Маг при дворе ее величества - Кристофер Сташеф

— Тут нет никаких охотников за драконятами, старина, — успокоил его Мэт. — Уймись. Похоже, тут наклевывается что-то вроде мира — или хотя бы перемирия.

Он запрокинул голову к небу и воззвал:

Я не помню день недели,

Но никто не опроверг,

Что с утра не понедельник,

А заслуженный четверг.

Посмотри — отнюдь не басни:

В тучах солнца луч померк,

И огонь сейчас погаснет —

После дождичка в четверг!

Справившись с увязкой символа и слова, Мэт открыл свою винную флягу и пролил несколько капель на землю, потом поплевал для вящего эффекта. В конце концов, если это действовало у индейцев...

Лес внезапно наполнился шумом дождя. С шипением и паром огонь отдавал ветку за веткой.

Мэт перевел дух, оглянулся и, увидев сэра Ги, насупился.

— Что же это получается? Вы всего лишь перефразировали меня, когда говорили с герцогом эльфов. Вы повторяли за мной. А он слушал только вас!

Сэр Ги в смущении беспомощно развел руками.

— Такие у нас порядки, господин маг. Вы ведь не...

— Не рыцарь, — подхватил Мэт с сарказмом.

Порядки идиотские, но он уже начал к ним привыкать.

Деревья утихомирились, взмахи веток стали плавными. Только одно вдруг задрожало, издав душераздирающий стон. Мэт вопросительно взглянул на герцога эльфов.

— Ваша милость! Что с ним такое?

— Разве вы не видите? — мрачно отвечал эльф. — Дриада. Вон как его раздуло.

Мэт посмотрел: в самом деле, дерево было как на сносях. В памяти внезапно всплыли нужные строки:

У Лукоморья дуб зеленый,

Ствол, чародейством расщепленный,

И эльфы на ветвях сидят.

Мне герцог ихний намекает:

«Дриада в том стволе страдает —

Ее бы выпустить назад!»

Ну что же, я, как кот ученый

Пойду налево и кругом,

И кто бы ни был заключенный —

Его не будет в дубе том!

Стенания дерева, нарастая, дошли до взрыва. Ствол дал трещину, она достигла шести футов в длину и пошла вширь. Из недр дерева выступила девушка, смуглая, как орех. С криком радости она воздела руки и потянулась грациознейшим движением. У Мэта глаза вылезли на лоб. Формы девушки были развитые и манящие, а грация — природного лесного существа. Густые зеленые волосы струились по ее плечам, туника была — как слой краски, нанесенный от груди до бедер, подчеркивающий каждый изгиб тела, хотя сплетена она была из листьев, образующих по краям бахрому.

Девушка обратила лицо к Мэту, подняла на него глаза, огромные, с длинными ресницами. Ее пухлые губы раздвинулись в томной улыбке. Она подалась к нему, выдохнув:

— Маг! Только маг мог вызволить дриаду из дерева! Моя благодарность глубока и безгранична! — Она поклонилась, рукой коснулась его ноги и заскользила вверх, как бы уговаривая, улещая, соблазняя его. — Я покажу тебе, как глубока моя благодарность, как...

— Это что еще за создание? — сурово спросила Алисанда.

— Дриада, — ответила ей Саесса. — Она вне добра и зла, просто дитя природы. Что природа ей диктует, то она и делает... Прочь, милая девушка! Зов природы может далеко завести!

Дриада подняла на нее глаза.

— Думай, что говоришь. Ты в лесу! И кто ты такая, чтобы разговаривать со мной в таком тоне?

— Я — та, которая тоже поддавалась природным порывам, как ты сейчас, и это плохо кончилось. К тому же, если ты свяжешься со смертным, ты согрешишь против той самой природы, которая руководит тобой. Будь осторожна!

Дриада отшатнулась от Мэта в ужасе.

— Прочь, прочь! — командовала Алисанда. — Все природное должно подчиняться человеческим законам, или оно пострадает. Твои деревья слишком поздно это поняли. Ты хочешь последовать их примеру?

— Милые дамы! — Мэт поднял кверху обе руки. Потом, не без усилия над собой и не без сожаления, обернулся к дриаде. — Я польщен вашей благосклонностью, Лесная Леди, но боюсь, наши обычаи несколько отличаются от ваших. Кроме того, мы сейчас немного спешим, за нами гонится оборотень.

— Этих существ я знаю! — воскликнула дриада. — Нет ничего хуже, чем когда смешиваются два начала: человеческое и природное.

— А сама только что хотела их смешать, — бросила Саесса.

Дриада покосилась на нее, а Мэт поспешно сказал:

— Если вы действительно хотите нам помочь, леди, попробуйте как-нибудь задержать оборотня, ладно? И выведите нас на западную оконечность этого леса до наступления дня, если можете.

Дриада посмотрела на него томным, пытливым взглядом, и Мэта пробрала дрожь. Он облизнул пересохшие губы.

— Пожалуйста. Это вопрос жизни и смерти. Дриада со вздохом отвернулась, покачала головой.

— Ну что ж, как знаешь, маг!.. Герцог эльфов!

— Что вам угодно, леди?

Благородный эльф в золотом венце оказался у ее ног.

— Как давно я тебя не видела! — Теплота и привет были в глазах дриады. Она с улыбкой посадила крошечного герцога на ладонь. — Ты слышал, что просят эти смертные?

— Да, — отвечал эльф. — И они оказали нам любезность, так что мы должны отплатить тем же.

— Тогда займись этим. Проводи их через чащу леса до западной оконечности. И окрыли их ноги, проведи их наикратчайшей дорогой, ибо они должны выйти из лесу до света.

— До света будет нелегко. — Эльф явно был в замешательстве. — Но мы постараемся проложить нужную тропу. За мной, смертные.

Он соскочил с ладони дриады на землю и, во главе толпы крошечного народа, зашагал прочь.

Мэт пришпорил Стегомана и поехал в авангарде, не забыв крикнуть дриаде:

— Помните: оборотень!

— Я помню.

Она повернулась к ближайшему дереву, бормоча слова на непонятном языке, звучащем, как шорох полночной листвы.

Мэт оторвал от нее взгляд и сфокусировал его на золотом венце герцога эльфов, который чуть поблескивал впереди.

Деревья, казалось, расступались, освобождая им проход. Они быстро неслись сквозь ночь.

— Я им сказала.

Мэт с удивлением увидел дриаду, шагающую в ногу со спешащим драконом, причем без видимых усилий.

— Я поговорила с деревьями, а они передадут все подлеску. Волку придется трудно, потому что кусты будут цепляться за него, колючки — впиваться в его лапы, а зверобой — вырастать на его пути. Путь его станет окольным и долгим. Будь уверен, в этом лесу он вас не догонит.

— Благодарю вас, леди. — Мэта даже удивила такая результативность. — У вас тут, похоже, связь хорошо работает.