Не проклинайте мужа Светом - Александра Лисина

— Достаточно того, что они не путаются под ногами, — поддержала оборотня баньши. — Личиана была очень на них зла за свой склеп и испорченные экспонаты. Думаю, это она попросила, чтобы бесы больше не появлялись на кладбище.

— Она действительно просила, — неожиданно сообщил Зырян. — Но бесов в УННУНе нет не поэтому — с нынешнего года для них организован отдельный курс с отдельным расписанием. А живут они теперь не в общежитии вместе со всеми, а в Городе. В Заброшенном квартале. И носа оттуда не кажут, переходя из класса в класс отдельными, специально для них выстроенными порталами, которые любезно предоставила госпожа Девелар. Наши пропуска аннулировали по этой же причине.

— Так ты все знал? — удивленно обернулся к оракулу фей. — А нам почему не сказал?

Зырян пожал плечами.

— Вы не спрашивали.

— А зачем их объединили в отдельный курс? — поинтересовалась я, на что Йерж всплеснул руками.

— Да чтоб с тобой не встречались, неужто не ясно? После смерти Гидеса они остались без вожака. А по темным законам убийца получает все! В том числе и право на лидерство. Но директриса ни за что не допустит, чтобы ты взяла их под свое начало. К тому же бесы боятся тебя до потери сознания и безмерно счастливы, что им разрешили поселиться отдельно.

Васька озадаченно поскреб затылок.

— Хочешь сказать, они испугались нашей Хельки так, что упросили Жабу предоставить им убежище?

— Дошло наконец, — ядовито отозвался целитель.

— Хм, — задумчиво изрекла я. — Приятно, конечно, что меня считают такой грозной. Но почему?

— Может, потому, что ты спуталась с демоном, и теперь они думают, что ты намереваешься убить их так же, как Гидеса? — так же язвительно предположил Йерж. — Или потому, что с тех самых пор их терзает непонятная болезнь, от которой бесы медленно сходят с ума?

Мы с ребятами переглянулись и одновременно прыснули: хорошо работают блохи, добросовестно. Как палачи — без праздников и выходных. Надо будет их за это благословить еще разок.

— Но это все равно не объясняет, при чем тут Мартин, — закашлялся Шмуль.

— А кто тогда? — взвился целитель. — Хочешь сказать, кто-то кроме ангела может обжечь темного до волдырей на коже и потребовать при этом раскаяния? И кто-то кроме Хель мог додуматься до такого жестокого развлечения?

Мы вытаращились на Йержа, как на ожившее чучело врыдлы. Причем Мартин был ошарашен больше всех — уж кто-кто, а он никогда не опустился бы до банальной мести. Пернатые на этом все малость сдвинутые, поскольку искренне верят, что Создатель каждого накажет за деяния его согласно тяжести совершенного преступления. Пунктик у них такой, и наш ангел не исключение.

— Йерж, ты сошел с ума, — убежденно произнесла Улька, попытавшись взять старшекурсника за руку. Васька, ненавязчиво вклинившись между ними, не дал ей этого сделать, а Сар придержал дернувшегося целителя за локоток. — Мартин не мог совершить ничего подобного. Да и когда бы он успел, если все последнее время был у нас перед глазами? Он же один никуда не ходит.

— Светом клянусь, это не я, — подтвердил ангел, пристально глядя Йержу в глаза. — Даже в мыслях не было.

Старшекурсник вздрогнул и, сбросив с плеча тяжелую руку оборотня, растерянно обернулся ко мне.

— Это что, правда?

— Дошло наконец, — передразнила я его. — А теперь колись давай, в чем дело, иначе мы никогда до сути не доберемся.

— Но ты же…

— Говори, Йерж, — сухо потребовала я, для верности продемонстрировав другу острые когти. — Мое терпение скоро закончится.

— Ладно, — покорно раскрыл рот полностью деморализованный Йерж. — Это началось около двух недель назад. В лечебный корпус начали обращаться темные студенты. По одному, по двое, но с одними и теми же симптомами. Нет, это была не сыпь — с ней, хвала Создателю, больше никто, кроме бесов, не ходит. Это были ожоги как после применения Света.

Целитель тяжело вздохнул и, сгорбившись на стуле, устало продолжал:

— Вы же знаете, мне в следующем году диплом защищать по Свету и его проявлениям, и мне прекрасно известно, как выглядят такие ожоги. А еще я дежурю в лечебке почти каждый день, чтобы побыстрее набраться опыта. Естественно, увидев подобные следы у темных, я первым делом подумал, что единственный на весь УННУН ангел наконец-то нашел способ себя защитить и дозрел до открытого противостояния. Я даже порадовался, что у вас будет меньше проблем, и, само собой, не стал никому докладывать. Самозащита — дело святое, многим из тех, кто пострадал, давно следовало укоротить коготки, а кое-кому я бы и сам добавил по старой памяти. К тому же на ангела слишком многие точили зубы, чтобы поверить, что происшедшее было результатом случайного столкновения. Словом, я молчал. Поскольку обращения происходили в ночное время, когда, кроме меня и Вежги, в лечебке никого не было, то первое время нам удавалось все скрывать. Но когда об этом стало невозможно молчать, я усомнился, что твоего драгоценного ангела могли обижать с такой завидной регулярностью.

— Я бы не позволила ему оставлять столь явные следы своего воздействия, — фыркнула я. — Уж об этом ты мог бы подумать.

Йерж поморщился.

— Я подумал. Но списал на то, что Мартин еще не научился толком использовать Свет, поэтому был неосторожен. А когда случаи участились, я решил, что вы обнаглели от безнаказанности, и принялся сравнивать повреждения. Они, кстати, оказались схожими, но не идентичными. У меня сложилось впечатление, что источников Света было как минимум два — ожоги разнились по глубине и протяженности, но в большинстве своем заживали к следующему утру. Это доказывало наличие сообщника, подтверждало немагическую природу воздействия и в то же время позволяло держать все происходящее в тайне. В противном случае кто-то из преподавателей непременно заметил бы неладное и шумиха поднялась бы сразу, несмотря на то что наши студенты в большинстве своем не склонны к доносам.

— Что еще ты нашел? — деловито осведомилась баньши, доставая из сумки тетрадь для конспектов и приготовившись записывать.

Йерж вздохнул.

— Не очень много. Но сомнений в том, что это именно Свет, у меня нет. Смущает одно: никто из студентов не видел нападавших и не смог их описать. На учеников набрасывались из темноты. Внезапно. Хватали за руки и за ноги. А потом требовали… ну, кхм… — Целитель внезапно смутился. — Требовали покаяться.

— Чего? — ошарашенно разинул рот ангел.

— Да, покаяться! — раздраженно повторил парень. — И, если студент отказывался, его обжигали Светом. До тех пор, пока он не соглашался.

— Тогда это точно не я, — поспешил спрятаться за меня Мартин. — Хель, ты же знаешь — я на живых не тренируюсь!

Я успокаивающе прижала мальчишку к себе.

— Это и не мог быть ты — у тебя не хватило бы сил удержать на месте даже первогодку, не говоря уж о студентах старших курсов. Кстати, Йерж, среди пострадавших девушки были?