Демон с соседней улицы - Андрей Белянин

Мне нельзя понимать людей и сострадать им, этой сферой производства занимаются ангелы. В иное время я бы порвал на британский флаг всех троих дебилов и, до кучи, загрыз старичка, полезшего не в своё дело. Свидетелей нигде не любят. Но мир меняется, и демоны вместе с ним. Надо будет выпить завтра с Альбертом по этому поводу.

Олег Сергеевич жил через пару кварталов, в старенькой пятиэтажке. Я насильно всучил ему две оставшиеся бутылки. Простились у подъезда, теперь и мне было пора домой.

Дома мы с женой дежурно цапнулись, к сожалению, всё обошлось без крови. Малыш давно спал, но я прихромал к нему (Азриэлла вцепилась зубами в щиколотку и счастливо тащилась до детской), просто чтобы лишний раз посмотреть, как он спит.

Смешной, беззащитный человечек, как он может выжить в этом мире? Кто, как не демон, знает, насколько хрупка людская плоть. Но ровное дыхание ребёнка так успокаивало, делая все проблемы лишними, что я и не заметил, как сам уснул, сидя у детской кроватки.

Моя жена тоже сопела рядом, так и не разжимая зубов. Наверное, такие вот моменты принято считать семейным счастьем. Вам всем виднее.

Утром меня разбудил звонок Альберта. Азриэлла уже кормила Захарию с ложечки, а я, зевая, взял телефон.

– Ты вчера встречался с Олегом Сергеевичем Седых?

– Ага, приятный старичок, скажу я тебе. Мы поболтали, попили пива, он столько прикольных историй знает, и про армию, и про Ельцина, и…

– Его убили ночью.

– Что?!! – взревел я, и лица троих наглых гопников всплыли перед моим внутренним взором. – Запиши на мой счёт три трупа! Я найду их и самолично придушу каждого из этих ублюдков!

– Двоих, – поправил Альберт. – Его отравили собственная дочь с мужем. Подъедешь?

– Буду через пятнадцать минут. – Я бросил сотовый в пиджак, быстро переоделся, сунулся на кухню. – Милая, срочный вызов, надо непременно убить одну семейную пару.

– Захватишь мне печень?

– Как получится, но постараюсь.

– Врёшь ведь…

– Вру, конечно, – развёл руками я. – Там же будет Альберт, и фигу он мне позволит потрошить труп.

– Пожалуюсь его жене, – без особой надежды пообещала Азриэлла, вытирая ротик сына большим полотенцем. – Беги, но в следующий раз без печени не возвращайся. Кажется, я уже сто лет не лакомилась свежей человечиной.

– Нельзя охотиться там же, где живёшь.

Она вздохнула. Да, это первая прописная истина для любого мясоеда. В Пекле данный вопрос вообще никогда не стоял. В котлах и на сковородках мучили бессмертные души, а плоть грешников всегда была неотъемлемой частью нашего рациона. В этом смысле человек очень гармонично устроен – если при жизни муки испытывает тело, то душа может быть вполне себе спокойна, а после смерти страдает именно душа, и ей глубоко безразлично, что происходит с её телесной оболочкой. Но не будем углубляться в эти оккультные дебри, а то ещё утонем с головой.

Я прилетел на место за две минуты до обещанного. Белая «ауди» моего друга стояла неподалёку от знакомого дома. Того самого, куда я вчера провожал хорошего человека, вступившегося за незнакомца. Не верилось, что его больше нет. Если вы только на секунду представите себе, с каким трудом я завожу себе друзей, то… к чёрту!

Демон не может приятельствовать с людьми, ходить к ним на именины, пить пиво, сидеть вместе на рыбалке и в гараже, париться в сауне, рассуждать о политике, гонять по выходным мяч на школьном стадионе. Всё это прерогатива ангелов, а нам нельзя! Табу, крест, шлагбаум, и упрись в него рогатым лбом, скотина эдакая.

– Сегодня утром его душу приняли Небеса, – без приветствия, просто пожав мне руку, начал Альберт. – Этот человек много чего насовершал в жизни, но хорошие дела и мученическая смерть склонили чашу весов. Так что мы знаем о вашей встрече, знаем, что ты ни в чём не виновен и даже не предлагал ему продать душу.

– Я вообще этой фигнёй не страдаю, – зачем-то напомнил я, хотя уж кто-кто, а Альберт прекрасно осведомлён о моих служебных обязанностях. – Души скупают другие, меня зовут лишь для выбивания долга. И?..

– В каком смысле?

– Не юли, брателло, ты всё прекрасно понял. Но я повторю. И?..

– Мы не можем допустить, чтобы его смерть осталась безнаказанной, – глухо прошептал белый ангел, опустив глаза. – Нам нельзя вмешиваться в дела людей, но тебе, демону, не указ никакие законы.

– И что с того? Альберт, если я прямо сейчас пойду и вырву их сердца, ты же первый встанешь мне поперёк дороги. Дело опять кончится дракой, и не в мою пользу. Смысл корячиться, а?

– Я в курсе.

– Вот и не заводись.

– Это ты не заводи меня. Поможешь или нет?

– Да я и так каждый день тебе помогаю. Если только сосчитать все твои косяки, все случаи, когда я за тебя впрягался или подписывался, так знаешь ли…

Альберт молча посмотрел мне в глаза. Я слишком хорошо знал этот взгляд. Мой друг скорее умрёт, чем отступит. И если для торжества божественной справедливости потребуется снести с лица земли весь этот город, он не задумается ни на секунду.

Ангелы запрограммированы на добро! И если для кого-то это добро вдруг окажется страшным злом, то это проблемы не их крылатой братии. Они чётко знают своё место и свой долг, а мы нет, мы вправе идти поперёк…

– Какой яд? Как отравили? Что говорит полиция? Кто проводит экспертизу? Информацию, сестра, информацию!

Короче, когда я вошёл в подъезд, вежливо расталкивая толпу сочувствующих соседей, то был вооружён и подготовлен по полной. Безутешная дочь бывшего военного горько рыдала в трёхкомнатной квартире на четвёртом этаже. Муж квасил на кухне.

Сфабриковать абсолютно любое удостоверение смешная задача даже для начинающего демона-практиканта. Поэтому, когда дежурный участковый встретил меня в дверях, я с порога предъявил ему эфэсбэшную корочку.

– Лейтенант?

– Ивашов. Только я ещё младший лейтенант.

– Это временно. В вас есть потенциал, получите более высокое звание. Уж поверьте!

– Разве что при царе Горохе, – хмыкнул молодой парень. – Простите за любопытство, но тут обычное освидетельствование, факт естественной смерти, был врач, посмотрел и уверяет, что…

– Он дурак и пьяница, – уверенно заявил я. – Дело ведем мы. Тело отправить на экспертизу. Да, сердце у Олега Сергеевича пошаливало, но не настолько. Проводите меня к покойному.

Посерьёзневший младший лейтенант Ивашов кивнул, и уже через минуту я стоял у гроба. Альберт был прав. Во всём прав! Да, врач, освидетельствовавший тело, был пьян и за пять тысяч на опохмелку готов подписать кому угодно что угодно.

Следы отравления были видны даже непрофессионалу. Синие губы с чёрным ободком, изменённый цвет глаз, слабый, но вполне себе уловимый запах миндаля.