Спи, милый принц - Мэй

Николас догадывался, почему за столом царит уныние. Видел забинтованные ладони Роуэна, и повязки точно свежие.

Когда Николас упомянул, что Майлз осваивается у него дома, императрица спросила:

– Когда он начнёт заниматься?

Заметив, как Николас замялся, она мягко улыбнулась, помешивая ложкой суп:

– Ты ещё не думал об учителях? Майлзу стоит вернуться к привычному распорядку жизни. Ты узнавал, кто его обучал?

– Джозеф Тиллман.

Императрица повела головой в неопределённом жесте:

– Он неплох, но не слишком надёжен.

– Да, у него ещё уровень магии высокий, мог и с убийцами общаться, навести их на Дотлеров. Мы проверяем.

Ложка Корделии зависла над тарелкой, медленно опустилась.

– Я имела в виду, что он так себе учитель. Но я рада, что ты проверяешь. Мне бы такое в голову не пришло.

Она улыбнулась и продолжила есть, а Николас смутился. Безусловно, сказанное было комплиментом, но сложно отделаться от мысли, что всех людей начинаешь в чём-то подозревать, иногда совершенно безосновательно.

Роуэн неловко держал ложку забинтованной рукой. Айден молчал.

– Роуэн, милый, тебе неудобно? – спросила императрица. – Могут подать другие приборы…

– Всё в порядке, – ломко ответил Роуэн.

Николас видел грусть в глазах императрицы, она переживала за детей, а у Роуэна, похоже, случилось очередное помутнение, и он поранился. Это давило на Айдена, расстраивало самого Роуэна, а их мать сглаживала ситуацию.

– Николас, ты тоже ешь, – сказала Корделия.

Она неизменно пыталась его накормить, Николас не спорил и начал орудовать ложкой. О необходимости учителя для Майлза он не думал, но теперь вопрос встал перед ним во всей красе.

– Откуда берут учителей? – спросил Николас.

– В основном по знакомству, – сказала императрица. – Могу посоветовать Уильяма Моррисона. Он обучает Люка, сына Теодоры, но тот заканчивает весной, уедет в лицей. Возможно, Моррисон сможет взять Майлза уже сейчас.

Теодора Скотт была сенешалем во дворце, важным человеком и подругой Корделии. Они колдовали в связке, хотя императрица как-то призналась, что не часто этим занимается. И она, и Теодора были из тех, кто предпочитал плести интриги и обсуждать политику, а зачаровывать им было попросту неинтересно. И такое бывало среди аристократов. В конце концов, они обучались магии, чтобы она обретала форму и не вспыхивала дикой, а не для того, чтобы всю жизнь колдовать. Для обычных вещей были чаровники из простолюдинов, для сложных – Круги магов.

– Я поговорю с ним, – предложила Корделия. – Если ты не против.

– Буду очень благодарен.

– Мистеру Моррисону будет трудно сразу с двумя учениками. Думаю, часть дней он может приезжать к вам, а часть лучше Майлзу сюда, чтобы Моррисон совмещал с уроками Люка.

– А когда его величество возвращается? – спросил Николас.

Ответили ему не сразу, и он удивился. Думал, вопрос самый обычный, ничего особенного. Насколько он помнил, император закончил дела с Харгарадским каганатом и возвращался в Кин-Кардин, Николас попросту не следил за сроками, вот и решил спросить.

– Его корабль задерживается, – сказала императрица. – Они поднимаются по Арране, возникла проблема с половодьем. То ли будут ждать, то ли Александр вернётся в экипаже. Но в любом случае это случится не в ближайшие дни.

– А корабль, случаем, не Синдикату принадлежал? – холодно спросил Айден.

– В путешествии были задействованы и ресурсы Синдиката, но корабль наш.

– Ресурсы!

Николас глянул на Айдена:

– Думаешь, Синдикат намеренно задерживает возвращение императора? Зачем?

– Решили, что на меня проще влиять. До этого делами Синдиката занимался отец, после передал мне. Мюррей и Фелиция могли рассчитывать, что я быстрее сдамся их просьбам.

– Они ошиблись, – заметила Корделия, и в её голосе явственно слышалась гордость. – Ты не менее несгибаем, чем твой отец.

– Но императора нет, я – всего лишь принц, а у нас запретная магия и гниль.

Николас был согласен с Айденом, ему тоже не нравилась сложившаяся ситуация. Ничего критичного, но если та же чума распространится или запрещёнка будет иметь ещё какие последствия, императору лучше присутствовать в городе. И людей успокоить, и Совет урезонить.

На это часто жаловалась Лидия. Большинство советников закостенело придерживалось традиций, они не любили новое и воспринимали Айдена юнцом, не подготовленным к роли наследного принца и будущего императора. Что может решать тот, кого воспитывал храм? Какой опыт у выросшего в стороне от дворца?

Как подозревал Николас, отчасти из-за подобного мнения Совета и Айден ещё больше старался, доводя себя до изнеможения.

– Я найду тех, кто стоит за убийствами, – сказал Николас. – По поводу запретной магии не волнуйтесь.

– Жаль, болезнь так не исчезнет, – вздохнула императрица. – Заражённые кварталы закрываются на карантин, мы следим за ситуацией.

Во время эпидемии Корделия Равенскорт встала во главе борьбы с чумой, хотя и обычно возглавляла Императорский госпиталь, славившийся передовыми артефактами и научным корпусом, где лекари исследовали травы, чары и болезни.

– Гниль ужасна, – вздохнула она. – Но мы держим её под контролем.

С тоской Николас подумал, что это слишком смелое заявление. Обычно после таких слов всё идёт по Бездне. Но гниль не входила в его компетенцию, он будет заниматься тем, что знает и умеет.

Хотя ему было любопытно и про чуму выяснить больше:

– Гниль же в припортовых районах? Какие кварталы? Эгретский угол?

– Нет, он открыт, там не было заражённых. А вот соседний Ржавый причал на карантине. Ещё Старый пирс, весь Чёрный квартал.

– Много, – покачал головой Николас, прикидывая карту. – Как идёт создание лекарства?

– Плохо.

Императрица подождала, пока вошедшие слуги сменили блюда, убрав пустые тарелки из-под супа. Роуэн почти не ел, Айден тоже оставил жижу на дне. Подали рыбу, картошку и говядину с несколькими сложными соусами. За последние Николас особенно любил обеды во дворце: соусы с арверианскими травами вошли в моду, но разнообразие пока немногие могли себе позволить.

– И госпиталь, и маги пытаются найти лекарство, – продолжила императрица, когда слуги вышли. – К сожалению, чума смертельна, выживают единицы. В госпитале постоянно сжигают трупы, а переболевших выписывают мало. Мы изучаем их кровь, но пока безрезультатно. Потребуется много времени, чтобы создать вакцину.

Переболевшие, как Чарли Стоукс.

– Дело осложняется тем, что Аптекарский цех работает по уже известным рецептам, а у алхимиков нет единого управления, чтобы помочь их создать. Алхимики из храма сотрудничают, а вот с чаровниками тоже сложности. Асталанская мануфактура и без того завалена работой, там огромный заказ Синдиката, так не вовремя! Школам зачарователей я приказала изучить эликсир, но они разводят руками и ничего толком не могут сказать. А у Круга магов другие обязанности, нужно больше людей.

– Подождите,