Чужая кровь - Василий Горъ

– Конечно, нет, доктор! – выдавил Меддир.

– Вот и отлично! Можете идти к себе… Ее скоро приведут… Кстати, профессор! Совсем забыл вам сказать… Не принимайте новости близко к сердцу – думаю, вы сами понимаете, что во всех своих бедах виноваты сами… Договорились?

– Что за новости? – чувствуя, как обрывается его сердце, Иор испуганно покосился на веселящегося Ло.

– Да так. Небольшой сюрприз… Узнаете сами… Главное, чтобы вы хорошо подумали, прежде чем что-то говорить или делать: ваше будущее зависит от многого. От вашей выдержки в том числе… Ладно, не буду вас томить… Можете идти… Вас проводят…

Увидев лицо появившейся на пороге палатки Литы, профессор побледнел как смерть: в глазах его красавицы-жены плескалось чистое, ничем не замутненное безумие. А на ее помертвевшем лице не было видно ни одной эмоции. Вообще!

– Лита! – Иор бросился к жене и, вцепившись в ее плечи, попытался поймать ее взгляд. – Лита!!! Что с тобой, милая?

– Слышь, проф! А можно не орать? – поморщился ее сопровождающий. – Учти, будешь шуметь – я ее заберу… И не забывай – у тебя три часа… Не знаю, правда, много это или мало…

– Хорошо, хорошо! – залепетал профессор, затаскивая жену внутрь и завешивая дверной проем прорезиненной тканью. – Я не буду шуметь! Обещаю…

– Вот и хорошо… Развлекайся… – смешок оставшегося за пологом офицера словно облил Иора помоями.

– Лита, солнышко! Что с тобой, девочка моя? – подтащив женщину к кровати, Меддир прижал жену к своей груди и зажмурился: его благоверная отказывалась реагировать и на его слова, и на прикосновения!

– Тебе плохо? Может, принести тебе воды? Или проветрить палатку – у меня душновато? А… что с твоими руками? – попытавшись прижать ладонь жены к щеке, Иор обратил внимание на ее ладонь и почувствовал, что его начинает трясти: некогда ухоженные пальчики Литы оказались покрыты синяками, царапинами и следами укусов, а ногти превратились во что-то невообразимое! – Что они с тобой сделали? – схватился за голову профессор, и, слегка отодвинув от себя безвольное тело жены, внимательно присмотрелся к ее лицу и шее. Лицо практически не пострадало – в свете тусклой лампы Лита смотрелась так же бесподобно, как и год, и два, и пять тому назад. А вот ее шея оказалась в ссадинах и синих пятнах. В некоторых из них легко угадывались следы пальцев. Профессор бросил взгляд на ноги своей жены и заскрежетал зубами – бедра Литы превратились в один сплошной синяк!

– Вы же обещали… – взвыл он и рванулся к выходу из палатки. – Офицер!!!

– Чего орешь? – ленивый голос сопровождающего резанул Иора по нервам. – Тебе же обещали стимул? Вот слово и сдержали… До солдат она пока не добралась, а вот офицеров уже радует… Вот если бы ты не филонил – она бы не пострадала… Хотя мы бы лишились прекрасного развлечения…

Выскочив из палатки и увидев спокойное лицо молодого, лет двадцати пяти, парня, Меддир неожиданно для себя изо всех сил размахнулся и… потерял сознание…

– …Ну кто так бьет? – голос, донесшийся до Иора сквозь мутную пелену отказывающегося понимать где он, сознания, был все так же спокоен: – И чему тебя только учили, профессор? Твоя жена, и та била сильнее… Правда, толку от этого – только хуже стало… О, черт!!! Доктор! За время вашего отсутствия имела место попытка нападения на сопровождающего госпожи Меддир. То есть на меня. Со стороны профессора Меддира! Кратковременная потеря сознания, и ничего больше!

– Ясно. Поделом. Подними эту падаль! Быстро!!! – в голосе Эмиса Ло звучало бешенство. – Тащи его в лабораторию! Бегом!!!

– А его жена? Я за нее отвечаю, доктор… – промямлил было офицер, но, видимо, зря.

– Рот закрой, обезьяна! Я сказал этого – в лабораторию! А потом получишь оружие, и на плац! Хватит жопу отъедать! Пора начинать шевелиться! Именно такие ублюдки, как ты, не смогли догнать и поймать нескольких жалких аборигенов! Я вас научу воевать, быдло тупорылое! Надо же! Потерять единственный вертолет!!!

Профессор, подброшенный с земли сильными руками перепуганного офицера, с трудом удержал равновесие и попытался открыть глаза. Левый открываться не захотел: узенькая щелочка, сквозь которую с трудом пробивалось заходящее солнце, оказалась наполовину залеплена потеками крови из разбитой брови:

– У вас что-то пошло не так? – справившись с тошнотой, подступившей к горлу, пробормотал профессор и, гордо вскинув голову, попробовал расхохотаться.

Страшный удар в лицо снова бросил его на землю, а удары кованых сапог, чуть не раздробившие его позвоночник, заставили сжаться в комок. Больно было жутко. Но странное состояние отрешенности, которое нашло на него за мгновение до удара доктора Ло, заставило Иора снова открыть рот:

– То ли еще будет, доктор… Отольются вам наши слезы… И вот тогда смеяться буду я…

– Если доживешь! – взревел Эмис Ло, и в голове профессора словно взорвалось солнце…