Меч Без Имени - Андрей Белянин

– Не клевещи на моих крошек, усатый! Они и мухи не обидят, а вот вы, говорят, семерых насмерть замордовали! Ай-яй-яй!

Семерых? С чего это мы так расстарались? Может, наемниками возьмут… Я где-то читал, что похожими методами выбирали лучших воинов. Но стоит ли заключать контракт с таким странным типом? Кого же он мне так напоминает? Лысоват, волосы жидкими кудряшками свисают сзади, морда сытая и розовая, носа из-за щек не видно, глаза в обрамлении огромных ресниц, как у фотомодели. Манеры душевные и развязные одновременно. Вот так, с припевочками, пошлет тебя на плаху… А, вспомнил – Прокруст! Раз не укладываешься в его понятия об интеллигентности – значит, к стенке!

– Еще раз терпеливо объясняю, что это была необходимая самооборона. Я требую адвоката!

– Ха-ха-ха! Да ты шутник, ласковый мой. Хочешь, покажу один сувенирчик? Эй, там! Позовите моего повара, пусть зайдет как есть, без церемоний…

Пару минут спустя в дверях показался грязный гоблин в замызганном фартуке, чистящий моим мечом какую-то брюкву. Меч Без Имени используют на кухне?! Я бросился вперед, споткнулся и упал, здорово расшибив губу. Противный мужик воркующе захихикал и жестом отослал повара. Жан помог мне встать.

– Ай-яй-яй! Шалун, шалун… А я тебя знаю! Ты ландграф, правда?

– Соизвольте говорить «вы» моему господину, благородному лорду Скиминоку, Ревнителю и Хранителю, Шагающему во Тьму, тринадцатому ландграфу Меча Без Имени! – сурово потребовал Бульдозер, и стражи глухо заворчали.

– Я – барон де Стэт, владелец Утонченного замка, хозяин тысячи мохнолапых воинов, лирик, музыкант, интеллигент, – рисуясь, ответил этот тип. – Один вопросик, если позволите. Верно ли, что вы, лорд Скиминок, воюете с Ризенкампфом?

– Ага, никак не поделим оставшийся нам в наследство пододеяльник троюродной бабушки.

– Ой, он опять меня смешит! Я ведь так могу и не убить вас. Оставлю при себе шутом, вот разве ножку или рученьку надо будет сломать… Хромой шут Скиминок – звучит, а? Как вам, бриллиантовые мои? Ха-ха-ха!

– Мы устали. Нам надо поесть и выспаться. Завтра делайте с нами что хотите.

– Э, нет… С вами были еще две девчонки-хулиганочки. Что же они ко мне не пришли? – обиженно надул губы барон.

– Твое счастье, что не пришли… – буркнул я, а в дверь с ревом вломился какой-то гоблин с рогами на голове. Вообще-то у некоторых рогатые шлемы имелись. Но у данного индивидуума рога росли прямо изо лба, такие массивные, тяжелые, как у матерого лося. Бедняга ничего не мог толком сказать, только стонал и выл. Под тяжестью рогов его голова кренилась вперед. Ошарашенный де Стэт удивленно распахнул ротик:

– Это что же такое? Это почему? Я не разрешал…

Гоблин вконец отчаялся что-либо объяснить и рванул из комнаты. Мы с Бульдозером обменялись понимающими взглядами:

– Вероника!

…Все то же подземелье. Хорошо хоть кандалов не надели, а могли бы… Сон – плохая замена еде, и мы сидели понурые, как проголодавшиеся суслики. Но то, что девчонки про нас не забыли, это точно. Зная деятельный характер Лии и экспериментаторскую натуру Вероники, я мог быть уверен, что партизанские действия начались! Значит, нас ждут подожженные склады, пущенные под откос поезда, взорванные мосты и снятые часовые…

– Милорд, мы погибнем здесь?

– Нет, у меня другие планы.

– Вы думаете, они сумеют нас вытащить?

– Всенепременно.

– Хотелось бы верить… – Бульдозер заерзал на соломенной подстилке, пытаясь устроиться поудобнее. – Но ведь они совсем дети! Что, если и их поймают?

– Слушай, не нагнетай обстановку! И без того тошно. У тебя есть какое-нибудь предложение?

– Нет.

– Тогда давай постучим в дверь и, когда откроют, нападем на стражника. Появится шанс умереть героями.

Жан решил, что я над ним издеваюсь, и уткнулся носом в стенку. В мою бедную голову начали закрадываться паникерские мысли. Потом послышались голоса – видимо, первые признаки голодных галлюцинаций.

– Взорвать! Взорвать ее к чертовой матери!

– Да? А если их погребет под обломками? Надо копать, обкопать всю плиту вокруг и тогда…

– И тогда под этой плитой погребут нас, дура!

– Сама дура! – Два тонких голоска стучали в висках.

Бульдозер повернулся и посмотрел на меня странным, долгим взглядом:

– Милорд, я, наверное, схожу с ума! Я голоса слышу.

Так, значит, и он тоже. Доходим! Это нервы… Глаза слипаются, а слух обострен до того, что различает любой шорох под полом.

– Может быть, ее как-то отодвинуть?

– Лучше я попытаюсь превратить ее в матрас.

– Не надо! Знаю я твои заклинания…

– Да что ты знаешь о заклинаниях?

– Не глупее тебя…

– Ты не глупее меня? В твоей голове мозги и не ночевали.

…Вот опять они. Голоса! Это меня доконает.

– Милорд, я снова слышал…

– И я…

Стоп! С ума сходят по очереди. Если мы оба что-то слышим, значит, так оно и есть. Кто же там разговаривает? Мыши – вряд ли… Гномы – возможно, но уж очень тонкие голоски. Привидения – вот это запросто! Тут их должно быть как вшей. Одна из тяжелых плит, устилающих пол, явственно вздрогнула. Мы с Бульдозером отодвинулись в угол, на всякий случай. Потом раздался хлопок, и на этом месте появилась куча пыльных, старых матрасов. Мы подошли ближе. Из-под кучи раздавались полузадушенные переругивания.

– Это они, Жан! Помогай!

В минуту весь этот хлам был разбросан по углам, а на свет Божий извлечены почти задохнувшиеся под тяжестью тряпья Вероника и Лия. У обеих под левым глазом сияли фиолетовые фонари. Мой оруженосец понимающе кивнул и быстро распотрошил Лиину походную сумку. Хлеб, сыр и вино – что может быть вкуснее и полезнее для узника?! После двухдневного поста мы набросились на еду как волки. Девчонки, оправившись, смотрели на нас, а их глаза полнились слезами и состраданием… Я не буду приводить длинный, изобилующий подробностями рассказ Вероники о том, как они нас нашли. Лия то и дело вставляла свои поправки, так что отчет получился внушительным. Вторых таких героинь история просто не знает. Судя по всему, мы должны были причислить их к лику святых и постоянно носить на руках. Вопрос состоял в другом. Как отсюда выбраться и что делать дальше? Проще всего убежать тем же подземным ходом, каким сюда доползли наши спутницы. Ход прорыли гномы в незапамятные времена. Однако этот номер не прошел. Квадратные плечи Бульдозера не позволяли ему протиснуться даже в дыру от плиты. Да и мне еще нужно вернуть Меч Без Имени. Он на кухне. Надо пойти и отобрать. У вооруженных гоблинов, в их же логове. Задача для психов – значит, мы идем! Бульдозер с размаху саданул ногой в дверь. Готов поклясться, что засовы слегка вышли из пазов…