Золотая Луна - Софи Вирго

Малыши насторожились, и мы все среагировали на открывающуюся дверь операционной. Былую веселость как рукой сняло. Все снова вернулись в суровую реальность. К нам подошел довольно пожилой врач не с самым радостным выражением лица. Никогда не любил театральных пауз, но сейчас была не она. Я видел, что он не может подобрать правильные слова. Подгонять его никто не спешил, боялись довести до нервного обморока. Судя по побледневшим Полине и Марии, альфа-энергетика не была под контролем, но доктор стойко ее выдерживает.

– Девушка в крайне тяжелом состоянии. Кровотечение удалось остановить, но, – и вот тут он отвел взгляд в сторону.

Вид малышей ввел его в ступор. Бедный мужик, и так не знал, как нам сообщить какую-то важную информацию, так еще и щенки. Боюсь даже представить себе, какие мысли сейчас бегают в его голове. Пауза изрядно затянулась. Не знаю даже, кого бы прорвало первым и с какими последствиями, если бы не Мария.

– Доктор, что с ней? Просто скажите, как есть. Не пугайте нас еще больше, – в ее глазах была боль, и ее голос вырвал нас всех из оцепенения.

– На теле девушки нет ни одного живого места. Множество гематом, ссадин, легкое сотрясение – это не самое страшное, – твою же мать, если это не страшно, то что тогда? Мне хотелось трухнуть его в воздухе, чтобы он уже все по-нормальному объяснил. – Рваные раны на спине. Они слишком широкие. Мы пытались их сшить, стянуть, но тогда мы слишком сильно натягиваем кожу, и неизвестно, как пройдет заживление. Возможно, произойдет неправильное срастание, и она будет ходить с поведенной спиной, не сможет никогда взять детей на руки, да и в принципе не понятно, сможет ли нормально существовать.

Я держался из последних сил. Он что, коновал? Не может помочь человеку? Что за шутки сейчас происходят? Может, это просто какой-то прикол и нас разыгрывают? Ну не могут говорить такие вещи всерьез! Просто не могут!

– Но этот вариант мы сразу отвергли. Это было бы жестоко по отношению к ней. Увы, придется сделать выбор между частичной пересадкой кожи или ждать заживления естественным путем.

– И какие последствия при этих вариантах? – я решил показать ему, что в первую очередь здесь стоит говорить со мной. Я ее пара, в конце концов!

– Егор, подожди, – в разговор вмешалась Полина. – Вы сейчас хотите получить от нас согласие. Но его не будет. Мы оставляем ей возможность на естественное заживление. Как вы заметили, она кормящая мать и ей нельзя делать наркоз.

– Девушка, вы вообще понимаете, что она все равно не выкормит их, а так мы дадим ей шанс на нормальную, а не зарубцевавшуюся ужасными полосами спину. Кому она потом скажет спасибо за шрамы? – врач был не в восторге от ее слов, а у меня в голове встала страшная картинка моей пары с изуродованной спиной. И все из-за меня. Что не смог уберечь.

– Я врач, как и вы. Согласия вы не получите. Для такой операции все равно нужна подготовка. Дайте ей несколько дней. Посмотрите, как будет происходить процесс заживления. А потом уже предлагайте какие-то варианты, – она уже откровенно рычала, защищая Аню.

Отличная подруга. Такая никогда не предаст. Всегда поддержит. Она уже не единожды доказала это.

Как только врач начал что-то отвечать, из палаты выбежала взволнованная медсестра.

– Доктор, там волки, они… – медсестра была взволнована, и мы все двинулись к Ане.

Картина, которую мы застали, была удивительной. Все трое уже зализывали раны своей матери. Для них это было жизненно важным, потому что, как только кто-то пытался помешать им, один из братьев опасно скалился и рычал. И пусть они еще маленькие, но быть устрашающим можно и в таком юном возрасте. Алена была рядом с ее лицом и лизала щеку. Малышка скулила, явно прося маму проснуться. Я подошел к ним и сел на корточки. Мне кажется, что на моих глазах мелкие ссадины Ани начинали затягиваться. Но ведь этого не может быть. Просто невозможно.