Ускользающий мир - Марина Ефиминюк

Великолепный дом с одной стеклянной стеной будто сошел с картинок глянцевых журналов, в каких представлялись изысканные интерьеры и предметы быта. Хмурые люди проводили нас в гостиную, где в глубоком кресле с высокой спинкой сидел старик, уткнувшийся в газету и всем своим видом не замечавший нашего появления. Его наряд выглядел странно, почти нелепо: ноги облегали брюки на подтяжках, живот обтягивала застиранная белая майка.

В комнате, утопленной в полумраке, стоял огромный раскидистый фикус с нахохлившимся воробьем на ветке. Под мягким диваном на гнутых ножках притаился откормленный кот, которого поначалу я приняла за комнатную дворняжку. Обстановка гостиной смотрелась дорого, но без излишней помпезности и располагала к тихим семейным беседам.

Охранники окружили нас, Люк придерживал меня за талию, его лицо оставалось бесстрастным.

– Ты так и не приехал к Руте, Люка. – Голос у старика звучал глухо, чуть хрипловато, как у курильщика.

– Ты пытался меня убить, Оскар. – Обвинения произносились безразличным тоном, а потому особенно зловеще.

Мужчина опустил газету и внимательно оглядел нас двоих через стеклышки очков. Похоже, он и не собирался отрицать очевидное.

– Кто эта девушка? – кивнул он. – Сегодняшний переполох ты устроил из-за нее?

Я почувствовала, как из живота поднимается горячая волна и приливает к щекам. Что натворил Люк, пытаясь спасти меня?!

– Это было глупо, мой мальчик, – Оскар зло блеснул глазами, – очень глупо. Ты же понимаешь, чем закончится твое геройство. – Люкка скрипнул зубами. Я чувствовала себя виноватой. – Я просил тебя не подставлять под удар Семью, ты не послушался. Извини, Люк, я люблю тебя как сына, но ты знаешь правила.

Я почувствовала, как пальцы Люка сжали ткань моего пальто, и меня бросило в жар.

Оскар еще раз смерил меня презрительным взглядом от носков до макушки:

– Она даже не из этого мира, – произнес он, ставя ударение на каждом слове, и уставился на Люка.

– Оскар, отпусти ее. Она ни при чем.

– Очень при чем! – Он впервые повысил голос. Охранники отчего-то вжали головы в плечи и уставились в пол. – Ее перетащили из-за тебя и из-за этой штуки, которую ты украл у хранителей. Эта стрелка. Где она?! Она ведь с тобой, так?!

Оскар махнул рукой, один из охранников оттолкнул меня от Люка, и я, снова провалившись пяткой, только чудом удержалась на ногах. Здоровяк схватил меня за плечи, удерживая, словно я действительно могла дать стрекача.

– Полегче, парень! – процедил Люк, смерив его нехорошим взглядом.

Его самого уже ощупывали и выворачивали карманы куртки, пока в руках у одного из головорезов не появился маленький мешочек. Он махнул им у Люка перед носом и с почтением передал Оскару. Старик отложил газету и вытряхнул на большую ладонь маленькую деревянную стрелочку. Та неожиданно подскочила и неподвижно застыла в воздухе, указывая острием на меня.

– А теперь расскажи мне, что это.

Люк помолчал и хмыкнул:

– Пусть он уберет руки от моей женщины.

Оскар коротко кивнул, охранник тут же освободил меня, и через мгновение я прижималась к Люку, тут же почувствовав нечто похожее на спокойствие.

– Это магнит, – поведал он. – Бомба, другими словами. Хранители нашли трещину в пространстве и хотят открыть ворота в новый мир. Магнит должен расширить дыру.

В моей голове словно пулемет застрочили мысли, одна за другой. Они цеплялись друг за друга, вырисовывая всю картину разом.

– Этот мир полон энергии, – заявила я на свой страх и риск, разбивая повисшее молчание.

Клянусь, присутствовавшие в комнате мужчины посмотрели на меня с немым изумлением, будто на безмолвного зверька, неожиданно заговорившего.

Я почувствовала, как ладонь Люка, лежащая на моей спине, становится предупреждающе ледяной. Он предлагал мне заткнуться. Набрав в легкие побольше воздуха, я быстро продолжила:

– Я знаю человека, который может показать нам, где этот мир находится. Ты сможешь попасть туда первым, – кивнула я Оскару. – Третья параллель походит на глянцевый рай.

Люк незаметно отодвинулся от меня, я боялась посмотреть на него, уже представляя ледяное выражение на скуластом лице. Старик поднял брови, люди, как по команде, вышли из комнаты, подчиняясь немому приказу. Плотно и тихо закрылась дверь, и мы остались втроем.

– Она говорит правду? – спросил Оскар, обращаясь к Люкке.

– Ей лучше знать, – хмыкнул тот и теперь открыто отошел.

Похоже, только что я заработала кучу неприятностей.