Час перед рассветом - Анастасия Сычёва

Зак продолжал по вечерам провожать меня от столовой до жилого здания, но дальше этого наши отношения не заходили. Мне было не совсем понятно его рыцарское отношение ко мне и цель этих провожаний, но пока дело ограничивалось только этим, я не видела смысла это пресекать. Лишь бы в душу не лез и не пытался пойти на сближение, а я пока понаблюдаю и подумаю, что ему на самом деле от меня надо.

Приближалась зима, и последние полторы недели осени стояла обычная для здешних краев погода — ветреная, бесснежная, сухая. Вроде и не холодно, и все занятия у нас по-прежнему проходили на улице, но неприятный пронизывающий ветер порядком портил нам жизнь. Небо было затянуто серыми тучами, из которых периодически сыпалась какая-то снежная труха, голые деревья тоже не радовали глаз, а земля была покрыта бурой опавшей листвой, которая никак не могла укрыться снегом. В общем, сплошная тоска и серость. Ученики Грейсона в своей серой форме сейчас особенно хорошо подходили к окружающему ландшафту. Картина «Уныние», ни дать ни взять.

Зато на последней тренировке с Грейсоном я наконец-то заметила прогресс. Если раньше, сражаясь с учителем, я была абсолютно убеждена, что это не предел его возможностей и при желании он может разоружить меня за пару секунд, то сейчас эта уверенность заметно ослабла. Нет, ни о какой моей победе в поединке не шло и речи, но скорость мастера и сила его ударов уже не казались мне запредельными, и я достойно ему отвечала. Сарды мелькали в воздухе, звенела сталь, и я уже не казалась себе такой неумехой, как три месяца назад. Да и мастер, завершая тренировку, выглядел очень довольным.

Привычным движением я вложила клинки в ножны и отерла пот со лба. До конца завтрака оставалось еще полчаса, а потом будет разминка у моей группы — в общем, спешить было некуда. Решив сначала немного передохнуть и хотя бы отдышаться, я уселась прямо на землю у площадки и прикрыла глаза.

— Предлагаю потренироваться еще полчасика. — Насмешливый голос Грейсона прозвучал так внезапно, что я подпрыгнула на месте. — А то ты выглядишь слишком бодрой и довольной жизнью.

Распахнув глаза, я обнаружила, что темный эльф никуда не ушел, а стоит напротив и с интересом за мной наблюдает. Это пристальное внимание меня напрягало, и я торопливо вскочила на ноги, поправляя перевязь с мечами.

— Эржебета, ты как будто занервничала, — хмыкнул Грейсон, которому явно доставляло удовольствие язвить надо мной. — Неужели я настолько страшный?

— Любого, кто с этим не согласится, вы ломтями порежете, — буркнула я, прекрасно зная, как выматывают тренировки мастера. Даже стоя на ногах, я слегка задрала голову, чтобы видеть его лицо. — А потом еще и отпинаете, чтобы другим была наука.

Сказала — и сама испугалась. Не слишком ли дерзко? Обидится еще, не приведи Снотра, и в самом деле на части порежет. Или еще хуже — тренировки проводить откажется. Но, к моему облегчению, Грейсон вдруг запрокинул голову и громко расхохотался.

— За что тебя люблю, Эржебета, так это за острый язык, — отсмеявшись, сказал он. — И за честность. Никто никогда не дерзил мне так, как ты.

О боги… Так я не в первый раз говорю ему то, чего не следует? Я-то ничего не замечаю, привыкла разговаривать со всеми свысока, не заботясь о чувствах окружающих! Могла и погорячиться, и не раз!

В панике я начала вспоминать, какие еще из моих замечаний могли рассердить мастера, но тот отвлек меня от мыслей, неожиданно задав вопрос:

— Какие у тебя планы на завтрашнюю вторую половину дня?

Завтра как раз был полусвободный день.

— Никаких нет, — уныло призналась я, подозревая, что сейчас меня отправят на дежурство у ворот. Так было в свободные дни — мастер сам выбирал привратника, который должен был следить за возвращением нагулявшихся учеников и за тем, чтобы они не пронесли с собой алкоголь или какую-нибудь еще контрабанду.

— Теперь есть, — «обрадовал» меня Грейсон. — Завтра вечером будет торжественный прием у главы Госфорда. Он проходит каждый год — банкет, танцы, музыка. Все очень даже прилично. На деле же собираются все крупные шишки города и обсуждают свои дела. Я должен там присутствовать, и мне нужна спутница.

— Я? — растерялась я.

Он помолчал.

— Если бы я хотел позвать Селена, я бы так об этом и сказал.

Селен как раз шел через двор, спеша на занятие с моей группой.

— Но почему я?

— Я подумал, что буду неплохо смотреться рядом с самой красивой из моих учениц, — пожал плечами Грейсон.

— Смешная шутка, — мрачно сказала я. Не глядя мастеру в лицо, я начала быстро думать. Зачем я могла на самом деле ему понадобиться? Узнать меня он не мог — в противном случае он давно бы уже вышвырнул меня из школы, а то и просто прирезал. Пытается соблазнить меня? Что-то его поведение не очень с этим вяжется — слишком цинично-насмешливое. Тогда зачем был комплимент про самую красивую ученицу? Так открыто врать мне в лицо даже самые наглые придворные не осмеливались. Во мне же ни красоты, ни женственности — ну какой мужчина на меня польстится? Грейсон прекрасно осведомлен о том, что я полукровка, следовательно, относится ко мне тоже свысока. Так что льстишь ты самой себе, Корделия, еще как льстишь. Ну ладно.

— Мне не в чем пойти, — наконец призналась я, приняв решение. На прием к градоначальнику Госфорда в серой форме или платье знахарки не заявишься, а денег на приличный наряд у меня уже не было. Остатки средств ушли на то, чтобы оплатить свое обучение в школе до лета.

Брови Грейсона поползли вверх.

— Неужели ты сбежала из родительского дома без единого нарядного платья? — Заметив мое напряженное лицо, мастер усмехнулся. — Да брось. За километр же видно, что ты аристократических кровей — слишком гордо держишься, слишком правильно разговариваешь, и манеры у тебя как у королевы. Так что не прибедняйся.

Что ж, можно было и раньше догадаться, что за простую мещанку мне сойти не удастся. Ладно, не будем разочаровывать публику. Скорчив покаянную мину, я печально кивнула головой.

— Ладно, — вздохнул Грейсон. — Что-нибудь придумаем.

После этого он наконец-то отпустил меня на завтрак, куда я умчалась с невиданной скоростью. Поедая яичницу-глазунью, обдумывала странное предложение Грейсона. Зачем я ему понадобилась на этом вечере? Впрочем, я ему уже сказала, что надеть мне нечего, так что эльфу будет гораздо проще найти кого-то другого среди своих учениц. Ту же Оттилию… Хотя она вампир, а вампиры и эльфы после Кровавой войны не очень ладят… Тогда светлую эльфийку с фиолетовой полосой на рукаве. Она невысокая, с гривой белокурых волос, похожа на фарфоровую куколку — правда, до того момента, как возьмет в руки арбалет. Очень красивая! Или еще кого-нибудь… Да кого угодно!

На тренировке у Селена я целиком витала в своих мыслях, и в итоге Гарт разоружил меня через пять минут после начала поединка. Селен сделал мне выговор за невнимательность, настроение резко ухудшилось, и в поединке с Дирком я была уже целиком сосредоточена на бое, запретив себе думать о чем-либо, кроме занятия.