Над бездной - Вольфганг Хольбайн

Заключив сделку с Абу Дуном, герцог Демадьяр был готов к решительным действиям в отношении заключенных, оставалось только окончательно договориться с охраной. Срок, к которому он предполагал вернуться в замок, давно истек, но он еще не решил, что ему нужно делать и как себя вести. Между тем Мальтус и черный работорговец проявляли все больше нервозности. Причем золотой рыцарь всячески старался скрыть свои истинные чувства.

Оба сейчас стояли на изрядном расстоянии от Андрея, и он не мог слышать их разговора, но и без слов было понятно: это все, что угодно, только не обмен любезностями. Абу Дун энергично размахивал руками, в то время как Мальтус ограничивался резкими короткими жестами.

Прошло достаточно времени после оговоренного часа, когда наконец послышались приближающиеся звуки: цокот копыт, шаги и шум движения большого числа людей. Снаружи открыли дверь, но вошел не Демадьяр, как того ожидал Андрей и, очевидно, Мальтус с Абу Дуном, а Мария в сопровождении двух других рыцарей — Кербера и Билера.

Билер действительно оказался тем рыцарем, которого убил Серж. Однако сейчас на нем не было даже шрама.

— Так вот как! — крикнула Мария, прежде чем Андрей сообразил, что к чему.

Мальтус с недоумением посмотрел на нее и уже собирался что-то сказать, но она опередила его, проскользнула мимо и остановилась перед Андреем.

— Развяжите этого человека! — решительно приказала она. — Немедленно!

Мальтус обменялся вопросительным взглядом с Кербером и Билером, но оба только пожали плечами.

— Вы поняли меня, Мальтус? — резко спросила Мария. — Вы должны развязать его!

Когда тот не отреагировал, она сама рванула оковы Андрея, но ничего не смогла сделать. С красным от гнева и напряжения лицом девушка подскочила к Мальтусу и прикрикнула на него:

— Что происходит? Я неясно говорю или вас внезапно поразила глухота?

— Прошу вас, Мария, — начал Мальтус, преодолевая неловкость, — я могу…

— Я приказала вам, — перебила его Мария. — Извольте подчиняться! Немедленно!

Мальтус подошел ближе к ней, избегая ее взгляда.

— Я не могу сделать это, — сказал он тихо.

— Что это значит?

— Это было бы не в духе вашего брата, — вместо Мальтуса объяснил Билер.

— Не в духе? — Мария запнулась, не в силах набрать в грудь воздуха, словно не могла поверить в то, что услышала. Затем сказала напряженно, но сдерживая голос: — В данный момент я говорю то, что сказал бы брат. И я приказываю вам немедленно развязать этого человека!

— Нет, — спокойно сказал Билер.

— Нет?

— Нет, — подтвердил рыцарь.

— Прошу вас, поймите же наконец, Мария… — усталым голосом сказал Мальтус. — Мы любим и уважаем вас, вне всякого сомнения, но приказы вашего брата были однозначными. Этот человек — колдун. И он будет за это наказан.

— Колдун! — с каким-то особым выражением произнесла Мария и посмотрела на Андрея долгим, задумчивым взглядом; потом обратилась к Мальтусу: — А те люди, что стоят на пристани? Они тоже колдуны?

— Они заодно с ним. — Золотой рыцарь кивнул на Андрея. — Вся их деревня в союзе с дьяволом. Ваш брат приказал взять всех жителей в плен и доставить в Рим, где их предадут суду.

— В Рим? — вырвалось у Андрея. — А не в Александрию или в Аккад? — Он невесело усмехнулся. — Взгляните на капитана корабля, Мария. По-моему, он похож на нубийского работорговца.

Мария долго и внимательно разглядывала Абу Дуна, который стоял в нескольких шагах от нее. Потом снова обратилась к Мальтусу, пристально смотря на него ледяным взглядом.

— Это правда? — спросила она.

— Да не верьте вы, Мария, этому убийце и сатанисту, — бросил Кербер. — Он всеми способами старается вытащить голову из петли!

Не удостоив и взглядом телохранителя своего брата, Мария снова обратилась к Мальтусу.

— Это правда? — повторила она свой вопрос.

— Мы следуем только приказаниям вашего брата… — продолжал настаивать Мальтус.

— Которые заключаются в том, чтобы продать христиан как невольников? — Мария задыхалась от ярости. — Я не верю ни одному вашему слову.

— Эти люди не христиане, — ответил Мальтус. — И это был приказ вашего брата.

— Чего он в настоящий момент, к сожалению, не может ни подтвердить, ни опровергнуть! — гневно возразила Мария. — Как это удобно для вас! Но вы должны лучше подумать над тем, что вы делаете. Мой брат еще не мертв.

— Мы молим Бога, чтобы он пережил трусливое нападение этого колдуна, — примирительно сказал Мальтус. — Однако, пока он сам не может освободить нас от своих приказаний, мы должны делать то, что он нам поручил. О чем я искренне сожалею.

— Вам следовало бы взойти на борт, Мария, — сказал Кербер.

А Билер добавил:

— Ваш брат уже на корабле. «Чайка» готова к отплытию.

— Я никуда не пойду, — сказала Мария решительно. — И я не допущу, чтобы…

— Пожалуйста, не вынуждайте нас доставить вас на корабль, — перебил ее Мальтус.

А взгляд его продолжил: «Мы будем вынуждены сделать это».

Несколько мгновений Мария стояла неподвижно, будто оцепенев, затем обернулась к Андрею, бросила на него долгий беспомощный взгляд и выбежала наружу. Кербер последовал за ней, туда же устремился и Билер.

Абу Дун, наблюдавший за этой сценой молча, ровным счетом ничего не понимая, покачал головой.

— Невероятно, — пробормотал он с недоумением. — Вы, христиане, упрекаете нас в том, что мы варвары и необразованные дикари, а сами разрешаете своим женщинам говорить с вами так, что их за это следует убивать на месте.

— Это сестра нашего господина, — пояснил Мальтус. — Пока он жив, мы обязаны относиться к ней с тем же уважением, что и к нему.

Абу Дун склонил голову набок:

— А когда он умрет?

— Вам пора идти к своему кораблю, — холодно заключил Мальтус. — Я предполагаю, что вы хотите лично наблюдать за погрузкой рабов.

Работорговец нахмурился. Он был раздосадован, но ничего не сказал, только презрительно поджал губы; наконец повернулся и, не произнеся ни слова, удалился.

Мальтус пошел следом за ним и, задержавшись в дверях, проводил его взглядом. Затем медленно вернулся к Андрею, обнажил свой меч и, держа его в вытянутой руке, направил на Андрея.

Казалось, его клинок превратился в серебряную молнию, и Андрей напряг мускулы. Однако, вместо того чтобы отрубить ему голову, меч скользнул в миллиметре от его плеча, полоснул вдоль руки, не оставив на ней и царапины, коснулся бедра и высек длинные щепки из деревянного пола. Когда рыцарь снова поднял меч и отошел на несколько шагов назад, с Андрея слетели на пол разрубленные оковы.