Халт - Юлия Рыженкова

– Это те самые рабы с карьера? – уточнил Халт. Огай кивнул.

– И они согласятся штурмовать Храм по твоему приказу???

– Нет, конечно, – чуть улыбнулся глава Совета. – Но ваши подстрекатели, гномы из «Сопротивления», надеюсь, способны поднять угнетенных на бунт? Ну а если грамотно направить мятеж, объяснить, кто на самом деле виноват в их рабстве… На территорию карьера гномов пропустят, я отдам приказ не замечать их, ну а дальше все зависит от ваших способностей. Еще я дам вам в помощь Мадраса – вы с ним, как я понял, уже знакомы. Он поможет с магической защитой армии. Вот и все, чем я располагаю. Как говорят у вас в Ордене, Хедин вам в помощь. Лишь с его поддержкой и чудом вы сможете победить столь малыми силами.

– Мы хотим использовать преимущество внезапности…

– Не получится. Хаоситы уже в полной боевой готовности и ждут нападения.

– Может, подскажешь, где спрятан артефакт?

– Точно в Храме, но где именно – без понятия. Меня к этим вещам не допускают. Мое дело маленькое: руководить городом, чтобы обеспечить все потребности Арены и Храма: еду, питье, уборку помещений, рабов, ремонт и прочее.

– План Храма есть?

Огай кивнул:

– План я вам дам.

– Вот не поверю, что глава города, обеспечивающий Храм рабами, пищей и ремонтниками, не знает обо всем, что там творится, – с ухмылкой покачала головой Ванда. – Ты даже шлюх им поставляешь. Конюший снимает пробу и самых лучших отбирает для альвов.

Огай впился в старуху ледяным взглядом, но та ответила ему тем же. Со стороны казалось, что они играют в детскую игру «гляделки». Первым отвел глаза мужчина.

– Я действительно не знаю, где он. Предполагаю, что над мавзолеем. По сути, это не столько храм, сколько цитадель: несколько построек, обнесенных каменным забором в четыре сажени высотой, в центре – пятисаженная донжон. На первом этаже центральной башни – мавзолей Лероннэ, я покажу на плане. Над ним – колоннада, внутри которой все приспособлено для сотворения заклинаний, а еще выше, третьим этажом, – пирамида, внутри которой, как я полагаю, и хранится артефакт. Но никто из моих слуг его не видел. Черный шар перевозили с Арены лично высшие маги, не доверяющие никому. Так что это может оказаться обманкой для адептов Ордена.

Ванда кивнула. Спросила, какая в храме охрана и как ее преодолеть. Огай вызвал слугу и отправил его за планом, сверкнув глазами так, что тот бегом бросился исполнять поручение. Не прошло и десяти минут, как глава города уже тыкал пальцем в ворота и донжон, нарисованные чернилами на желтоватой тряпичной бумаге. Храмовая цитадель оказалась напичкана вооруженными гоблинами. Стражники, казалось, караулили везде: стояли на единственных воротах и у подземного хода во двор, ходили дозором вдоль стены, стерегли вход в башню, как снаружи, так и внутри, дежурили около мавзолея… С верхних этажей донжона можно было быстро открыть проход в другой мир и привести еще столько воинов, сколько нужно. Как в таких условиях захватить черный шар – не знал никто, даже сам Огай.

Слугу вызвали еще раз и отправили перерисовывать план. Договорились, что к вечеру посыльный принесет копию в дом Драги, и на этом разошлись. На улице Халт снял кафтан и камзол, оставшись лишь в рубашке, и вздохнул свободней. Ему было жарко смотреть на черное закрытое платье Ванды, но та будто не ощущала палящего солнца. После тяжелого разговора хотелось успокоиться, и сын тана, взяв коня под уздцы, предложил пройтись.

При виде мага с восемью черными расходящимися стрелами на платье прохожие расступались и старались держаться подальше. Сейчас это скорее радовало: можно было спокойно обменяться впечатлениями, не переживая, что тебя подслушают.

– Ура! Мы сделали это! – стараясь сдерживаться и не прыгать от радости, прошептал Халт. – Я, честно говоря, до последнего сомневался, что все получится.

– Сделать-то сделали, но с этой минуты советую тебе внимательнее смотреть по сторонам, – буркнула старуха. – Не доверяю я этому проныре. Прихлопнет нас, и все.

– Но тогда Лероннэ окажется на свободе!

– Печально, конечно, зато безопасно. Разлом знает, что Огай выберет: рискнуть ради журавля в небе или пойти на потери, но остаться с синицей в руках.

– Ээээ… журавля? Синицу? Ничего не понял, – пробормотал Халт, но Ванда не удосужилась объяснять.

– Думаю, сейчас он будет убирать свидетелей, и первый на очереди наш конюший-ловелас: слишком много знает.

– Но это же его верный пес! – удивился Халт.

– Скорее, шакал, – фыркнула старуха. – Все правители – обычные эгоистичные убийцы. Твой отец поступил бы также.

Халт хотел было возразить, но прикусил язык.

– Да и псиглавцев нам дали не просто так, – продолжала Ванда. Халт понял, что незаметно унесся мыслями в прошлое и перестал слушать старуху. – Огай заметает следы. Рабы могут рассказать, чем занимались, но если отправить их на штурм Храма, то рассказывать будет некому – вряд ли кто из них останется в живых.

– То есть я должен послать их на верную смерть? – вздрогнул Халт.

– Как и гномов, как и магических животных. Так делают все таны, – пожала плечами Ванда. – Или умрут они, или умрут миллионы жителей. Выбор-то очевиден.

Халту так не казалось. Ему хотелось найти иной путь, без убийств, но пока он его не видел.

Перейдя Кальмиус, разделились: Ванда отправилась по своим неведомым делам, а Халт вскочил на коня и рванул к Тори. Услышав новости, гном сделал сальто от радости. Халт от этого зрелища обалдел; он не подозревал в товарище таких способностей, хотя и понимал его чувства – самому хотелось прыгать. Зато решил, что это хороший повод, чтобы распить бутылку текилы, привезенную с Терры и припрятанную как раз для особого случая. В Антараксе ничего подобного не производили. Договорились встретиться вечером у Драги – к текиле нужна была закуска, а где еще так вкусно накормят?

Сегодня у них был праздник. Драга постаралась, наготовив невообразимо вкусной еды. Сын тана подозревал, что без магии тут не обходится, но, в конце концов, так ли это важно? Таран пришел в восторг от текилы, а вот дамам она не понравилась. Впрочем, у гномихи нашлась и черноплодная настойка, и даже пиво.

Таран рассказал, что сбор армии начат, а «Летучий отряд» уже думает, как поднять псиглавцев на бунт. Завтра с утра трое проникнут на карьер и к вечеру доложат обстановку. Флип тоже не сидел без дела, о чем и сообщил Халту, а тот уже озвучил остальным. Получив невидимость, грифон каждую ночь летал над Ареной, общаясь с сородичами. Те готовы были в обмен на свободу сразиться с магами Храма. Их не пугала возможная гибель – желание отомстить мучителям было сильней. Необходимо лишь открыть клетки, освободить существ от цепей и снять магический щит, закрывающий проход из подземелья на арену. Над ней нет крыши, навес лишь прикрывает места для зрителей, так что крылатые существа, грифоны и перитоны, смогут повторить побег Халта на Флипе. С другими созданиями будет сложнее, но проблема эта решаема.