и прижалась, обнял одной рукой за талию, положил подбородок мне на плечо и с нескрываемым удовольствием выдохнул.

– Идеальный вечер.

Согласна. Почти идеальный вечер.

Лежать было очень удобно и уютно, и в какой-то момент я даже задремала, но Азарин не дал мне уснуть окончательно, начав легонько поглаживать живот, отчего мой очень даже здоровый и временно мужской организм моментально возбудился.