Спасти(сь) (от) дракона - Елена Амеличева

— О чем задумался? — Найяна, сидящая впереди, бочком на нашем верблюде, погладила по щеке, и внутри разлился такой же нежный рассвет, как и тот, что полыхал в небе над нами.

— О том, как привезу тебя в наш дом — женой, — тихо ответил и замер в ожидании ее реакции.

— А… а с чего ты взял, что я за тебя замуж пойду?! — захлопав золотыми глазками, возмутилась она.

Но во взгляде протаяло яркое счастье, такое же, как то, которое широкими крыльями простиралось за моей спиной.

— После того, как бессовестно совращала бедного дракона на постоялом дворе, ты просто обязана выйти за него замуж! — фыркнул я. — Если бы те твари не объявились, неизвестно, чем бы все закончилось!

— Как совращала? — прищурилась и прильнула ко мне, обвив руками шею. — Так?

— Именно, — голос мигом охрип. — А еще целовала!

— Так? — мягкие губы коснулись моих, и я со стоном растворился в их сладости.

— Так, — прошептал, оторвавшись от нее и заглянув в сияющие глаза. — Но даже не рассчитывай, я порядочный дракон! Все будет только после свадьбы! Раньше расставаться с невинностью я не намерен!

— Балабол, — нежно прошептала моя ягодка. — Будто ты еще помнишь те времена, когда был девственником!

— Помню. Но плохо.

— Значит, мало того, что мне зачерствевший дракон попался, так еще и бэушный? — возмутилась нахалка.

— Возьмешь такого? — покаянно улыбнулся ей.

— Да куда уж деваться, если влюбилась по самые ушки!

Я прикрыл глаза от щемящего счастья. Не верится, что уже этой ночью мы с Найяной разделим ложе — как муж и жена! Все сделаю, чтобы эта ночь была лучшей в ее жизни! И чувствую, знаю, в моей тоже.

— Как жаль! — вздохнула притворно юная невеста. — Маленькой распутной послушнице придется так долго ждать первой брачной ночи!

— Бессовестная! — рыкнул, захлебываясь от смеха, нежности и желания. — Не долго, совершим обряд уже сегодня, храм Богини как раз по дороге будет. А потом поедем к моей матери, она…

Я запнулся, не договорив.

— Что? — моя ягодка, проследила за направлением взгляда. — Что там?

Промолчал, пристально вглядываясь в клубы пыли на горизонте. Показалось. Ведь правда? Напряг драконье зрение, как только мог. Сердце вспорола тоска. Не показалось.

На высоко поднятом над всадниками древке развевался штандарт Аманитов — золотой дракон на алом фоне, запрокинувший голову в грозном рыке, и расправивший крылья по обе стороны.

— Мансур, не молчи же! — затеребила меня Найяна. — Что ты там увидел?

— Это всадники из личной гвардии султана, — тихо ответил я.

— И что? Почему ты весь лицом потемнел?

Как ей это сказать? Что ответить? Как объяснить?

Да и времени нет совсем!

Нет времени, чтобы объяснить, что эти всадники скачут не по своим важным делам. Они мчатся к нам, чтобы забрать у нас с тобой, моя ягодка, наше такое недолгое счастье.

Они подлетели к нам, едва успел вдохнуть пару раз, ведь лучшие кони Империи мчатся быстрее ветра.

— Приветствуем вас, — ехавший впереди учтиво поклонился.

Он снял с лица платок, защищавший от пыли, и я узнал его — Ясмар, глава личной гвардии султана. Самый преданный слуга, готовый тут же отдать свою жизнь за хозяина.

— И мы приветствуем вас, — произнес я подобающие случаю слова.

— Рад видеть, что вы успели в срок, господин, — Ясмар перевел взгляд на мою Найяну. — И сдержали слово, данное отцу.

А вот я этому вовсе не рад.

— Далее мы сами сопроводим госпожу, — глава личной гвардии ставил в известность, не предлагал и не спрашивал.

— О чем он говорит, Мансур? — моя ягодка недоуменно посмотрела на меня.

— Мы отвезем вас во дворец, госпожа, — вместо меня ответил Ясмар. — Вы будете гостьей султана. Для этого принц Мансур и привез вас.

— П-принц Мансур?! — золотые глазки Найяны, переполненные удивлением, превратились в огромные огненные озера.

— Вы, очевидно, многого не знаете, госпожа, — глава гвардии усмехнулся, переведя взгляд на меня. — Вы предпочли сохранить цель визита в тайне, как я понимаю? Мудро, Ваше Высочество.

Как же легко почувствовать себя распоследним мерзавцем!..

— Какую цель? — девушка так сжала кулаки, что побелели костяшки пальцев.

— Ясмар! — предупредительно рыкнул я.

— Думаю, мои слова порадуют девушку, принц Мансур, — он лишь дернул кончиком рта.

А потом этот рот раскрылся и произнес убийственные слова:

— Милостивой судьбой вам предначертано стать супругой любимого сына нашего Великого Повелителя — принца Амана!

— Мансур?.. — беззвучно проронила девушка, с надеждой посмотрев в мое лицо. — Ты сын султана?!

Уж лучше бы тварь из Прорехи пробила мне сердце когтем, чем такой взгляд Найяны! Да и нет больше в моей груди сердца, оно разлетелось на мельчайшие осколки — их столько же, сколько в пустыне песчинок. Но я заслужил эту боль, заслужил!

Она спрыгнула с моего верблюда и отошла к своему, который шел порожняком в конце нашего небольшого каравана. Аман — такое имя ему даль Эль. Неспроста — чтобы напомнить мне, кому была предназначена девушка, которую я похитил по приказу отца.

Я вез ее моему младшему брату Аману, сыну второй жены отца, Нагини, о чьей красоте слагали легенды. Пленившая Повелителя Змея, она обвилась вокруг трона, никого не подпуская, плетя интриги и медленно, но верно выживая из дворца всех, кто был предан моей матери, королеве — отправляя их на тот свет, любым способом.

Семья верблюдов — Аман, его жена Найяна и малыш Амайян — наследник, рождения которого от нее будет ждать вся Империя. Я взирал на них в бессильной ярости. Так не должно было быть, это словно кошмар, который набросился на тебя, а ты и пошевельнуться не можешь!

— Ягодка моя, подожди! — взял ее за руку. — Одно твое слово и увезу тебя, куда скажешь, нас не найдут! Я… — сбился, когда она снова посмотрела на меня — потухшими, безжизненными глазами.

— Вы дали обещание отцу, принц Мансур, — напомнила, воткнув нож в сердцевину души этим язвительно-острым «вы» и провернув его, следом назвав принцем. — Будьте мужчиной, а не презренным отступником от собственных слов! — Найяна села на Амана и посмотрела на Ясмара. — Будьте так любезны, отвезите меня к жениху!

За всю дорогу до дворца Найяна даже не взглянула на меня. Сжав поводья, она смотрела вперед, сжав зубы. Проигнорировала пышную арку, сквозь которую мы должны были бы проехать уже мужем и женой, навсегда связанные жрецами в храме Богини.

Не глядела на богато украшенные дома вдоль центральной дороги, что неслась, как стрела, к дворцу, утопавшему в сиянии дня. Не удостоила взглядом прекрасные сады с фонтанами и скульптурными группами, мимо которых не спеша прошли кони и верблюды, ступив на белую песчаную дорожку.