Черная кошка удачи - Тереза Тур

Он кинул плетение перед собой, готовый встать на след и нестись на край света.

Ничего.

Словно смешной, открытой, вечно на что-то обиженной девчонки никогда не было. Словно все это ему померещилось — привиделось в сладком сне. Но этого не может быть!

— Брат, — тихо проговорил Дан.

— Выйди, нахмурился тот, изо всех сил стараясь нащупать хоть что-то. — Ты меня просто сносишь.

Он послушался. Вышел. Попытался глубоко вздохнуть. Успокоиться. Не получилось. Чтобы не сойти с ума — связался с охраной. Отправил остолопов, прошляпивших порученное им дело, на гауптвахту. Объявил перехват по всему Северу.

Через десять минут вышел Харви — бледный и осунувшийся. Брат отрицательно покачал головой.

— Ее кто-то укрывает, Дан. Не пробиться.

Будущий наместник зарычал, словно разгневанный бог. Резные перила крыльца разлетелись в щепки, синие сосны зашумели кронами — поднялся дикий ветер.

— Её не похищали! — Харви старался перекричать вой ветра. — Она сама ушла! Слышишь? Сама! Я это чувствую!

— Что ты хочешь этим сказать? — огонь в глазах Дана погас, ветер стих — маг невероятным усилием воли заставил себя успокоиться.

Жители Города магов ни в чем не виноваты — не стоит сносить крыши уютных жилищ, предоставленных государством.

— Только то, что сказал, — примирительно поднял руки вверх старший, облегченно вздохнув. — Теории заговоров оставим Дьярви.

Харви потер виски. Дан справился с собой. Хорошо, что он сдержался и не полез его успокаивать — было бы только хуже. Надо найти Дьярви…

Они ждали. Через час Дан не выдержал. Попрощался с братом, отказавшись от помощи — он должен быть один. Он это чувствовал. Чувствовал какой-то внутренний зов. Объяснить невозможно, сопротивляться — бесполезно. Он должен! Сейчас!

Дан сел в сургенг и полетел, в буквальном смысле «куда глаза глядят». Если какие новости — сообщат. Благодаря Анни, что сумела перенастроить потоки магии в пластинах связи так, что они перестали конфликтовать с встроенной в механизм сургенгов систему левитации, — связываться теперь было возможно без помех и на любых расстояниях.

Он выехал из Бренома и прибавил скорость, надеясь хоть так загасить отчаяние, затопившее душу целиком, не считая этого необъяснимого зова внутри. Он рос и гудел — размеренно, будто заклинание или разгневанное ледяное море, он гнал его вперед — туда, где за низкими холмами бескрайних сопок клубился голубой туман.

Он слушал эту невесть откуда взявшуюся песню, когда понял, что несется на чудом возникшую фигуру, сгорбленную, упрямо идущую вперед в этом пустынном месте, где на несколько сотен хеймов округ никакого жилья.

Дан со всей силы рвану рычаги на себя — сургенг всхлипнул, наградив энергетическим ударом в грудь — так, что носом пошла кровь.

— Храон всемогущий…

Дан выскочил:

— Живы?

— Я-то? Жива. Мне что будет? Что ж ты так носишься, родной? На вот. Вытри и оставь себе, — черные глаза старушки смотрели насмешливо, рука протягивала вышитый саомскими узорами платок.

Дан приложил мягкую, пахнущую лесом ткань — кровь моментально остановилась, а из сердца неожиданно ушла тревога. Он вдруг понял — Анни жива.

— Простите меня, — выдохнул он, чувствуя, что эта встреча посреди бескрайнего моря сопок случайной быть просто не может — Север, приняв тебя однажды, требует понимания подобных вещей.

Он глубоко вздохнул, и, мысленно возблагодарив богов, попросил о помощи.

— Девчонку свою ищешь?

— Ищу, бабушка.

— Потерял?

— Да.

— Ну, так езжай потихоньку. Глядишь — найдешь.

…

Он ездил всю ночь. Был у океана. Спускался в пещеры. Боялся остановиться хоть на минуту — чтобы боги не подумали, что он сдался.

Упрямо, безжалостно светило солнце, убивая надежду на то, что он что-то пропустил. Что удача притаилась где-то в тени. Анни нигде не было, но он упрямо летел вперед, запрещая себе даже думать о том, что будет, если он ее не найдет.

Когда он наконец ее увидел — не поверил собственным глазам. На высоком холме четко выделялись два силуэта — девушка и кошка, над которыми кружили огромные белые совы…