Виктория. Надо жить дальше… - Светлана Ланас

Что-то еще всколыхнулось в памяти, но не имея возможности понять что, я вдруг замерла, услышав другую молитву о помощи.

– С ней все будет хорошо! – заверила мужчину и растаяла в воздухе, чтобы через секунду оказаться у подножья горы.

Рядом с небольшим ручейком сидела девушка и плакала. Ее тело было покрыто красными пятнами, а на лице виднелся порез, из которого не переставая шла кровь. Склонившись над той, которая просила о помощи я осторожно прикоснулась к ране, которая сразу же исчезла. И потом за ней стал исчезать старый, иже затянувшийся, шрам от ожога на половину лица. Уже через несколько секунд девушка сияла красотой, которую ей от рождения подарила природа.

Не дожидаясь благодарности я исчезла и появилась в Храме. Все это время в душе было очень странное, немного тянущее спокойствие. Словно все что должно произойти, уже случилось, а теперь осталось только смириться. Но как можно смириться с тем, что не знаешь? В помещении царила тяжелая тишина. По воздуху разлилось напряжение и ощущение боли. Кто-то вновь просил о помощи…

Я посмотрела в право, но ничего и никого, не заметив уже хотела повернуться налево, когда в мою руку вложили знакомый клинок. Мужские пальцы погладили мои напряженные пальцы, а губы незнакомца тихо прошептали на ухо.

– Тебе необходимо завершить ритуал… Ты стала Богиней и для того, чтобы иметь возможность постоянно помогать людям, надо разорвать все свои прежние связи, – настойчивый шепот заполнил все мое сознание, – Осталось только избавиться от этой никчемной татуировки. И перед тобой откроются неограниченные возможности! Ты сможешь стать такой сильной, какой захочешь. У тебя будет тысячи подданных, которые отдадут жизни за тебя. Только разорви эту тонкую ниточку магии. И все!

В голову вновь ударил шум, а среди него я стала слышать молитвы, крики отчаянья и безмолвные страдания. Да, последние было чувствовать больнее всего, но я стойко держалась, стараясь устоять на ватных ногах.

– Быстрее… – медленный шепот. – Чем скорее ты это сделаешь, тем раньше сможешь отправиться и помочь им. И тогда их голоса не смогут потревожить тебя. Давай! Сделай Это!

Моя рука дрогнула, но кожа под татуировкой похожего на ангела существа осталась цела. Мне отчего-то казалось, что в той, прошлой моей жизни она была для меня ценна. И фиолетовое кольцо. И тонкие узоры. Может я не должна ничего менять?! Но голоса усиливались с каждой секундой звуча в голове еще сильнее. И вот уже я не могу устоять на ногах и падаю на колени, продолжая держать холодную сталь у правой руки.

– Ну, давай же! Давай! Помоги им. И себе. И мне. Твоя семья будет очень этому рада…

– Моя семья?

Перед замутненным взором предстали две моих чудесных дочки. Одна из них Катерина, она постоянно влипала во всякие разные истории, но с достоинством из них выбиралась. Вторая – Вероника, чудесная девочка, которая знает, чего хочет и всегда старается этого добиться. Главным секретом дочери, была ее симпатия к Ритору. Но всем она говорила, что они не пара, ведь он очень много заботится о ней, а ей необходима свобода. Еще вспомнился Андриан. Сын оказался внешностью в меня, но характер то был от папы… Пан…

В этот момент в голове замолкли голоса, и я смогла нормально посмотреть на обстановку в Храме. Рядом со мной был не Пантелеймон, а кто-то другой. И этот кто-то жаждет прервать нашу связь с Паном. И Бога, хоть проклятого и на века забытого было практически невозможно убить, то вот испортить ему жизнь… И уничтожить его душу не так уж и сложно, зная куда необходимо бить.

Справа на холодном каменном полу лежал Пан и похоже он был без сознания. А если он там, то за моей спиной может быть только одно существо… Значит есть только один способ постараться обратить внимание на этот давно заброшенный Храм.

Холодный метал был зажат в моих горячих ладонях, словно продолжение моего тела. Я направила свою магию в клинок, который с благодарностью ее пил. А когда силы скопилась достаточно, то место, где я стояла озарилось ярким зеленым светом.

– Прими мою клятву СОЗДАТЕЛЬ! Я, Виктория, готова служить жителям этого мира, до тех пор, пока они будут нуждаться во мне.

Сначала Храм окутала зловещая тишина, но потом стало легче и даже воздух стал свежее, словно недавно здесь прошел дождь. А потом появилось ощущение чьего-то присутствия, но понять кто это и где я так и не смогла. Пока не услышала тихий, сильный голос.

– Я принимаю твою клятву Дарующая Жизнь! Помогай своим подданным, лечи, даруй силу и процветание. Чем сильнее будет вера, тем больше ты сможешь дать подвластному тебе народу. – меня вдруг окружили серебряные искры и вот уже от крови на руках не осталось и следа, а на мне оказалось просто превосходное по красоте серебристое платье, словно сплетенное из искристого шелка.

– Спасибо! Я сделаю все что в моих силах! – поклонилась и клинок занял свое место на специальной подставке в середине зала.

Ко мне неровной походкой потирая плечо подошел Пан, но смотрел он при это не на меня. А на ту, что стояла позади. И его взгляд не предвещал ничего хорошего. Вдруг вспомнилось, что Пантелеймон не обычный житель этого мира, хоть он и является моим любимым мужем, и хорошим отцом, но при этом он может быть совсем другим. Для семьи он отзывчивый, понимающий и очень добрый семьянин, а к остальным относится так, как они того заслуживают. И вот я впервые за последние сто лет увидела этот взгляд. Когда-то мне уже довелось это видеть, не скажу, что воспоминания вызывали положительные эмоции. За все время совместной жизни мы старались не говорить о том дне, когда я убила Бога Выпивающих Жизни.

Тихие слова на неизвестном мне языке прошептали любимые губы, изогнувшиеся в злобном оскале. Резкие звуки словно ножи скользили по воздуху и обжигали не хуже огня. Я немного отошла в сторону, чтобы посмотреть на Насмешницу и удивилась. Женщина стояла бледная и непривычно нервная, и было видно, как она сдерживается, чтобы не использовать магию. В храме четко прозвучало имя Алариэния, как я поняла именно его носила раньше Насмешница. Но похоже слова Пана больно ранили ее, так как Женщина тоже что-то выкрикнула. И на этот раз, я не поняла, о чем они говорили, хотя и понимала с кем…

На несколько долгих секунд воцарилось молчание, а потом Насмешнице словно дали пощечину, она резко отвернулась и словно не желая направилась в мою сторону. Но Пан успел первым, он перехватил мою руку и притянул к себе обнимая, при этом в глазах сверкали искры. Женщина стала в середину Храма и подняла взгляд вверх, туда, где находилось окно с проникающим внутрь светом. Сначала ничего не происходило, но потом Насмешницу стало окружать золотой ветер. Играя с ее длинными рыжими волосами ветер становился все сильнее и сильнее, в какой-то миг на бледном лице женщины проступил испуг, а потом пространство озарила золотая вспышка. Когда мы смогли видеть, то на месте Насмешницы никого уже не было. И отчего-то показалось, что больше мы никогда ее не увидим, но печалиться по этому поводу совершенно не хотелось.

– Я надеюсь, ты вынес урок из произошедшего, – в Храме прозвучал приятный мужской голос. – И никогда больше не станешь вершить правосудие в одиночку. Я место Алариэнии будет выбран другой житель этого мира. И в случаи необходимости призовешь его.