Год Анагон - Марта Еронакова

Вульгус и Вирал понимающе кивнули, но Синай и Алек ответили девушке недоумевающим взглядом.

– Пророчество? – неуверенно переспросил Алек.

– Это долгая история. Я расскажу ее, когда придет время, – ответила Карисси и вновь обернулась к Виралу. – И ты начал изучать их?

– Да, ещё после их первого появления, на ферме Глоуденов. Тогда большая стая мышей обратилась во Тьму и пожрала весь скот. Жуткие твари…

Нервно сглотнув, девушка спросила:

– Что тебе удалось выяснить?

– Лекарство от этого обращения нет. Если существо стало темным, ничто не вернет ему прежний облик. Мечи, стрелы и прочее оружие не убивает чудовище навсегда. Оно может переродиться в том же виде спустя некоторое время. Это случилось с нашим поваром. Сейчас он в моем подвале.

– Получается, их нельзя никак убить? – испуганно спросил Синай. Карисси вопросительно склонила голову, в глазах ее читался страх.

– Я так думал. Я перебрал кучу вариантов и уже совсем отчаялся. Но Вам, Правительница, сегодня удалось уничтожить одного из них.

– Я всего лишь сожгла его. Неужели ты не пробовал их поджарить?

– Пробовал и не один раз. Ни один огонь не брал их. Они вроде сгорали, превращаясь в бесформенную субстанцию, но потом вновь восстанавливались и нападали. Но Ваш огонь сегодня сжег их в пепел. Я думаю, это единственный способ избавиться от них раз и навсегда.

Вирал закончил и замолчал. Карисси задумчиво протянула:

– Не знаю, радоваться твоему открытию, или наоборот. С одной стороны, хорошо, что ты нашел способ с ними справиться. А с другой, я же не смогу убить всех, мне не хватит сил.

– Я думаю, и не стоит справляться со всеми, – подал голос Алек. – Я не совсем понимаю, о чем вы тут говорите, о каком Пророчестве. Но из того, что я понял можно сделать вывод, что всеми этими темными кто-то управляет. И, возможно, достаточно лишь уничтожить их главного, и тогда все остальные сами помрут. Или станут нормальными.

– Но разве в Пророчестве что-нибудь сказано про это? – усомнилась кошка.

– «И заплачут те, кто заставлял плакать других», – пробормотал Вульгус. – Думаю, это как раз о темных и их начальнике. Вы сразитесь с ними, но только все вместе. Ты права, сейчас ты ничего не сможешь сделать. Ты не можешь их уничтожить в одиночку. Так может лучше просто подождать? Вчетвером вы наверняка сможете больше.

Правительница на секунду задумалась, а потом уверенно кивнула.

– Ты прав. Сейчас важнее решить вопрос с Даораном. А темные подождут. Вирал, – воин встал. – Благодарю тебя за твои старания. Ты очень помог мне и другим. Спасибо.

– Всё для Вас, Карисси, и во славу Севера.

Кошка улыбнулась.

– Можете идти. А, ещё. Алек, Синай. Я надеюсь, что ничто из произнесенного в этой комнате сегодня не выйдет за ее пределы.

– Разумеется, – поклонился воин. Мальчишка согласно закивал.

– Всё, идите. Вы свободны.

Вульгус уже закрывал за собой дверь, когда его остановил тихий голос Карисси. Она стояла лицом к окну, ссутулившись и скрестив руки на животе.

– Как могут люди убивать друг друга, когда над ними нависла такая опасность?

– Они, возможно, еще не осознают масштабов опасности, – воин вернулся в комнату.

– Но почему мы не можем жить мирно? Не ссорясь, не выясняя отношений. Братства смогли же найти общий язык, несмотря на их лютую вражду.

– Сколько стычек, драк случилось перед тем, как мы стали одной командой, -почесал затылок парень.

– Правда? – кошка развернулась и удивленно вскинула бровь. – Я ничего об этом не знала.

Вульгус усмехнулся.

– Помнишь, в том году я неделю проходил с черным синяком под левым глазом?

– Да, помню. Ты сказал, что упал с лошади. Я поверила. А ты соврал? – прищурилась кошка.

– Не сказал всей правды, скажем так, – притворно смутился воин. – Я сцепился с Брахаром из Льва. Он скинул меня с лошади тогда.

– Из-за чего, позволь спросить?

– Он свои грязные штаны на мою кровать бросил, – широко улыбнулся Вульгус, обнажив длинные клыки.

– Ужас! – рассмеялась кошка. – Да, такое нельзя стерпеть.

– Сейчас вспоминаешь и думаешь – боже, как я был глуп. Но тогда это казалось жутким оскорблением. Вирал меня даже не наказал. Просто сказал тебе не говорить, мол, незачем тебя по таким пустякам тревожить.

– Он слишком охраняет мой душевный покой.

Девушка долго выдохнула и вновь погрустнела. Вульгус склонил набок голову и, поправляя кошке волосы, спросил:

– О чем опять думаешь?

– Всё о том же. Неужели абсолютный мир – утопия?

– Я так думаю. Всегда найдутся недовольные или оскорбленные, которые развяжут войну. Другое дело – люди, способные эту войну прекратить. Мудрые, благородные, справедливые люди. Такие, как ты, Огонь Севера.

– Спасибо, Вульгус.

Парень мягко улыбнулся, поклонился и вышел из комнаты. А кошка ещё раз вздохнула, упала в кресло и принялась разбирать письменные прошения.