Жених из гроба - Оксана Олеговна Заугольная

— Теперь понятно, — пояснила я, пока Клементина пыталась найти зеркало, чтобы самой рассмотреть две аккуратные дырочки на нижней части мягкого полушария. — Это всё объясняет. Твоя легкодоступность не имеет отношения к твоей личности.

— Не имеет? — Клементина осторожно коснулась ранки и шмыгнула носом. — Точно?

— Ну, скажем так, шанс на то, что это влияние очарования вампира — весьма велик, — не стала я спорить с совестью. — Странно, что никто раньше не заметил этого. Но знаешь, у меня прямо камень с души упал, когда я поняла, что все ваши сластолюбивые тетушки таковыми не являются, и причина в воздействии вампира.

— А дядюшка Остий почему такой? — Клементина ждала от меня чуда, но за чудесами и раньше было не ко мне, я об этом не раз говорила.

— Полагаю, что как раз дядюшка Остий был таким и до вампира, — призналась я. — Я же говорю, они не воздействуют на свой пол, только с большой голодухи. А тут ему чего голодать-то?

— Мне надо выпить, — мрачно произнесла Клементина, приводя в порядок одежду. Тут я с ней была полностью согласна. Во рту после огромного количества пирожных требовалось залить сладкую пустыню.

— Мне тоже, — согласилась я. — А то с этими королями в голове всё перепуталось! Старого короля новый король сверг и убил — плохой… Новый король его сверг — хороший. Это нормально так? Или кто правит, тот и хороший?

— Ты что! — Клементина даже остановилась, хотя мы с ней уже выбрались в коридор, оставив мой наблюдательный пост. — Всё вообще не так! Нынешний король ведь отца не убил, а вот тот убил не только отца, но и жену и родную дочь!

— Отца он точно не своими руками прикончил, — блеснула я своими медиумными знаниями из первых рук. — Да и откуда это вообще известно?

Клементина оглянулась. Но, похоже, в доме наконец-то закончились типы, заведшие моду выскакивать и нестись на кого-то с желанием убить.

— Вроде как все знают… Ну и странно как-то они все подряд исчезли, — произнесла она шепотом, но я была неумолима:

— Странно магией владеть и в огне не гореть, а это может быть просто совпадение. Что он у вас тут, серийный убийца что ли? А Гастионы, получается, просто за ним повторяют?

— Ну что ты такое говоришь, — расстроилась Клементина и едва не расплакалась. — Я же уже объяснила, что Гастионы старого короля и за самого нового тоже!

— Понятно, — я вздохнула, — пить придется много! За дружбу.

— Много — это надо в винный подвал спуститься, — обрадовалась Клементина. — Там много хорошего вина.

Я вообще не очень разбираюсь в вине. В инквизиторском государстве вино бывает двух видов — удачное и неудачное. И ни одно я попробовать не успела, так как сбежала раньше, чем мне его решили предложить.

Софи, конечно, ругалась и из-за этого. Говорила, что плебейство мое (да, подруга не знает, что я принадлежу к весьма древнему семейству Астаросских, и я планирую оставлять это так долго, как смогу) вылезает сразу, когда я пью. Мне что эльфийское, что столовое — не очень люблю пить, ибо не пьянею, а дурости и так хватает, но вкусненько. Чего бы и не выпить немного.

Про что я забыла, так про орешки. Переизбыток бодрости в организме сыграл первую дурную шутку — мой мозг словно опьянел без алкоголя и внепланово покинул помещение. Никак иначе я не сумела позже объяснить, зачем в винный подвал посреди ночи мы с Клементиной должны были красться под пледами. Вроде как, чтобы сбить с толку братьев Гастионов, которые могли встретиться нам по пути.

И ладно я, мне можно было ответственность списать на орешки, но почему Клементина со мной согласилась — для меня оставалось загадкой. Может, так повлияла информация про вампира? Или она просто такая внушаемая? Поди разбери!

Разумеется, огоньки пришлось потушить — сжечь плед на себе не хотела ни я, ни Клементина. И конечно же, мы долго плутали по поместью, ведь сначала нас вела я, а я пока и в знакомые места попадала с трудом.

И только, когда мы третий раз пришли в пустую столовую — я как раз задумалась, куда переместили отсюда Гримия, Клементина взяла поиск дороги в свои руки. По бесчисленным ступенькам мы принялись спускаться в подвал.

— Теперь я понимаю, почему склеп не под всем садом, — стараясь не отставать от Клементины и одновременно не навернуться на своих каблуках, прошептала я. — Иначе негде было бы вино хранить, да?

— Вино, копчености, замороженные продукты, — начала перечислять Клементина, войду во вкус и изображая экскурсовода. — Один подвал весь забит льдом. Мало ли пригодится. Иногда его Бриен обновляет, ему лучше всех даются ледяные заклятия.

Она замолчала, загрустив из-за того, что упомянула Бриена, я же молчала из-за того, что мне стало не по себе. Почему-то представила, что весь этот лед с опасной начинкой вроде вампира Грифона или моего упыря.

Бррр! Даже дрожь прошла по телу. О чем я и сообщила Клементине.

— Прохладно, это же подвал, — пожала она плечами. — Но ты не думай, Бриен и Даррен наверняка убрали кубы с этими страшилищами в пустующий подвал, разве станет кто-то упыря вместе с продуктами хранить!

Я могла бы поспорить на эту тему, ведь всё зависит от того, кто из братьев отвечал за транспортировку ледяных кубов. Если Даррен, а упыря моего точно забрал именно он, то ему нет никакого дела до этих правил. Он мог бы и отдельные руки-ноги на льду рядом с мясом или рыбой расположить, и ничего бы не ёкнуло. И это мне в нем тоже нравилось. Практичный подход делает честь мужчине.

Как бы то ни было, но в подвале правда было холодно и темно. Я порадовалась, что додумалась до пледов, а потом догадалась запалить могильный огонь. Он же не грел и не сжигал. Просто станет лучше видно.

Зеленый огонь осветил бледное и от отсветов такое же зеленоватое лицо Клементины, полки, уходящие в темноту, причем пустые полки и… больше ничего.

— Не вижу я никакого вина, — сварливо заметила я, сильнее кутаясь свободной рукой в плед.

— Неужели всё выпили? — Клементина тоже принялась оглядываться. — Не должны вроде. Тут было несколько сотен бутылок!

Я терпеливо ждала, переминаясь с ноги на ногу. В подвале было прямо холодно!

— О! — произнесла вдруг Клементина, и уже по этому «О» я поняла, что никакого распивания алкоголя «за дружбу» не будет, но Клементина на этом не остановилась и добавила еще одно: —