По следу скорпиона - Юлия Федотова

Совещание пришлось прервать, присутствующим дамам стало дурно. И немудрено, за истекшие месяцы внешность Хельги не прибавила респектабельности. Северная бледность сменилась бронзовым загаром, отчего глаза стали казаться ещё больше и светлее, волосы совсем выгорели и отросли чуть не до плеч, на шее красовался багровый след свежего ожога. Одежда, категорически не соответствующая современной моде, была в состоянии плачевном. Плюс арсенал холодного оружия и нечто жутковатое, чисто спригганское… В общем, нечеловеческая природа пришельца была для окружающих совершенно очевидна.

– Это мой брат, – объявил Макс, – родной брат… – Он взглянул на когти «брата». – Нет, пожалуй, двоюродный. Простите его за вторжение, издержки воспитания… Все свободны. Продолжим завтра в это же время… – Он слабо надеялся, что завтра, когда страсти поулягутся, сможет убедить подчиненных, будто они видели одного из актеров, развлекающих клиентов на турбазах фирмы, а его появление – новейший и совершенно секретный спецэффект. – Хельги, слезь, ради бога, со стола, сядь в кресло!.. Риточка, у нас нашатырь есть?

При одном упоминании чудодейственного средства с Хельги, начинавшего бледнеть и покачиваться – обычная реакция на переход через границу миров, – мигом слетела вся хворь.

– Не надо! Я уже в порядке!

– Что, не нести нашатырь? – Любопытная мордочка секретарши возникла в дверном проеме. – Это ваш брат, да? Супер!.. А хотите, я кофе заварю? У нас и печенье есть, датское, в жестяночке. Принесу, да? – Она скрылась.

Макс присвистнул. Что за чудеса творятся на свете! У Риточки, при всех ее достоинствах, имелась одна ярко выраженная черта: девица не отличалась трудолюбием и никогда ничего не делала по собственной инициативе. И вдруг такое рвение! Как ни смешно, но Макс даже почувствовал себя немного уязвленным.

– Не надо кофе! – крикнул он вслед резковато. – Мы срочно уезжаем! – Демона следовало как можно скорее скрыть от глаз посторонних.

Поездка вышла не из приятных. В районе Лубянки они попали в пробку. Жара стояла адская, кондиционер сломался ещё на прошлой неделе, всё не было времени заехать починить. Запах бензина, горячего асфальта и выхлопных газов был таким густым, что казалось, зажги спичку – вспыхнет. Хельги, впервые столкнувшийся с проблемой личного автотранспорта в Москве, терпел-терпел, терпел-терпел, но в конце второго часа черепашьих бегов, когда Макс со скуки включил музыку, не выдержал и сообщил, что так жить нельзя, и он, пожалуй, сейчас умрёт. Пусть Макс считает его нежной феей, но такую жару ни одно северное существо вынести не способно. Лучше он пойдёт пешком, а Макс со своей повозкой его потом догонит. Макс тяжко вздохнул:

– Ты отдаешь себе отчет, что выглядишь для нашего мира слишком… гм… экзотично? А мне тебя даже переодеть не во что.

Но Хельги не растерялся:

– А вон идет! Смотри!

Высокий, черный как смоль дядька важно шествовал по тротуару от входа в метро. Он был облачен в нестерпимо яркое, красно-оранжево-желтое этническое одеяние, длинными полами подметающее асфальт. Гордо посаженную голову венчала маленькая белая шапочка, из-под нее во все стороны торчали черные косички.

– Только не говори, что я выгляжу еще более экзотично. Это будет ложь. И глаза я неплохо умею отводить, помнишь тот раз, в университете?

Пришлось Максу уступить. На листке из блокнота он по памяти нарисовал маршрут, дал на всякий случай денег, свою рубашку, благо по случаю совещания имел при себе летний пиджак, и слезно попросил оставить все оружие в машине.

Хельги был мил и покладист. Согласно и терпеливо кивал в ответ на все наставления, обещал быть осмотрительным, в случае чего исчезать в свой мир – на этом они временно расстались. Макс остался куковать в «тойоте», демон пешком поплелся на Пролетарскую. По пути он купил еды и питья – в деньгах смог легко разобраться. Чудо, но по обе стороны границы миров написание цифр почти полностью совпадало, лишь немного различались единицы и четвёрки. Еда, не слишком свежая булка со вставленной внутрь колбаской, Хельги не понравилась, потому что торговец поскупился на горчицу. Зато питьё в бутылке из странного мягкого материала оказалось что надо – холодное, коричневое, в меру сладкое, оно шипело, пенилось и щипало язык. Тошнота, напавшая от долгого сидения в душной повозке, отступила. Хельги повеселел, пошёл резвее. К тому времени, когда Макс наконец добрался до дому, гость уже поджидал его в подъезде на подоконнике.

– Чего ты не зашел? У тебя же есть ключи.

– Я хотел. Но постеснялся.

– Чего ты постеснялся? – удивился Макс.

– Там у тебя кто-то есть. Я дверь открыл, а на пороге сумки, сумки, и голоса слышны, женские. Я запер и сбежал.

– Черт возьми! – простонал Макс. – Этого несчастья на мою голову не хватало! Совершенно забыл!

– Тетка приехала, да? – В голосе Хельги слышалось искреннее сочувствие.

Макс даже опешил:

– А ты откуда знаешь?!

– О-о, – многозначительно протянул выходец из мира иного, – у каждого из нас есть свои тетки! А у тебя их две приехало?

– Нет. Это тетка свою дочь привезла, в университет поступать.

– В августе? – настал черед удивляться Хельги. – Так поздно? У нас вступительные экзамены в июне-июле.

Макс махнул рукой:

– А! Это для особо одаренных, дополнительный набор. На коммерческой основе. И университет какой-то левый, из новых. Там даже астрологию изучают.

Демон скривился. Воспоминания об упомянутой дисциплине вызывали у него эмоции самые негативные, проблем с ней было не намного меньше, чем с теорией магии. Он даже к теткиной дочери почувствовал неприязнь. Надо же быть такой дурой, чтобы из огромного числа учебных заведений, существующих в этом мире, выбрать то единственное, где преподают проклятую астрологию! С такой дурой даже встречаться не хочется, лучше он на улице подождёт.

– Лучше я на улице подожду.

– Еще не хватало, на улице! – возмутился Макс. – Квартира большая, все поместимся.

– Дело не в квартире, а во мне, – покривил душою Хельги, – твои родственницы могут меня испугаться. Сбегут.

То-то было б расчудесно, подумал гостеприимный хозяин. Но увы. В отличие от материнской, интеллигентной и рациональной, отцова родня была падкая до всякого рода мистики: дед искал тайные клады, бабка увлекалась спиритизмом, дядька Михаил – уфологией, обе тетки без всяких на то оснований воображали себя народными целительницами, а теперь вот Анжелка в астрологи подалась. Очевидно, при встрече с существом из мира иного люди подобного склада испугаться-то испугаются, но не отступят, пока не вытянут из несчастного все соки, – это уж как пить дать!

– Сделаем так, – решил Макс, – я скажу, что ты мой друг из Татищева, приехал погостить, зовут тебя… ну, хотя бы Николай…

– А можно по-другому? – перебил Хельги. – Я такое не выговорю. Забуду. У меня плохая память на имена.