Дитя мертвых Богов - Маргарет Уэйс

«Надеюсь, с ним все в порядке», — в тысячный раз сказал себе кендер. Затем с яростью взглянул на Мину, раздраженно поддал ногой попавшийся на дороге камень и произнес вслух:

— Если бы не кое-кто, я бы сейчас был в городе, позаботился бы о себе и помог спасти его после того, как кое-кто сбежал и бросил его в беде!

Мина, обернувшись, окинула Паслена ответным сердитым взглядом, затем упрямо продолжила идти вперед.

По крайней мере, им удалось целыми и невредимыми выбраться из мясорубки на улице Богов.

Зрелище кровавой драки, вид множества мертвых и раненых совершенно ошеломили Мину. Она растерялась от шума, пришла в ужас при виде побоища. Паслен и Атта в конце концов обнаружили ее — она скрючилась под каким-то кустом, крепко зажмурив глаза и зажав руками уши, чтобы не слышать воплей.

Паслен с некоторым трудом уговорил девочку пойти с ним, но ее едва не вырвал у него какой-то жрец Чемоша в черной рясе с капюшоном. Паслен еще раз испробовал свое снотворное заклинание; последнее, что он видел, убегая, был жрец, упавший навзничь посреди улицы, словно неожиданно для себя решил отдохнуть.

Пробравшись по задворкам Храма Зебоим и срезав путь через какой-то переулок, они оказались в относительно тихом месте. Горожане, заслышав шум битвы и испугавшись, что она может распространиться на их улицу, закрылись на засовы и не высовывали наружу носа.

Паслен остановился, чтобы перевести дыхание, избавиться от довольно сильной боли в ноге и подумать, что делать дальше. Он решил отвести Мину в гостиницу и оставить ее на попечении Лауры, а затем вернуться к Рису. Паслен и Атта уже повернули в сторону гостиницы, когда заметили, что Мина идет в противоположном направлении.

— Ты куда? — удивился кендер.

Мина остановилась посередине дороги, крепко прижав к себе сумку с артефактами. Сумка была заляпана кровью и грязью — она была довольно тяжелой, и время от времени девочка тащила ее за собой по земле. Лицо Мины было в саже и пыли, волосы взмокли от пота, рыжие косы почти расплелись. На платье виднелись кровавые пятна.

— В Дом Богов, — ответила Мина.

— Нет, не в Дом Богов, — сердито возразил кендер. — Ты возвращаешься в гостиницу. Мы должны подождать Риса!

— Нет, — заупрямилась Мина. — Я должна идти в Дом Богов, иначе все будет еще хуже.

Паслен не представлял, что еще может быть хуже, но вслух этого не сказал. Он лишь строго заметил:

— В таком случае ты идешь не в ту сторону. Дом Богов расположен к северу от города, а ты идешь на запад. Эта улица ведет к Гавани. — Он указал. — Вот дорога на север.

— Я тебе не верю, — сказала Мина. — Ты врешь, хочешь меня обмануть.

— Нет, не вру! — разозлился кендер.

— Врешь.

— Не вру!

— Нет, врешь…

— Карта-то у тебя! — наконец крикнул Паслен. — Возьми и посмотри сама.

Мина заморгала.

— У меня нет карты.

— Есть-есть, — фыркнул кендер. — Помнишь? Я разложил ее на камне там, неподалеку от Устричного, а потом ты решила, что мы пойдем быстро и…

Он смолк. Мина, прикусив губу, ковыряла землю носком башмака.

— Только не это! — простонал он.

— Замолчи! — сердито прошипела она.

— Ты оставила мою карту там! Там! На другом конце материка!

— Я не оставляла ее там. Это ты оставил. Ты сам виноват! — вспыхнула девочка.

Это обвинение было таким неожиданным, что Паслен потерял дар речи.

— Это была твоя обязанность — сложить карту и взять ее с собой, — продолжала Мина. — Ты отвечал за нее, потому что это была твоя карта. А теперь я не знаю, куда идти.

Паслен взглянул на Атту, ища помощи, но собака дремала в пыли, положив морду на передние лапы. Когда Паслен настолько пришел в себя, что смог говорить, не брызгая слюной, он принялся защищаться:

— Я бы взял карту, но ты заставила нас бежать так быстро, что я просто не успел.

— Я больше не хочу говорить об этом! — раздраженно заявила Мина. — Ты потерял карту. И что теперь нам делать?

— Я тебе уже сказал, что нам делать. Ты возвращаешься в гостиницу, я иду искать Риса, а затем мы все как следует ужинаем. В конце концов, сегодня цыпленок и…

Но Мина его не слушала. Она подошла к группе каких-то бездельников, которые слонялись у дверей таверны с кружками пива в руках и пьяными голосами спорили, стоит или не стоит пойти и посмотреть, что там за шум.

— Простите, господа, — начала Мина. — Какая дорога ведет на север?

— Вон та, госпожа, — ответил один из молодых людей, рыгнул и неопределенно махнул рукой.

— Я же тебе говорил, — сказал Паслен.

Мина подобрала сумку, перекинула ее через плечо и пошла вперед.

Кендер немедленно сообразил, что совершил ошибку. Ему следовало сказать, что он не знает дороги на север и нужно дождаться Риса. А теперь слишком поздно. Он смотрел, как она уходит, одинокая и потерянная, и хотел было бежать к Рису, но понял, что Друг не одобрил бы, если бы он оставил девочку. Однако

Паслен не знал, чем ей можно помочь. Она все равно его не послушает.

Он посмотрел на Атту, та села и тоже посмотрела на него. Собака ничего не могла посоветовать. Испустив глубокий вздох, Паслен побежал следом за Миной, и вот теперь они шли вместе, направляясь на север, к Дому Богов, но без Риса.

Паслен не оставлял попыток уговорить Мину вернуться в гостиницу, а та продолжала упорно отказываться. Препираясь таким образом, они прошли несколько миль, после чего кендер наконец сдался и решил поберечь силы для ходьбы. Он был благодарен Богам лишь за одно: поскольку у Мины не было карты, она не могла идти так быстро, как в прошлый раз. Ей пришлось передвигаться, как всем простым смертным.

Паслену оставалось лишь надеяться, что Рис в конце концов найдет их, хотя не мог представить, каким образом. Рис, наверное, решит, что они ранены, или убиты, или прячутся где-то… А возможно, он сам ранен или убит…

— Не буду об этом думать, — сказал себе Паслен.

Они шли долго, очень долго. Паслен надеялся, что Мина рано или поздно устанет и захочет отдохнуть, и всякий раз, проходя мимо придорожной харчевни, он прозрачно намекал, что неплохо бы сделать остановку. Но девочка отказывалась и продолжала путь, таща за собой заляпанную грязью сумку.

Попадавшиеся на дороге путники останавливались, чтобы поглазеть на необычную троицу. Если кто-нибудь пытался приблизиться к Мине, Атта начинала рычать, предупреждая незнакомцев, что нужно держаться подальше. Паслен вращал глазами и разводил руками, давая понять, что он ничего не может поделать.

— Если встретите монаха Маджере по имени Рис Каменотес, скажите ему, что видели нас и что мы идем на север, — просил он встречных.