Король северного ветра - Анатолий Бочаров

* * *

Часов после четырех ночи, когда покинувший иберленский Коронный совет и отдавший ряд распоряжений своим солдатам Эдвард Фэринтайн едва успел уединиться с женой, в дверь их покоев раздался стук. Камердинер сообщил, что явился сын графа Рейсворта – и требует его впустить.

– Что-то требовать юный лорд Рейсворт может только у своих лакеев, – ответил эринландский король раздраженно. Он устал и хотел спать. Иберленцы продержали его на своем совете почти до самой полуночи, а после пришлось еще проведать офицеров, рассказать им о перевороте, принять меры безопасности на случай, если местные совсем рехнутся. – Скажите этому юноше, пусть возвращается днем после обеда. Или послезавтра. Или никогда.

– Он уверяет, разговор не терпит отлагательств, сэр. Очень просит о вашем внимании.

– Впусти его, Эдвард, – вмешалась Кэран. В отличие от мужа, она не казалась ни усталой, ни злой. Чародейка смотрела на слугу приветливо, выглядела хорошо отдохнувшей. – Вдруг дело и впрямь важное. Мне кажется, в такую ночь не бывает неважных дел.

Фэринтайн посмотрел на жену с досадой, махнул рукой.

– Так и быть. Фредгар, скажи мальчишке, пусть заходит.

Лейвис Келвин Рейсворт напоминал чем-то своего троюродного брата – и одновременно не был на него похож. Такой же светловолосый, худой, жилистый – но весь какой-то всклокоченный и нервный. Если Артур Айтверн держался с определенной церемонностью и даже манерностью, кузен его владел собой явно хуже. Дерганые движения, быстрый взгляд. К тому же, юный Рейсворт был явно пьян – от него изрядно разило спиртным.

Юноша вошел в отведенную Фэринтайнам гостиную, огляделся.

– Садитесь, – Эдвард указал Лейвису на глубокое кресло, стоящее спиной к дверям. Сын лорда-констебля опустился в него, Кэран расположилась напротив, на мягком диване.

Фэринтайн достал из бара бутылку бренди и три рюмки.

– Будете, сударь?

– Буду, – сказал Лейвис решительно и мрачно.

Эдвард усмехнулся. По молодому человеку было очевидно – пить ему больше не стоит. Тем не менее, король Эринланда разлил терпкий, ароматный напиток по рюмкам и сам одну тут же опустошил. Молодой Рейсворт тут же последовал его примеру, а вот Кэран даже не шелохнулась. Она не любила выпивку.

– Хороший бренди, – сказал Лейвис, утерев губы рукавом.

– Сомневаюсь, что вы сейчас можете отличить хороший бренди от плохого, – Эдвард уселся в кресло по левую руку от гостя. – Совет кончился едва три часа назад, где вы успели напиться?

– А мне долго и не надо, – ухмыльнулся кузен Артура. – С нашей новой королевой.

– Вы дружны, не так ли? – осведомился Эдвард вежливо.

– Дружны? – Лейвис скривил губы. – Можно и так сказать. С самого детства. Можно мне еще?

– Можно. Не стесняйтесь просить о таком, – сказал Эдвард, подливая гостю вторую рюмку.

Он мало что знал об этом мальчишке. Лейвис Рейсворт обычно держался в стороне от политики и пользовался при дворе еще меньшим влиянием, чем Артур Айтверн – полгода назад. У него не было ни могущественных покровителей, ни амбици й, ни сторонников, ведь все знали, что Рейсворты – лишь тень Айтвернов, боковая линия Драконьего Дома, во всем исполняющая волю главной. Однако отец этого юнца захватил сейчас власть в Иберлене. На Серебряный Трон Роальд Рейсворт посадил Айну Айтверн, но королеве будет нужен король. Если верховный констебль пожелает удержать страну в руках своего дома, он выдаст новоиспеченную королеву Айну за отпрыска.

Эдвард Фэринтайн присмотрелся к стремительно хмелеющему мальчишке, что сидел в кресле, сгорбившись в неловкой позе, и елозил пальцами по краешку стола. Если брать с виду, он еще меньше годился в короли, нежели Гайвен Ретвальд. Но и самого Эдварда десять лет назад никто в здравом уме не прочил на трон.

– Расскажите мне о магии, – сказал Лейвис внезапно. – Все, что можете рассказать.

– Неожиданная просьба. И ваша кузина, и лорд Гайвен не горели желанием говорить со мной на эту тему.

– Они не горели, а я горю, – упрямства, что зажглось сейчас в глазах этого нескладного подростка, хватило бы на пятерых Артуров Айтвернов. – Я был на совете и слышал, о чем вы распинаетесь. Вы владеете магией. Вы приехали сюда, потому что у нас завелся Король-Колдун, иначе бы плевать вам было на наши коронации и интриги. Я читал старые книги, не поверите? Остин и Финниган Фэринтайны входили в Конклав перед его падением. Колдовство передавалось в вашем роду тысячу лет.

– И оно интересно вам, – заметила Кэран. Наследница Катрионы Кэйвен говорила мягко, но взгляд ее сделался вдруг таким, каким бывал в прежние дни. Когда она с мечом в руках выходила на битву, и обагряла этот меч кровью. – Поведайте нам без утайки, почему это сделалось вам интересно, – тонкие пальцы погладили пустую рюмку.

«Кэран может сколько угодно играть добрую и заботливую жену, очаровательную светскую леди, быть обаятельный и милой – это нисколько не изменит ее сути, – подумалось Эдварду. – В неполные двадцать лет она убила человека, которого любила, и стремилась поставить весь мир верх дном. И едва не убила меня. Я живу с готовым каждый миг загореться фениксом – но я не должен думать, будто его приручил. И если ей сейчас не понравятся ответы молодого Рейсворта, кто поручится, что молодой Рейсворт выйдет отсюда живым?».

– Мне никто не говорил о магии, никогда. Я спрашивал отца – а он молчал. Говорил, магия давно забыта. С тех дней, когда старую столицу пожрало пламя. Айтверны разорвали свои книги, перестали учить наследников. Потом появился Гайвен… А теперь Айна сжигает в полете стрелы, и готова учиться у вас. Я могу быть чародеем, как она? Во мне течет та же самая кровь, – губы побочного потомка Драконьих Владык дрожали.

Ну конечно, подумал Эдвард. Как непросто быть боковым наследником древнего и славного рода – не наследуя ни замка, ни власти, ни даже фамильного имени. Навсегда остаться лишь вассалом дяди и кузена, исполнять их приказы, следовать за ними по пятам, жить их мечтами. Так хочется стать кем-то настоящим. И уж конечно, хочется стать чародеем из старых сказок – особенно после того, как увидел их силу.

Видимо, Кэран думала то же самое. Она подалась вперед, мягко, едва-едва, коснулась пальцами щеки Лейвиса. Юноша вздрогнул, но не отстранился.

– Хочешь обрести могущество, мальчик? – спросила чародейка ласково. Несмотря на гладкую кожу лица и лишенные седины волосы, она вдруг показалась супругу такой старой, будто видела еще саму Великую Тьму. – Желаешь быть таким же, как Гайвен Ретвальд? Как Бердарет-Колдун? Как великие древности, что двигали горы и прорезали новые моря в земной тверди?

– Хочу быть собой. Меня учили быть рыцарем, но я не рыцарь. Не такой, как Артур. Поединки и войны – это ему, а я – что-то другое. Тем не менее, я тоже Айтверн. Пусть не по имени. Я знаю кое-что о прежних Айтвернах, говорю. Они могли многое сделать и без меча.

На кончиках пальцев Кэран вдруг загорелся огонь. Холодное голубоватое пламя. Чародейка взмахнула ладонью прямо перед глазами Лейвиса, но тот и тогда не отдернулся. Юноша дышал размеренно и ровно. Казалось, выпитое придало ему спокойствия.