Принц темных улиц - Анна Рэй

– Сегодня это… допрос Фроля, палач приехал. Надо бы…

Ле’Ройс громко икнул и пошатнулся. Фрайберг, ругнувшись, устроил мужчину на пассажирском сиденье, а сам сел за руль. Второй раз за день его путь лежал в участок. Он очень надеялся, что допрос Фроля и Брагге уже закончился и в деле поставлена финальная точка.

Подойдя к зданию, приятели обнаружили не характерное для столь позднего часа оживление. Возле входа дежурила усиленная охрана, почти у самого порога толкались железнорукие, а чуть поодаль – мертвяки. Фрайберг пробрался к крыльцу и показал пропуск за подписью шефа Кроули. Но зайти внутрь не успел. Дверь резко распахнулась, и из здания участка выскочила высокая худая дама в брючном костюме. Судя по нашивкам на рукавах, в полицейской иерархии Ингвольда фрау занимала не последнее место.

– Рика, да подожди ты! – окликнул ее Кроули, выбежавший следом за женщиной.

– Не Рика, а фрау Хартман! – строго поправила шефа полиции дама, резко обернувшись, отчего короткие темные пряди волной набежали на лицо. Незнакомка нервным движением откинула волосы назад и уколола шефа взглядом.

– Как скажешь, фрау Хартман, – добродушно согласился Кроули, приблизившись к женщине и накинув ей на плечи пальто, которое та, видимо, забыла в участке. – Рика, ты же понимаешь не хуже меня: когда идет следствие, всякое может случиться.

– И что же такого произошло, что главный подозреваемый покончил с собой прямо перед допросом? – язвительно поинтересовалась фрау.

Эрик напрягся: это что же, Удо Мертвяк не выдержал и наложил на себя руки? Значит, прав был Фриз – магам смерти есть что скрывать.

– Может, на него надавили или запугали. Ты же знаешь, что это за город и с кем мне приходится иметь дело, – в сердцах бросил Кроули.

Эрик стоял позади колоритной парочки, стараясь не шуметь и не привлекать к себе лишнего внимания. Интересно было не только слушать, о чем шеф полиции говорит с фрау Хартман, но и наблюдать за таким нетипично вежливым и галантным Кроули. Стражи порядка недовольно косились на застывшего у двери Фрайберга и покачивающегося Ле’Ройса, но никто не отважился сделать замечание, дабы не помешать беседе шефа полиции.

– Прости, но о самоубийстве гера Фроля я обязана доложить своему руководству, – уставшим голосом произнесла женщина. – А тебе рекомендую немедленно отправиться к мэру и подготовить совместное заявление для вице-канцлера. Если бы вы не пригласили дознавателя из управления, то смерть твоего подозреваемого никого бы не волновала. А так придется напрячься и раскрыть дело фрау Ле'Ройс. А лучше – поскорее закрыть.

Услышав последнее заявление, муж погибшей судорожно всхлипнул, и собеседники наконец заметили Ле’Ройса и Фрайберга.

– Мои соболезнования, – сказала дама, обращаясь к вдовцу и каким-то образом догадавшись, кто перед ней.

После чего отвернулась и сбежала по ступеням, направляясь к припаркованным на стоянке паромобилям. Один из стражей услужливо открыл дверцу, через пару минут двигатель довольно заурчал, и мобиль с важным пассажиром отъехал от участка.

А Кроули широким жестом пригласил гостей следовать за собой.

– Что произошло? – поинтересовался Эрик.

– Всего лишь очередная смерть, причем весьма неудобная для нашего расследования! – рявкнул в ответ Кроули, словно это не он сейчас любезничал с дамой. – Этот идиот Фроль решил покончить с собой в камере полицейского участка аккурат перед началом беседы с дознавателем из Айзенмитта, а мне теперь объясняйся с руководством!

– Зачем железнорукий Фроль покончил с собой? – ошарашенно спросил Ле’Ройс. – Как…

– Как-как. Ядом отравился. Не иначе припрятал отраву в своей железной культе, потому как одежду ему выдали казенную и сидел он в одиночке, – пояснил шеф Кроули.

– Зачем?.. – вновь спросил вдовец, пытаясь сфокусировать взгляд на полицейском. – Зачем он это сделал?!

– Поди пойми этих преступников, – пожал плечами Кроули и завернул за угол, направляясь в кабинет.

– А что с магом смерти? Его удалось допросить? – задал следующий вопрос Фрайберг.

– Гер Брагге чист, как трава после дождя. Пришлось отпустить, – с явным сожалением вздохнул шеф Кроули и резко остановился, заметив возле двери своего кабинета переругивающихся детектива Фриза и Клешню.

Они использовали весь арсенал непристойных ругательств, приобретенный за долгие годы жизни в Городе темных улиц. Рядом с ними переминались с ноги на ногу и маги смерти: правая рука гера Брагге Нада и мрачный незнакомец. Кроули вновь развернулся и поторопился обратно к выходу.

– Вспомнил, что мне еще нужно заехать к мэру Груберу и ввести его в курс дела, – буркнул под нос шеф полиции, оправдываясь то ли перед мастером Клаусом, то ли перед собой. – Не было у нас забот… Эх, верно говорит дознаватель – надо было по-тихому расследовать!

– Дознаватель – это та дама, с которой вы любезничали на крыльце? – уточнил Эрик.

– Я – что?!.. Любезничал?! – взвился Кроули. – Я обсуждал чрезвычайное происшествие! Рика… в смысле Аурика Хартман – дворцовый менталист, дознаватель высшей категории. В народе таких называют палачами. Да она любого уничтожит одной лишь силой мысли, а ты говоришь – любезничал!

Глава полиции Дункельмитта хоть и ответил на вопрос, но более общаться не желал. Он забаррикадировался в мобиле и поспешно завел двигатель, бросая встревоженные взгляды на крыльцо.

Из здания как раз выбежала Нада, а за ней шли железнорукие.

– Шеф Кроули, стойте! Куда же вы?! – закричали они одновременно, бросившись к паромобилю.

Но шеф полиции сделал вид, что ничего не слышит. Мигнув на прощание фарами, он вырулил со стоянки и умчался в ночь.

Нада ругнулась и присоединилась к членам банды «Поцелуй смерти», ожидавшим ее у входа. Железнорукие, так же не дождавшись объяснений шефа полиции, отправились восвояси. А к Ле’Ройсу с Фрайбергом подошел старший детектив Фриз. Вид у него был изрядно потрепанный, словно он только что выдержал несколько уличных боев и чудом выжил.

– Формально дело можно закрыть. Признания Фроля у нас есть, сам он в морге, справедливость восторжествовала, – отчеканил старший детектив и раскурил папиросу, жадно вдыхая терпкий аромат табака.

Фриз покосился на вдовца, но тот словно окаменел.

– И какой же мотив убийства? – не удержался от очередного вопроса Эрик.

– Ну, допустим, месть. Чем тебе не мотив? Железнорукие хотели спровоцировать «Червей» на драку, чтобы отобрать принадлежавшие им территории, – детектив произносил отточенные фразы, словно пытался в чем-то убедить самого себя. – Улика тоже имеется: шарф, которым задушили жертву. Факт приобретения гером Фролем вещицы установлен. Чего еще надо?

– А что с поцелуем смерти? – Ле’Ройс глядел на детектива с вызовом. – Удо Мертвяка осудят?

– Гера Брагге проверила дознаватель из Айзенмитта, он чист. У остальных членов шайки – алиби. Мы тоже, знаете ли, работаем, а не бездельничаем, – заметил старший детектив и щелчком отшвырнул папиросу. – Я не меньше вашего сожалею, что палач не успела допросить Фроля, гер Ле’Ройс. Но кто мог подумать, что он наложит на себя руки после чистосердечного признания.