Врата Порядка - Дмитрий Казаков

– Облачко пыли на юго-западе, приближается, – ответил, как и следовало ожидать, наемник.

– Надеюсь, Творец-Порядок послал нам добрую встречу, – заметил служитель.

– Сомневаюсь, – Хорст усмехнулся. – Обитатели этих мест его чтят, но еще больше чтят закон «что попало в руки – то мое».

– Это уж точно, – проворчал Альфи. – А дергаться смысла нет. От судьбы не уйдешь, особенно на этих вот конях.

Фроны, выносливые и неприхотливые, тягаться со степными лошадьми в скорости не могли.

– Может, ты попробуешь что-нибудь сделать? – жалобно спросила Илна. – Там всадники, несколько десятков.

– А у нас один меч, одна женщина и один калека, – ответил Хорст. – Я могу лишь крикнуть им: прочь! Уезжайте!

Обострившийся за десять дней без зрения слух уловил донесшийся с юго-запада топот копыт, за ним явился шелест пригибаемой травы и шорох мечей, вынимаемых из ножен.

– Кто вы такие? Что вам нужно, во имя Творца-Порядка? – голос брата Ласти звучал мирно, но Хорст помнил, что творил служитель голыми руками на горном перевале, во время стычки с холиастами.

– Их двадцать пять, – шепнула Илна, – все мужчины, с оружием…

Бывший сапожник кивнул.

Пересчитать степняков он не мог, зато прекрасно слышал, как похрапывают кони, нарезая круги вокруг маленького отряда, как негромко переговариваются всадники на своем трещащем наречии.

– А ну в стороны! – не выдержал Альфи. – Пропустите нас!

– Не кричи, чужак, – голос ответившего дребезжал, как крышка на кипящем котелке. – Куда спешишь? Степь широка, всю и за год не объедешь…

– Что вам от нас надо? – влез в разговор брат Ласти. – Мы едем с миром, во имя Творца-Порядка.

– Все так говорят, – усмехнулся дребезжащий. – Но всякий, кто въехал на земли рода Черного Коня, должен быть готов к вопросу: что ты тут делаешь?

– Мы едем в Ил-Бурзум, – сказала Илна.

– Откуда? От гор, где живут проклятые холиасты? – в голосе степняка прозвучало недоверие. – На их мохнатых лошадях? Северяне, судя по одежде? Вчетвером и без оружия? О, видит Утешитель-Порядок, это очень странно.

– Мы…

Закончить фразу брату Ласти не дали.

– Спокойно, чужак, – проговорил дребезжащий. – Там, откуда пришли вы, поселилось нечто жуткое. Может быть, вы и не люди вовсе. Мы не станем убивать вас, а отведем в стойбище. Наш вождь – мудр, он решит, как с вами поступить.

– Я… – Альфи засопел громче, Хорст почти увидел, как рука наемника тянется к пустым ножнам.

И услышал, как загудела тетива на натянутом луке – одна, вторая, третья.

– Мы едем с вами, – как-то устало и обреченно проговорила Илна.

– Мудрая женщина, – одобрил степняк, и Хорсту захотелось двинуть ему в морду.

Так, чтобы слетел с коня и забрызгал землю кровавыми соплями.

Стойбище дало знать о себе издалека – дымом костров в сером небе, приглушенным лошадиным ржанием. Потом из-за горизонта вынырнули шатры, похожие на прижавшиеся к земле грибы, стали видны ходящие между них люди, составленные кругом повозки.

Прибывших встретили, как и положено, собаки – короткошерстные, поджарые, мало похожие на лохматых северных родичей. На своих внимания не обратили, а на чужаков лаять не стали, просто уставились так внимательно, что у Илны побежали по спине мурашки.

Здоровенный кобель со шрамом на боку подпрыгнул, точно собираясь укусить девушку за сапог. Страшные клыки лязгнули рядом с каблуком, но дочь редара даже не вздрогнула.

Понимала, за ней следят.

– Не бойся, – длинный степняк в запыленном халате, единственный, судя по всему, кто знал северное наречие, подмигнул ей, – это они играют…

– Я-то не боюсь, – ответила Илна сердито. – А вот ты?

Степняк посмотрел на нее странно, что-то пробормотал.

Селение приблизилось, потянуло запахом дыма, навоза, чего-то горелого, под копытами заплескали подозрительно грязные лужи, с визгом набежали дети, смуглые, босые, в драных халатах.

– Слезайте, – степняки остановили коней у большого, в заплатах шатра, стоящего рядом с кругом из повозок.

– Тут обитает вождь? – усомнилась Илна, покидая седло.

– Тут посидите вы, пока вождь не захочет вас видеть, – пояснил дребезжащий. – Да, и оружие лучше отдайте. А не то порежетесь еще.

Спешившийся Альфи заворчал, но кинжал отдал, Илна поступила так же. Брат Ласти развел руками – безоружен, мол – но ему не поверили, обыскали и ничего не нашли.

– А ты? – глянул дребезжащий на Хорста.

– Иди и возьми, – проговорил тот, едва двигая бледными губами. – Я тебя все равно не вижу.

– Это почему?

– Он слепой, дурень! – прорычал Альфи.

Меч у Хорста отобрали, и по одному затолкали чужаков в шатер. Тут оказалось душно и пыльно, у стен громоздились какие-то тюки, сундуки, на земле валялись ковры и шкуры.

– Общий шатер, – сказал Хорст, принюхиваясь, – тут хранят то, что принадлежит всему роду.

– И держат пленников, – буркнула Илна, глядя на тени замерших у входа часовых.

– Именно так, – маг подошел к одному из сундуков, ощупал его и сел рядом. – Может быть, нас даже отпустят, если у вождя будет хорошее настроение, дадут коней поплоше и сутки времени, чтобы мы убрались из их владений…

– А если не успеем? – девушка ощутила, что в духоте шатра ей становится холодно.

– Нас догонят и убьют, – голос Хорста звучал равнодушно. – Или убьют сегодня, или сделают рабами. Кто знает?

Илна села рядом с ним, прислонилась к плечу, твердому и горячему, точно вынутый из огня камень, прикрыла глаза.

Слышала, как спорят о чем-то Альфи и брат Ласти, но не пыталась вмешаться. Двигаться и говорить не хотелось, вообще ничего не хотелось, только сидеть вот так, прижавшись к…

Раздался негромкий шорох, Хорст беспокойно вздрогнул, и девушка открыла глаза.

– Мир вам, люди, – вошедший в шатер старик выглядел древним, как Мать-Земля, седая борода опускалась до живота, а на морщинистом лице блестели темные, будто вишни, глаза.

Хорст вздрогнул еще раз.

– Ты вождь? – поинтересовался Альфи.

– Он предсказатель, – сказал маг, – пришел сообщить, что ждет нас в будущем.

– Примерно так, – старик говорил на северном наречии без малейшего акцента, словно прожил по ту сторону гор не один год, но все равно чувствовалась в его речи неуловимая странность. – Вам вернут лошадей и оружие, снабдят припасами и проводят ходов на десять к югу.

– С чего такая доброта? – подозрительно спросил Альфи.