Принц хаоса - Роджер Желязны

Внезапно Далт отвел назад правую руку, одновременно отступаяправой ногой, встал в левостороннюю европейскую защитную позицию и выбросилвперед руку с клинком, нанося удар по устремившемуся навстречу клинку Эрика.

Тот парировал; правая нога зашла за левую, и Эрик отпрыгнулназад. Я увидел искру, когда смялась чашка его клинка. Тем не менее ложнымброском в шестую позицию он парировал следующий удар, вытянул руку в четвертуюпозицию, взметнул клинок в подобии защитного выпада, целясь в левое плечо;парирующие удары встретились, и он, повернув запястье, полоснул Далта по левомупредплечью.

Каин захлопал, но Далт лишь скрестил руки, вновь развел ихи, чуть подпрыгнув при этом, занял правостороннюю защитную позицию. Остриемклинка Эрик рисовал круги в воздухе и улыбался.

— Премилый получается танец, — сказал он.

Затем Эрик сделал выпад, Далт отразил; Эрик отступил, шагнулв сторону, пнул Далта по коленной чашечке, промазал и вовремя увернулся отрубящего удара по голове. Сам перейдя на японский стиль, он ринулся слева кпревосходящему его габаритами противнику в маневре, виденном мною приисполнении упражнения кумачи; его лезвие взметнулось и упало, в то время какудар Далта прошел мимо.

Правое предплечье Далта внезапно увлажнилось, чего я незамечал, пока Эрик не повернул оружие, отведя клинок вперед и вверх. Затем,прикрывая гардой костяшки пальцев, он двинул Далта кулаком слева по челюсти,пнул его под колено и толкнул левым плечом. Далт споткнулся и упал. Эрик тут жепринялся пинать его — по почкам, по локтю, по бедру — последнее только потому,что промазал по колену, — потом прижал сапогом палаш Далта и приставилострие к сердцу противника.

Я вдруг сообразил, что все это время надеялся: Далт все-такинадерет Эрику задницу — и не потому, что он был на моей стороне, а Эрик нет, аза те страдания, что тот принес моему отцу. Увы, в округе было не так-то многомастеров по надиранию задниц такой крепости, и двое из них стояли по другуюсторону нарисованной мной черты. Эрика мог побороть Джерард. Бенедикт, МастерОружия Амбера, мог побить его любым оружием. Но против них всех, да еще сКаином в придачу, у нас не было никаких шансов, даже имея ти'игу на нашейстороне. И если бы я вдруг сообщил Эрику, что Далт — его сводный брат, это быни на мгновение не замедлило удар, даже и поверь он мне.

Тогда я принял единственно возможное решение. В концеконцов, мы имели дело лишь с призраками Образа. Настоящие Бенедикт и Джерардсейчас где-то в другом месте, и вреда им не будет, что бы я ни сотворил с ихдвойниками. Эрик же и Каин давно мертвы; Каин — герой-братоубийца войны ПаденияПути и прообраз статуи, недавно установленной в память о том, как отомстил емуЛюк за убийство своего отца. А Эрик, разумеется, нашел свой геройский конец насклонах Колвира, избежав, я полагаю, таким образом смерти от руки моего отца.

Вся кровавая история моей семьи промелькнула у меня вголове, пока я давал спикарту добавочную команду, вызывая новую испепеляющуюволну, что уже поглотила двух моих родичей-Драседок.

По моей руке будто врезали бейсбольной битой, из кольцавырвалась струя дыма.

Мгновение четверка моих честных дядюшек стояла не шевелясь.Пятый по-прежнему лежал навзничь. Затем Эрик медленно поднял клинок. Он все ещеподнимал его, когда Бенедикт, Каин и Джерард начали вытаскивать свои. Эриквыпрямился, держа клинок у лица. Остальные сделали то же самое.

Это выглядело странно, будто салют; а затем взгляд Эрикавстретился с моим.

— Я знаю тебя, — произнес он.

И, завершив действо, мои родственники из Амбера сталиблекнуть, превратились в дым и улетели прочь.

Далт истекал кровью, у меня болела рука, и я осознал, чтопроизошло, в тот момент, когда Люк, судорожно вздохнув, сказал:

— Пронесло.

Линия огня уже потухла, и за оставленным ею следом, там, гдетолько что стояли мои испарившиеся родственники, начал мерцать воздух.

— А это Образ, — сообщил я Люку, — явился навызов.

Секундой позже узор Образа уже парил перед нами.

— Мерлин, — сказал он, — ты действительнопоспеваешь везде.

— Последнее время моя жизнь была весьманапряженной, — ответил я.

— Ты воспользовался моим советом и покинул Двор Хаоса.

— Да, это показалось благоразумным.

— Но я не понимаю твоих нынешних целей.

— Что тут понимать?

— Ты отбил леди Корал у посланцев Логруса.

— Верно.

— Затем ты точно так же попытался оградить ее от моихагентов.

— И это правильно.

— Ты должен понять, что она несет в себе нечто,способствующее равновесию сил.

— Да.

— Поэтому один из нас должен обладать ею. Тем не менееты намерен отказать нам обоим.

— Да.

— Почему?

— Я забочусь о Корал. У нее есть права и чувства. А выобращаетесь с ней, как с фишкой в игре.

— Согласен. Я понимаю, что она — личность, но, ксожалению, фишкой она стала тоже.

— Тогда мне придется отказать вам обоим. Ничего неизменится, если она не достанется ни одному из вас. И я предпочитаю вывести ееиз игры.

— Мерлин, ты более важная фишка, чем она, но все жетолько фишка, и не смеешь мне указывать. Ты понимаешь?

— Я понимаю свою ценность для тебя, — сказал я.

— Я думаю, нет, — ответил Образ.

Мне тут же стало любопытно, насколько он действительно силенв этом месте. Казалось очевидным, что с точки зрения расхода энергии емупришлось убрать четырех своих призраков, чтобы проявиться самому. Не слишком либольшой риск — противостоять ему, открыв каналы спикарта? Я никогда не пробовалподступиться ко всем контролируемым спикартом источникам Тени одновременно.Если я сделаю это, смогу ли пробить то, что Образ воздвигнет, дабы остановитьнас? И если нет, сумею ли забрать нас всех, прежде чем Образ отреагирует? Да ив случае неожиданного успеха — куда нам потом отсюда податься?

Наконец, как это может повлиять на отношение Образа ко мне?

(«…Если тебя не съест кто-то побольше, приходи как-нибудьвечерком рассказать о своих похождениях».)

Один черт, решил я. Подходящий день испытать судьбу.

Я открыл все каналы. Чувство было такое, будто я бежал вхорошем темпе — и вдруг в шести дюймах передо мной возникла кирпичная стена. Яощутил удар и отключился.