Физиогномика - Джеффри Форд

— Скажите своим, я похитил Создателя. Если что-то делать, то сегодня. Поняли?

Он кивнул, и я выпустил его воротник. Хозяин мгновенно засуетился, разливая озноб по чашкам и запечатывая их крышками. Я получил заказ аккуратно упакованным в картонную коробку и снова остался при своих деньгах. Выскакивая за дверь, я услышал крик хозяина: — Увидимся в Вено!

И десяток голосов дружно подхватили: «Вено!».

Я снова уселся на козлы, поставив рядом с собой коробку. Карета сорвалась с места. Можно было подумать, что кони тоже посвящены в заговор, так точно они выбирали дорогу к очистной станции. Через минуту за поворотом забелел мрамор водопроводной. Я свернул на левую сторону проезда и остановил упряжку перед серым ульем.

Едва карета встала, Каллу вывалился наружу, перекинув через плечо Создателя. Я соскочил с передка и догнал их у входа. Коробка была уже у меня в руках, и, щелкнув кнутом, я спугнул лошадей. Они галопом унеслись по улице, увлекая за собой карету.

Мы шли по знакомому с прошлого раза пути. Каллу и прежде не отличался проворством, теперь же поломанный механизм превратил его в точное подобие улитки. Ясно было, что до нижнего уровня он будет добираться целую вечность, но делать было нечего. Я дожидался его, пытаясь подсчитать, сколько раз великан спасал мне жизнь.

В конце концов мы вышли к месту, где тоннель превращался в бетонную пещеру, скрывавшую фальшивый рай. Я сделал знак опустить Создателя на пол. Мой друг без особой нежности свалил его наземь, прислонив спиной к стене. Я присел перед ним на корточки и легкими пощечинами постарался привести его в чувство. Оставалось только радоваться, что он обессилел от яда плода, иначе нам бы его не удержать. Я слишком часто видел, что творила его магия.

Я встряхнул его за плечи, дал еще пару пощечин, и Белоу слабо зашевелился. Увидев, как дрогнули его веки, я немедля схватил первую чашку озноба, запрокинул ему голову и влил теплую жидкость в глотку. Он проглотил уже половину чашки, когда я остановился, опасаясь, что он захлебнется. К тому времени когда я решил, что он достаточно отдышался, Создатель опомнился, и остатки содержимого чашки оказались на мне.

— Тебе не вывернуться, Клэй. За углом мои люди. Стоит мне крикнуть, и они сбегутся сюда, — задыхаясь, проговорил он.

— Один звук, и мой друг заткнет вам рот своим сапогом, — возразил я. — Хотите жить — пейте. У меня в запасе еще полно озноба.

— Очень жаль, но мне доктор запретил, — сказал он усмехнувшись и крепко сжал губы.

Каллу, жужжа и позвякивая, созерцал происходящее. Догадываюсь, что он понимал все или почти все, потому что в этот момент он поднял ногу и пнул Белоу в живот. Для великана это был легкий пинок, но его хватило, чтобы заставить Создателя разинуть рот, открыв путь ознобу. Я успел влить в него две чашки, прежде чем он снова начал отбиваться. Каллу и его сапог были наготове, и мы повторили всю процедуру. После этого он нехотя сдался и последние чашки выпил не сопротивляясь.

По окончании принудительной заправки он спросил:

— Ты что, задумал утопить меня в ознобе и оставить здесь?

— Нет, — сказал я. — Мне нужно, чтобы вы раскололи для меня одно яичко. — И я попросил Каллу поднять его на руки. Великан проделал это с грацией медведя, поднимающего своего детеныша.

— Остроумно, — похвалил меня Белоу.

— Вы думаете, получится? — спросил я его.

— Боюсь, проверить не удастся, поскольку и ты, и твоя поломанная игрушка через пару минут превратитесь в кучку золы, — усмехнулся он.

— Если заболит головка, не скрывайте, — сказал я ему. Каллу крепко сжимал пальцы на загривке Белоу.

Мы подвели его к самому устью тоннеля. Осторожно выглянув, я увидел четырех часовых, стоявших у подножия шара. При виде фальшивого рая меня снова охватило чувство изумления.

Я жалел, что не догадался захватить ружья солдат из «Земляного червя». Надо было подобраться ближе, не привлекая внимания охраны.

— Как вам удалось это солнце? — шепнул я Белоу. Он начал объяснять, но почти сразу вскрикнул от боли. Сперва я решил, что Каллу прижал его слишком сильно, но скоро понял, что озноб начинает действовать. Однако крик услышали и солдаты. Они уже направлялись в нашу сторону, а меня сковал страх и ощущение, что все повторяется сначала.

— Казначейство... — простонал Создатель.

Тоннель содрогнулся, глухо раскатился отзвук далекого взрыва. Глыба цемента откололась от стены позади нас. Сотрясение едва не сбросило меня снова в поток. Опомнившись, я увидел, что солдаты замерли, не понимая, что происходит.

— Сюда! — выкрикнул Белоу.

Они услышали его голос и сорвались с места. Я приготовился прыгнуть на них из темноты. Не знаю, был бы из этого толк, но хоть одного я свалил бы. Если бы только в Каллу осталось завода еще на пару боев! Оглянувшись, я увидел, что Создатель снова корчится от боли. Пальцы судорожно сжимали лоб.

— Только не мой дворец, — прохрипел он. Новый взрыв, сотрясение, и пол пещеры раскололся, прорвавшись фонтанами горячего пара. Солдаты остались живы, но им было уже не до нас. Они улепетывали в противоположном направлении и скрылись в каком-то проходе в тот самый миг, когда большой кусок пещерного свода обрушился.

Я жестом велел Каллу подхватить Создателя на руки. Мы бежали через пещеру, перепрыгивая трещины и огибая бившие из-под пола гейзеры. Тем временем прозвучало еще два взрыва. Создатель вздрагивал и вновь терял сознание, разнося все вокруг себя. Хрустальный шар покачивался от сотрясений, как настоящий невесомый мыльный пузырь, но на нем не появилось и трещинки.

— Изнутри на нас смотрели, прижавшись к прозрачной стене, Эа и Арла. Она прижимала к себе ребенка, и оба махали мне.

— Ближе, — крикнул я Каллу, собираясь прижать лицо пленника к самому хрусталю прозрачной тюрьмы. Я забежал вперед, взмахом руки отогнав тех двоих в сторону, и тут в выпуклом стекле отразилась яркая вспышка. Я успел увидеть, как тело Каллу с грохотом взрывается, осыпая обломками беспомощного Белоу. Рычаги, болты, куски мяса, шестерни и пружины разлетались, как конфетти на ветру. Белоу ткнулся лицом в землю. Его не задело, а просто отбросило взрывной волной.

Я не дал ему опомниться, вздернул на ноги и с невесть откуда взявшейся силой подтащил к шару, вдавив лицом в стекло. Еще три взрыва покачнули шар, но не разбили его. Последний раскат показался мне глуше других, и я испугался, что действие озноба кончается.

Эа с Арлой следили за мной. Поддерживая дрожащего Создателя, сам едва держась на ногах, я рассмотрел, что Странник выглядит совсем измученным. У меня оставалась последняя попытка, и, кажется, она провалилась. Я уже решился убить Создателя и покончить с собой, когда увидел, как Арла передала ребенка своему спутнику и, шагнув к самой стене, коснулась ее, словно убеждая меня не сдаваться.

Белоу уже приходил в себя и начал слабо вырываться из моих рук. У него хватило сил извернуться и схватить меня за горло. Я ответил тем же, и мы замерли, вцепившись друг в друга. Когда он сильнее сжал пальцы, я высвободил одну руку и ударил его в челюсть. Он ослабил хватку, но не надолго, и я уже готов был ударить снова, но тут из глаз у него ударили фонтаны пламени, а из открытого рта повалил густой дым. Магия — то, чего я боялся больше всего. Теперь нечего было и думать убить его, оставалось только держаться, не давая ему уйти.