Семь дней Мартина - Дмитрий Мансуров

С наступлением вечера в лаборатории выключили свет: пришельцы решили, что зараженным людям пора отдохнуть от суеты и дневных волнений и лечь спать. Недовольный таким решением царевич поднял телефонную трубку.

— Алло, внеземляне! — возмущенно проговорил он. — Разве я похож на трехлетнего младенца?

— Не каркай! — буркнула Юлька. В ее сторону полетела мягкая безделушка, кукла увернулась и показала длинный язык.

На том конце провода вполне по-земному прокашлялись, и ответили:

— Не похож.

— Тогда включите свет! — приказал Иван.

— Нельзя! — строгим голосом ответил пришелец. — У вас распорядок дня, заверенный руководителем проекта.

У царевича брови полезли на лоб.

— Какой еще распорядок, — возмутился он, — если мне осталось жить меньше недели?!

— А такой, что скорая смерть не означает, что вы должны забыть о воспитании и незамедлительно предаться жутким человеческим порокам.

Юлька злодейски захохотала: связь была отличной, и кукла хорошо слышала как вопросы Ивана, так и ответы пришельца.

— С такими друзьями и врагов не надо! — прокомментировала она.

— Молчи лучше, ласковый друг человека! — отпарировал царевич. — Последнюю неделю не дают толком прожить.

— Именно поэтому, — продолжал пришелец, — мы и отключили свет. Спите-спите, вам вредно волноваться. Всего наилучшего!

Он собрался положить трубку и вернуться к своим непосредственным обязанностям, но царевич не позволил ему закончить разговор.

— А мне в темноте страшно! — нахально заявил Иван. Кукла от хохота свалилась со стола. Раскрытый журнал упал на ее и закрыл с головой страницами, на которых было изображено полуденное солнце на роскошном инопланетном пляже.

«А вот зря пришельцы не придумали светящуюся краску, — подумала Юлька, рассматривая желтый круг не обогревающего и не светящего чужого солнца, — Наклеила бы на стенку и круглый год жила бы под солнечным светом, никаких свечей и лучин не надо».

— Не бойтесь, лаборатория стерильна, — не моргнув глазом, ответил Ивану пришелец, — а помимо вас, других форм разумной жизни в лаборатории нет.

Юлька застыла с открытым ртом. Царевич с победным видом посмотрел на нее, и кукла показала длинный язык.

— Спасибо на добром слове! — сказал Иван пришельцу.

— Ладно-ладно!!! – мстительно ответила Юлька. — Я это вам припомню!

— А не объясните несведущему человеку, — попросил царевич, — каким жутким порокам, по вашему мнению, я намеревался предаться при свете дня?

Пришелец ушел от внятного ответа.

— А кто вас знает? — сказал он. — Я в человеческой психологии слабо разбираюсь, мой удел — заниматься полезными ископаемыми.

— Тогда включите свет! — потребовал Иван.

— Утром.

— Утром будет солнце!

— Ничего подобного! — воскликнул пришелец. — Метеорологи обещают, что завтра будет пасмурно. Посмотрите в окно, сами все увидите!

Иван посмотрел. И правда, небо заволокли низкие серые тучи.

— Скорей бы снег пошел, что ли? — пробормотал он. — Ладно, ваша взяла. Но как знаток человеческой психологии, могу доказать, что в темноте предаваться пороку намного удобнее, чем при свете дня.

— Правда?! – растерялся пришелец.

— Клянусь! И если вы не включите свет, то я под прикрытием ночи такими пороками займусь, что…

— Вы мне не угрожайте, — сказал пришелец. — Я не могу отменить приказ начальства, а оно разбирается в психологии людей лучше меня.