Запретная магия - Марина Эльденберт

До этого внимательно слушавший Кир хмурится:

— Последнее излишне, Райнхарт. Я бы никогда…

— Просто делай, что говорю, — перебиваю я, а после разворачиваюсь и ухожу. Потому что желание раскатать его по полу не проходит, но Алисии сейчас нужен защитник покрупнее кошки, а мне нужны эти несколько часов.

И чем быстрее я все решу, тем лучше.

Место, куда я еду, находится на окраине Барельвицы. Королевский лес. Точнее, та его часть, где заканчиваются парковые дорожки и начинается непроходимая чаща. Место, в котором можно столкнуться разве что с курсантами военной академии, практикующими мощные схемы, или с обитающими в нем дикими животными. Здесь меня никто не увидит, и никто не узнает. Для последнего я набрасываю на себя простую схему маскировки и чувствую бурлящую во мне силу.

Что же, сейчас посмотрим, на что способна магия моей невесты.

Я стянул пиджак и отбросил его в сторону. Вышел в центр небольшой поляны и прикрыл глаза. Магия заструилась во мне, стоило обратиться к силе внутри. Я мысленно начал разжигать это пламя, чувствуя, как то, что мгновение назад было искрой, превращается в костер.

Стоило начать с азов, с безобидных фиолетовых схем, но я чувствовал магию, она мне уже подчинялась, поэтому сразу создал оранжевую — ту, которую использовал на Зиге.

Рывок, и схема летит в ближайшее дерево.

Дуб, который я даже не способен обхватить руками, вырывает вместе с корнем, будто от внезапно налетевшего урагана.

И не только дуб: деревья за ним падают как подкошенные, увеличивая размер поляны.

Не может быть!

Я рассматриваю свои пальцы и не могу в это поверить. Хотя дело не в пальцах, а в том, чем я сейчас обладаю. Эта сила, сила «безродной» цветочницы сейчас сопоставима если не с моей, то с силой Элеонор точно.

А что насчет других схем?

Оторвавшись от изучения собственных ладоней, я черчу следующую схему. Круг за кругом, узор за узором, и передо мной вспыхивает огненная схема. А следом за ней воспламеняется дуб. Не просто воспламеняется, огонь практически мигом перекидывается на остальные деревья, будто его подожгли одновременно со всех сторон, и замыкает меня в пылающее кольцо.

Гьерд меня забери!

Круг, квадрат и множество волн. И на огненные стены обрушивается водная атака, не позволяя пожару распространиться вглубь леса и оповестить всех о моем эксперименте. Волна проходит по кругу и устремляется ко мне. Я конечно же отступаю, но тщетно: вода накрывает меня с головой.

Я от макушки до ботинок мокрый, сомнительное удовольствие, но я готов смеяться. Магия, словно дикий зверь, довольно урчит внутри. Бешено бьется вместе с сердцем.

Отплевываюсь и черчу простую согревающую схему. И вот тут меня ждет сюрприз, потому что вместо того, чтобы подсушить рубашку и штаны, магия норовит их подпалить. Смертоносная, с трудом контролируемая, она совершенно не желает работать на созидание.

И она растет с каждым часом.

Я пробую схему за схемой, но все повторяется: я, герцог Барельвийский и сильнейший маг Леграссии, едва контролирую полученную силу. Я совершенно теряю счет времени. Когда солнце уже почти скатилось к земле и в чаще ощутимо похолодало, опускаюсь на поваленный дуб.

Я перепробовал большинство боевых схем, и всякий раз выброс магии был колоссальным. Поляна стала огромной и выглядит так, будто на ней играли великаны. Но, что удивительно, сила во мне только окрепла. Я по-прежнему чувствую, что она, как цепной пес, продолжает рваться на свободу, и это странно. Настолько же странно, как и материальный маджер.

Но на сегодня точно хватит.

Я нахожу пиджак, который придется выкинуть — видимо, его задело схемой разложения.

Всю обратную дорогу я думаю о силе, которую получил, и конечно же о девушке, которую случайно повстречал. Уже в городском дом я узнаю у Робсона, что Алисия поужинала и отправилась отдыхать в свои комнаты. Точнее, в мои. Оттого, что она так близко и настолько желанна, кровь бурлит в жилах сильнее магии, но я не собираюсь отказываться от своего изначального плана.

Я отогреваюсь самым обычным и действенным способом — принимаю ванну в гостевых покоях и только после прихожу к ней.

Алисия спит.

Ее грудь мерно вздымается, волосы ручейками пламени стекают по подушкам, полные губы приоткрыты.

Я склоняюсь над ней и сожалею лишь о том, что не могу прикоснуться к ней так, как мне хотелось бы. Пока не могу. Но еще больше я сожалею о том, что не могу расспросить ее, откуда в ней сила, равная королевской.

Кто же ты, Алисия Армсвилл?

Ничего, я все узнаю.

И сделаю ее своей, как и намеревался.

Я располагаюсь на второй половине кровати и наблюдаю за девушкой ровно до тех пор, пока не проваливаюсь в сон.