Монумент 14 - Эмми Лейбурн

Малыши, узнав о случившемся, принялись вопить, и тогда я подхватил на руки Макса и Улисса и стал подталкивать их к Поезду.

— Бегите в Поезд! — кричал я. — У нас чрезвычайная ситуация! Быстрее! Быстрее!

Я продолжал кричать до тех пор, пока мы не добежали до цели. Им совсем не нужно видеть, что случилось. Не нужно, и все. Я затолкал их внутрь и придавил дверь снаружи одним из диванов.

— Вы останетесь здесь до тех пор, пока в магазине не станет безопасно! — крикнул я. — Мы выпустим вас, когда все закончится.

Внутри слышались плач и всхлипывания.

Астрид с Сахалией лежали в обнимку на диване. Астрид что-то напевала.

Робби погиб. Брейдена ранило, а Астрид поет Сахалии песенку. Ни убавить, ни прибавить.

Я побежал обратно к своим друзьям.

— Как это плохо, как плохо! — твердил Джейк. Эта история здорово на него подействовала.

Джози плакала на полу, рядом, на линолеуме, валялся пистолет.

Нико сидел у распростертого Брейдена и обеими руками зажимал ему рану, из которой хлестала кровь. Руки и рубашка его были в крови.

— Я пытаюсь остановить кровотечение, но не знаю как, — сказал Нико, в его глазах читалась паника.

Я сломя голову рванул к аптеке. Алекс был уже здесь, он успел собрать с полок такое количество перевязочных средств, что еле удерживал их в руках.

Здесь было темно. Здесь невозможно было толком ничего найти, так было темно в этом чертовом магазине.

— Отнеси все это Нико, а потом включи свет, хорошо? — сказал я.

— А как же экономия? — запротестовал он.

— Нам нужен свет! Мы должны видеть, что делаем.

— Ладно, — сдался он и послушно двинулся прочь.

Мне нужно было найти что-то для остановки кровотечения. Я знал, что такие средства существуют. Однажды наш сосед упал с приставной лестницы и разбил голову.

Врачи «скорой» присыпали его рану каким-то порошком, и кровотечение остановилось.

Я подскочил к прилавку. Тут был ужасный беспорядок. «Какого черта тут делал Джейк?» — подумал я.

Свет мигнул и зажегся. Сначала я зажмурился, потом принялся рыться на полках.

Схватил обезболивающие таблетки, что давал мне Джейк. Они помогут и Брейдену.

Но ничего, что останавливало бы кровотечение, я найти не смог. Захватив антибиотики, которые Нико давал мистеру Эпплтону, я бросился назад.

При свете место преступления выглядело во много раз хуже.

— Нам нужно убрать отсюда тело! — чуть не плакал Джейк.

— Обязательно, Джейк, обязательно, — сжав губы, ответил Нико. — Только помолчи.

Пуля отбросила Робби к стеллажам, где он и остался лежать.

На плакате с изображением штурвала у него за спиной виднелись брызги крови и чего-то еще (видимо, мозга). Под ним медленно расползалась лужа густой темной крови.

Нико освободил бинт от упаковки и изо всех сил прижал его к плечу Брейдена.

— Я так и не смог ничего найти, — еле слышно сказал я: от быстрого бега у меня сбилось дыхание.

— Да вроде лучше стало, — сказал Нико. — Но он потерял много крови.

Я взял здоровую руку Брейдена и попытался нащупать пульс.

— Он совсем холодный, — сказал я Нико.

— Знаю.

— А где Джози?

— Ее увела Астрид.

— Нам нужно убрать это тело, ребята! — продолжал причитать Джейк. — Оно меня пугает.

Нико глянул на меня.

— Ты этим займешься?

— Тебе не нужна моя помощь?

— Сейчас вернется Алекс.

— Ладно, я попробую, — согласился я, — только мне потребуется помощь.

Джейк плакал, размазывая слезы по щекам.

— Не смотри на него! — сказал я и схватил Робби за руку.

Она была тяжелой и холодной. Как глина. Глиняная плоть.

Я взял его за одну руку, Джейк — за другую. Мы перекатили тело Робби на матрас.

Оно упало с глухим хлюпающим звуком. Я взял покрывало, валявшееся на полу, и накрыл им тело.

— Давай, — обратился я к Джейку, — тащи!

Мы поволокли матрас на склад. За нами тянулся блестящий след, будто кто-то вел по полу огромной плоской кистью, которую обмакнули в ярко-красную краску.

Вся грудь, живот и руки Джейка были в крови. Он выглядел так, будто только что разделал корову.

— Мне страшно, — сказал Джейк.

— Мне тоже, — ответил я.

— Я не хочу, чтобы Брейден умер, — сказал он, всхлипывая. — Боже! Мне нужно взять себя в руки!

Тыльной стороной ладони он вытер лицо, оставив на нем следы крови.

Джейку с Алексом поручили убрать кровь, а тем временем я помогал Нико перевязывать Брейдена. Мы разрезали на нем рубашку. Нико смазал рану какой-то оранжевой жидкостью и попросил меня как можно крепче зажимать салфеткой рану, пока он будет бинтовать плечо.

Приятного в этом было мало. Пуля вырвала из плеча огромный кусок. Рана была страшной, это был кусок сырого мяса, без кожи. А под обрывками плоти виднелась белая кость. Я изо всех сил держался, чтобы не хлопнуться в обморок.

— Держи покрепче! — приказал Нико.

Нико считал, что Брейдену нельзя шевелиться, поэтому я принес еще один надувной матрас.

Мы с Алексом, Джейком и Нико осторожно, как только могли, положили Брейдена на матрас. Нико послал Алекса за термопростынями и витаминным напитком.

Джейк, похоже, совсем успокоился. Теперь он вел себя почти как раньше.

Нико продолжал возиться с Брейденом, а я стал помогать Джейку с Алексом.

К тому времени, как мы закончили, вокруг нас стояли шесть пластиковых мешков с окровавленными полотенцами, салфетками и пустыми бутылками из-под отбеливателя.

После нескольких часов тяжелой, грязной работы Нико наконец сказал:

— По-моему, его состояние стабилизировалось. Достаточно стабилизировалось.

— Достаточно для чего? — спросил я.

— Чтобы поговорить с Сахалией.

Сахалия все еще лежала с Астрид на диване. Обе они не спали и смотрели прямо перед собой. Джози спала в кресле, свернувшись калачиком. Астрид укрыла ее пледом.