Гнев. Забытый род - PostMort

— Твою мать, Ират, — простонал я, думая, как буду объяснять капитану пропажу сына Деймона.

* * *

252 г. от З.Э. Узкое море.

Ират Рексарион.

— Апчхи, — внезапно чихнул я, пока задумчиво крутил в руке окаменелое драконье яйцо.

Покинуть город получилось практически без проблем. Не считать же проблемами груженный всяческим добром баул, который так и норовил сползти со спины или за что-нибудь зацепиться.

Когда мы добрались до порта, корабль уже был готов к отплытию. По итогу покинуть порт еще до рассвета не составило труда. Теперь мы были уже в дне пути от Тироша и направлялись к этим проклятым островам, на которых проторчали больше года.

— И как ты предлагаешь пройти Ступени? — спросил Росс, когда весь десяток собрался вокруг меня.

Мы только закончили рассказ о том, как нашли драконье яйцо, и теперь встал вопрос о том, куда нам направиться.

— Все просто, — отмахнулся я, все так же завороженно осматривая яйцо и периодически проводя пальцем между чешуек. — Держимся торговых путей. Насколько я помню, их никто не перекрывал.

— И все же, — допытывался до меня здоровяк. — Если нас засекут, что тогда?

Подняв на него взгляд исподлобья, я ответил:

— Тогда я их потоплю.

Мой многообещающий тон говорил сам за себя. И знающие о моих способностях бойцы не сомневались в моих словах. Вопрос состоял лишь в том, каких усилий мне это будет стоить. Одно я знал наверняка — это будет явно проще, чем обвалить целую сеть тоннелей.

— Тогда, — решил перевести тему Роб, встряв в наш разговор, — куда нам держать путь?

Все выжидающе посмотрели на меня.

— Залив Работорговцев, — после недолгого молчания ответил я.

Реакция на мои слова последовала незамедлительно.

— Что? — в унисон воскликнули Берик и Аммис.

— На кой черт, — начал говорить Роб, но было непонятно, что он хотел сказать, так как его перебили.

— Зачем нам уплывать так далеко? — Росс задал интересующий многих вопрос.

Я же посмотрел на них, как на умалишенных. Неужели они не понимают? Только Джон молчал, нахмурившись и о чем-то задумавшись.

— А какие еще у нас варианты? — усмехнувшись, спросил я. — Мир? Пентос? Лис? Вам напомнить, что они все в опасной близости к Спорным землям, где сейчас резвится Мейлис. Как думаете, что он сделает, когда все узнает?

Ответом мне было лишь молчание. Лица всех помрачнели, ведь они понимали, что с Чудовища станется кинуть часть сил на наши поиски.

— Волантис также отпадает по ряду причин, — стал пояснять я. — Хоть там и чтят чистоту валирийской крови, но мне не нравится, что там немалую роль играет вера в Красного бога. С них станется сжечь нас в угоду своего божка. Без армии нам нечего делать в этом городе.

— А Браавос? — поинтересовался Берик, после чего все посмотрели на него, как на идиота.

— Безликие и Железный банк, — ответил я, прежде чем решил продолжить. — Плюс город основали беглые рабы из Валирии. Не удивлюсь, если у властителей этого города найдется пара древних книг, где упоминается мой род. Проверять, убьют ли меня, желания нет.

Все вновь погрузились в раздумья, пока молчание не прервал доселе молчавший Джон.

— Есть проблема, командир, — проговорил наш однорукий товарищ. — Боюсь, купленных мной припасов может не хватить до залива.

— На это счет не волнуйся, — успокоил я калеку. — Главное — добраться до Лиса, а там закупим больше провизии…

В этот момент раздался жалобный скрип мачты.

— И сменим это корыто, — продолжил я, внутренне надеясь, что эта посудина дойдет до моего родного города.

* * *

Интерлюдия. Мейлис Блэкфаер.

Надо было снести голову Мяснику еще в тот день, как он предложил установить контроль над Спорными землями. Некогда богатые территории сейчас были бесполезным участком земли. Солончаковая пустошь, усеянная костями и пеплом.

— Вся эта возня — пустая трата времени, — прорычал я, расхаживая по своему шатру.

Будь проклят этот Том-Мясник с его идиотской идеей. Ублюдок просто хочет наш счет выбить или покорить свободные группы наемников, которые обосновались в этих землях. Вот только неровен час, и все это приведет к войне с Миром. Этот Вольный город и без того не первый век с вожделением смотрит на этот бесполезный участок земли. И это не говоря уже о Лисе, что наверняка подключится, стоит в дело вступить его противнику.

— В Пекло, — практически выплюнул я слова, рухнув на стул.

Все это рискует затянуться надолго. Очень надолго. И ведь послать Мясника не выйдет. Иначе остальные решат, что я не сдерживаю своих обещаний.

— Бхглсс, — привычно прозвучало под правым ухом.

— Заткнись, — зло сказал я, щелкнув по торчащей из шеи маленькой голове. — И без тебя знаю.

Эта головешка права. Помимо проблемы со Спорными землями, еще и Ступени все никак не хотят покоряться. По докладам Араино, ситуация складывалась скверная. Пираты попрятались, словно крысы по норам, и всячески пакостят, заставляя тратить силы, ресурсы, людей.

Старая Мать обещала приструнить своих ублюдков. Вот только результата не видно. По-видимому, старуху решили бросить. Рядом с ней остались только самые верные. Старая кошелка стала бесполезной. Мало того, что она не смогла удержать контроль над большей частью пиратов, так еще теперь возвращает власть руками моих людей.

— Ныкх-хврт, — вновь промычала головешка, пуская слюни.

— Ты прав, — согласился я с моим самым родным человеком. — Никому нельзя верить.

Надо отдать приказ, чтобы форсировали захват Спорных земель и Ступеней. Пока Таргариены не…

— Г-господин, — внезапно в мой шатер ворвался наемник. — Дурные вести.

Внимательно посмотрев на посетителя, узнал в нем бойца личной гвардии. Выглядел он обеспокоенно, даже встревоженно. Похоже, вести действительно дурные.

— Говори, — поторопил я подчиненного.

— Х-хрбл, — раздался хрип под левым ухом.

— Не ты, а он! — начав злиться, сказал я, в очередной раз щелкнув головешку.

Тот факт, что каждый раз, когда бью по ней, я тоже ощущаю боль, меня не останавливал.

Я вновь вернул свое внимание к солдату, но даже после моих слов он не решался начать. Выдохнув, я поднялся со своего места и подошел к нему вплотную. Так, возвышаясь над ним и борясь с желанием оторвать ему голову, как кузену, я повторил свой приказ.

— Говори, — мой вкрадчивый голос не обещал ему ничего хорошего, если он не подчинится.

На пару мгновений он замялся, но, встретившись со мной взглядом и сглотнув, неуверенно начал свой доклад.

— Т-тирош, господин, — заикаясь, сказал он и вновь замолчал.

— Неужели из тебя надо щипцами все выдирать? — уже терял терпение я. — Что «Тирош»?