Любимая игрушка - Галина Краснова

– А ты мне нравишься, малышка! - захохотала Адель.

Она обошла меня и схватила Дея за подбородок, чтобы полюбоваться на следы, оставленные мною. Вот только зря при этом повернулась ко мне спиной. Не задумываясь о последствиях, я схватила ее за горло и сжала, чувствуя, что еще чуть-чуть - и ее тонкая кожа порвется под моим "природным оружием".

– Дернешься, принцесса, и ты покойница. Мои ногти смазаны ядом, ты же чуешь? А теперь медленно убери руки от Дея и прикажи своим мальчикам прекратить сопротивление. А то моя охрана давно не кушала.

Я чувствовала, как во всем теле появляется легкость. Наркотик начал действовать. Надеюсь, доза для меня не убойная. Главное - довести все до конца.

– Проклятая человечка! Ты убила Дея, чтобы убить и меня! Но... Алекс! Прикончи эту тварь!

Я достала пистолет второй рукой и приставила к виску надоедливой принцессы. Взглянув на Алекса, я поняла, что тот не собирается ни за кого вступаться. Даже за меня. Подлец...

– Алекс меня не тронет. Так что встань на колени и руки держи перед собой, чтобы я видела.

Она повиновалась, но при этом так странно улыбнулась, что я заподозрила подвох. И он проявился в том, что в дверь ввалился отряд кнертов. Только этого мне не хватало. Все замерли. Спасти свою Императрицу ребята уже не успевают и прекрасно это чувствуют.

– Адель, будь так добра, скажи своим мальчикам, чтобы они были паиньками и бросили оружие, а то я ведь нервничаю. Так нервничаю, что пальцы трясутся - вдруг я тебя случайно поцарапаю?

Ее кадык судорожно дернулся, и я почувствовала, как содрался верхний слой кожи об мой ноготь. Кровь еще не пошла, но адреналин защекотал нервы.

– Бросить оружие, немедленно!

Ее голос сорвался на миг, а я мечтательно улыбнулась. Наркотик приглушил боль потери Инди, а податливость жертвы опьянила. Я почувствовала себя всесильной.

– Отойдите от Императрицы, леди, и вы не пострадаете, - пророкотал один из кнертов.

Нашел дуру. Нет, ну что за жестокая судьба: все меня считают идиоткой! Может имидж сменить? Или мозгов поднабраться...

– У нас тут перевыборы. Большинством голосов мы уже избрали нового Императора, Целестина Спокойного (да-да, я этому темо уже и погоняло придумала). Кто-нибудь, проявите уважение и снимите с вашего Императора цепи. Нет, Алекс, не ты. С тобой мы позже поговорим, муженек, о том, с кем ты проводишь длинные холодные ночи. Мальчики, - снова обратилась я к кнертам, - вы еще не сложили оружие? Я начинаю нервничать.

Сжав рукой горло ненавистной фурии, я надавила ногтем большого пальца посильнее. Потекла кровь, и Адель судорожно завыла. Странно, ведь на том ногте яда не было... Об этом я ее радостно уведомила.

В коридоре вновь раздался топот. На этот раз к нам присоединился Ааргел с двумя десятками повстанцев. Они споро разоружили наших противников. Я судорожно сжала руку, но Адель все же выскользнула. На ее шее осталось четыре алых борозды. Кровь потекла тоненькими струйками.

– Тварь! Ты убила меня!

Я? Да если бы не она вырывалась, то, я может, смилостивилась бы и всего лишь в тюрьму посадила. Пожизненно. Так я стояла и размышляла, опьяненная морфием.

Додумать мне она не дала. Не знаю, как в ее руке оказался пистолет, но выстрелили мы почти одновременно. Я не стала уворачиваться, поскольку за моей спиной стояли Дей и Целестин. Оба выстрела попали в цель. Я почувствовала удар, заставивший меня отшатнуться и почти потерять равновесие. Адель упала, схватившись за живот. Опустив взгляд, я заметила, как по моему платью растекается что-то красное. У нее что, бронебойные пули, что ли? А почему мне не больно? Блин, морфин, я совсем забыла! И от него так клонит в сон, что держусь на страхе и упрямстве.

– Вот мымра, платье мне испортила.

Схватившись за живот, я подошла к поверженной твари.

– Говори, где твой любовник. Где Никанор?

Надо срочно найти этого гада-зачинщика.

– Я не знаю. Он уехал, сказал, по делам. Мне больно... Добей, прошу.

Я и сама видела, что ей больно. Раны на шее набухли и стали истекать гноем, кожа почернела. Хотелось оставить ее, пусть мучается, но я же не садист какой-нить. Отвернувшись, я выстрелила в нее еще четыре раза. Стоны прекратились. Страха не было, но я знала: мне прибавился еще один ночной кошмар.

– Веста...

– Заткнись, Алекс. Не трогай меня сейчас. А то и тебя пристрелю. Эй, приведите наконец того, кто снимет оковы с освобожденных.

Почесав шею и попытавшись в миллионный раз ослабить удавку, я подошла к своим друзьям. Таких круглых глаз видеть мне еще не приходилось. А также таких жутких ран. Кажется, у них даже кости сломаны. Какой же жестокой была эта Адель. Может все обойдется? Из ступора меня вывел громкий голос:

– Так это правда, Лина? Ты жена Александра?

Как ни странно, но задал этот вопрос Целестин. Дей же молчал, пытаясь поймать мой взгляд. Протянув вперед правую руку, я уперлась дулом пистолета в нос Дею. Тот слегка отстранился, при этом стараясь не делать резких движений. Да, двусмысленный жест с моей стороны. А что поделаешь, если браслет на этой руке?

– Лина... - снова позвал Целестин.

– Заткнись, Цели, и без тебя подохнуть хочется. А ты чего вылупился? - гаркнула я Дею. - Снимай браслет!

Он повиновался беспрекословно, стянув с меня поднадоевшее украшение. Эх, если бы так же можно было избавиться от удавки на шее, жизнь бы стала проще.

Двинувшись к выходу, я столкнулась с Алексом. Еще один кандидаты в трупы.

– Лина, ты ранена? Дай я посмотрю.

Убрав руку с моего живота, он наклонился и принюхался.

– Это всего лишь ритуальное вино. Крови нет. Но все же тебе лучше поскорей снять бронежилет и проверить повреждения. Может из-за морфия ты их просто не чувствуешь. Пойдем?

Я замотала головой. Ааргел попытался меня убедить пойти отдохнуть, но я так злобно на него взглянула, что старый кнерт заткнулся. Правильно: мне сейчас море по колено. Не стоит меня доводить до белого каления.

– Алекс, за что ты ненавидишь Дея? - спросила я своего мужа. - Не отпирайся. Расскажи мне правду, а то я сейчас стану вдовой.

Я ожидала возмущения, усмешки, успокоительных слов и намеков на то, что я просто нервничаю и у меня галлюцинации, но никак не торжествующего смеха. Этот подонок веселился!

– А ты еще не поняла, милая? Да и с чего ты могла это понять? Ну так вот, слушай. Этот принц убил мою сестру. Он переспал с ней несколько раз, даже не удостоив звания любовницы, а потом бросил. Она покончила с собой. А ведь я любил Жасмин, она была прекрасной. После ее смерти я решил отплатить ее убийце той же монетой, но Дею было плевать на своих сестер. Зато тебя он оберегал. Тебя он желал. И теперь ты моя жена. Понимаешь? Ты принадлежишь мне. И я вижу боль в глазах этого надменного кнерта. Это так сладко!