Темная река - Эрин Хантер

— Держитесь подальше от нашей границы! — процедил в ответ Бурый.

— Так будет с каждым — будь он воитель или оруженосец! — кто посмеет охотиться на территории Грозового племени! — прокричал Уголек.

Львинолап выскочил вперед, посмотрел на Ветерка и громко прошипел:

— Больше тебе не захочется полакомиться белочкой на нашей земле!

— Посмотрим, — угрожающе фыркнул оруженосец племени Ветра.

* * *

Ежевика ждал патрульных у входа в лагерь. Заслышав шаги, он бросился им навстречу.

— Вы их прогнали? — коротко спросил он.

— Это оказалось нетрудно, — хмыкнул Ураган.

— Есть тяжелораненые? — снова спросил глашатай.

— Нет, только поцарапанные, — проурчала Яролика и поморщилась, взмахнув хвостом.

Ежевика быстро подошел к Львинолапу и дотронулся подбородком до его головы.

— Не нравится мне твое ухо.

— Подумаешь, царапина! — отмахнулся Львинолап.

— Он сражался, как настоящий воитель, — сказал Ураган, кивнув на Львинолапа.

Львинолап вздернул подбородок и сладко зажмурился, услышав довольное урчание отца.

— Я в этом нисколько не сомневался, — пробасил Ежевика, и Львинолап чуть не лопнул от гордости.

— Тебе очень больно? — подскочила к нему Белка. За ней бежали другие воители.

Львинолап с досадой отстранился от матери. «Зачем поднимать столько шума из-за пустяков?» — недовольно подумал он.

— Он сражался, как настоящий воитель, — сказал Белке Ежевика.

— Очень хорошо, — кивнула Белка, не сводя глаз с кровоточащего уха сына. — Но теперь Львинолапу, Яролике и Речушке нужно как можно скорее показаться Листвичке.

Львинолап стиснул зубы. Ну почему мать пытается испортить лучший миг в его жизни?

— Со мной все в порядке, — прошипел он.

— Все равно, пусть Листвичка посмотрит, — заявила Белка, подталкивая его носом в сторону пещеры целителей.

Львинолап нехотя поплелся к Листвичке. Будь его воля, он никому бы не дал притрагиваться к своему уху. Пусть все видят, как он храбро сражался! И вообще, шрамы украшают котов!

* * *

Львинолапа разбудил восхитительный запах свежей мышки. Он открыл глаза и на мху рядом со своей подстилкой увидел еду.

— Я думала, ты проголодался, — сказала Медвянка.

Львинолап с наслаждением потянулся, потом встал и выгнул спину.

— Уже поздно?

— Вечерний патруль только что вернулся, — ответила Медвянка. — Они принесли кучу добычи, — она пододвинула к нему мышь.

— Котята и старики уже поели?

— Конечно, — кивнула ученица. — Орешинка сказала, ты здорово задал этому выскочке Ветерку! — глаза ее восторженно засверкали. — Говорят, ты сбросил его в ручей?

Губы Львинолапа расплылись в довольной ухмылке. Воспоминание о недавней битве согревало.

— Так оно и было, — важно пробасил он. — Теперь оруженосцы племени Ветра трижды подумают, прежде чем запустить когти на нашу территорию!

Внезапно его бросило в дрожь. Противный холодок пробежал по спине, сердце ухнуло в лапы. Что если бы на месте Ветерка оказалась Вересколапка?

— Львинолап? — окликнула его Медвянка. — Что с тобой?

— Н-ничего, — упавшим голосом пробормотал он. — Просто немного устал…

— Ладно, — кивнула ученица. — Мы собираемся под обломком скалы, приходи поболтать, если захочешь, — сказала она, выходя из палатки.

Разумеется, он хотел! Львинолап в два укуса прикончил мышь и выбежал на поляну. Пристроившись вместе с другими оруженосцами под скалой, он вдоволь наговорился, снова и снова вспоминая мельчайшие детали только что прошедшей битвы. Львинолап старался казаться беспечным, но беспокойство ни на миг не отпускало его. Появился месяц, но сразу же скрылся в пелене густых облаков. Наверное, Вересколапка уже ждет его в пещере!

Когда оруженосцы уснули, и над лагерем воцарилась тишина, Львинолап тихо вышел из палатки и, прокравшись через поганое место, выбежал в лес.

Когда он добрался до входа в туннель, от холода у него разболелось раненое ухо. Львинолап поморщился от боли, но решительно шагнул в темноту. В животе шевельнулось знакомое саднящее чувство, но он не стал обращать на него внимания. Львинолапу было не до предчувствий. Ему предстояло сделать, возможно, самый трудный в своей жизни шаг. Он был просто обязан так поступить! Почему же тогда так больно? Львинолап отогнал тревожные мысли и решительно зашагал по темному туннелю.

Вересколапка уже ждала его в пещере. Заслышав шаги, она бросилась Львинолапу навстречу и зарылась носом в его плечо. От нее пахло теплом и сном, как будто юная кошка только что покинула свое гнездышко.

— Бедное твое ушко, — прошептала она, заметив его запекшуюся рану.

— Пустяки, — ответил Львинолап.

— А других ран у тебя нет? — спросила Вересколапка и с облегчением прикрыла глаза. — Великое Звездное племя, как же я перепугалась! Ветерок похвалялся, что порвал тебя в клочья!

Львинолап отпрянул. Почему она так тревожится о нем? Преданная кошка должна беспокоиться о своих товарищах, а не о чужом коте! Теперь он не сомневался в том, что принял правильное решение.

— Что такое? — спросила Вересколапка, испуганно глядя на него. Неужели она почувствовала его боль и раскаяние?

Львинолап на миг зажмурился, а потом торопливо выпалил:

— Мы больше не должны встречаться!

— Что? — переспросила Вересколапка.

— Мы не должны, понимаешь?

— Но почему? Нам же так весело вдвоем! Мы никому не причиняем вреда… — еле слышно залепетала Вересколапка.

— Ты лучше всех, кого я знаю, — очень серьезно сказал Львинолап. Потом опустил глаза на лапы. Почему она делает все, чтобы стало еще тяжелее? Неужели Вересколапка не видит, что ее огорчение ранит его в сто раз больнее когтей Ветерка? — Но… ты должна найти друга среди соплеменников. Я же должен стать настоящим воителем, великим воином Грозового племени! — а для этого нам нужно прекратить встречаться. Мне потребуются силы, я больше не могу приходить сюда по ночам.

Вересколапка отпрянула, как будто он полоснул ее когтями.

— Но… мы могли бы встречаться не каждую ночь, — еле слышно пролепетала она.

«Какая разница, как часто мы будем встречаться! — хотелось крикнуть Львинолапу. — Это должно прекратиться раз и навсегда!»

— Сегодня в бою я все время искал глазами тебя, — пробормотал он. — Вдруг ты бы оказалась в этом проклятом патруле?

— Ты мог бы сражаться с Ветерком или с Крольчишкой…

— Как ты не поймешь! — взорвался Львинолап. — В бою невозможно выбирать! Я должен защищать свое племя! Я… Я не могу постоянно беспокоиться о тебе!