Тебя уволят, детка! - Влада Южная

Ромка заговорил не сразу.

– Вика, вот теперь мне по-настоящему за тебя страшно.

– Сейчас станет еще страшнее. Я переспала с Деном.

– О-о-о…

Похоже, Ромарио очень боялся ляпнуть что-то не то, так как других слов я не дождалась.

– Я трахалась с ним на этой самой кровати. А потом поехала и подписала договор с гипермаркетом.

– И… как он тебе? На этот раз. По шкале от одного до десяти?

Я поджала колени к груди, скрутившись клубочком, и Ромка невольно повторил за мной движения. Его размеренное дыхание над ухом придавало сил.

– Десятка. Твердая, – я горько усмехнулась. – Черт, у меня ни с кем такого не было, кто бы мог подумать?!

– Я мог, – осторожно заявил он, – учитывая, что с вашей прошлой «точки отсчета» его интимная жизнь явно прогрессировала в отличие от твоей, примерно такого я и ожидал.

– Ты еще этого и ожидал! – Я попыталась лягнуть его пяткой, но потерпела неудачу. – Предатель! Ты должен сказать мне, что я облажалась и оплакать вместе со мной то, что жизнь не удалась!

– Оживаешь, – усмехнулся Ромарио, – уже хорошо. Сегодня, кстати, пятница.

Пятница? Уже? И завтра не прозвенит будильник и не надо идти на работу? Почему-то эта мысль больше напугала меня, чем порадовала.

– И что? – проворчала я.

– И то, что мы собирались идти в клуб знакомиться с Федором. Планировали это, помнишь?

Я зажмурилась и уткнулась лицом в подушку.

– Не хочу никаких клубов. Тем более не могу ни с кем знакомиться. Твой Федор скажет, что я похожа на моченую вафлю! И будет прав.

– Ну неужели все так плохо?

Я простонала.

– Моим родителям нет дела до меня и моих проблем, как, впрочем, и всегда. Я переспала с человеком, который мне такая же пара, как тебе – Анджелина Джоли, а теперь меня еще и мучает совесть за обман. К тому же привидение продолжает ошиваться где-то рядом. Ты сам-то как думаешь? Все хорошо?

Ромка сочувственно вздохнул.

– Ну если хочешь, я все отменю.

– Хочу, – буркнула я.

Ну вот. Теперь меня будет терзать совесть еще и за эгоистичное поведение по отношению к другу. Я – большая эгоистичная задница.

Зашибись.

– Хорошо. Тогда, может, не будем просто лежать и умирать, а встанем, умоемся, заплетем свои чудные волосы и поговорим с лучшим другом? Можем кино посмотреть. «Больше, чем секс» с Эштоном Катчером видела? Классный фильм.

– «Больше, чем секс»? – я застонала громче. – Да ты что, издеваешься?

Вместо ответа Ромка легонько меня потормошил.

– Ну как мне еще тебя развеселить, Викуль? Ты даже шутки не воспринимаешь.

– Не знаю. У меня чертова депрессия на фоне угрызений совести. Это не лечится. Пристрели меня из жалости.

– Я не могу стрелять в подругу только потому, что у нее посткоитальный синдром.

– Чего?! – от удивления я даже забыла обо всех своих бедах и фыркнула.

– Посткоитальный синдром. Ты жалеешь о том, что переспала с Деном. Только вот не пойму – почему? Насколько известно, на этот раз он не подкачал.

Я скрипнула зубами.

– Потому что я повелась на него как последняя дурочка! Он просто самоутвердился за мой счет! Ты бы видел, с каким лицом он это делал!

– Викуля, – вздохнул Ромка, – при всей твоей офигительности и моих стараниях тебя просветить, ты до ужаса плохо знаешь мужчин. Сама же сказала, что утром он не хотел уходить и пытался понять твое плохое настроение.

– Пытался…

– Если бы Ден самоутверждался, то твои чувства были бы ему глубоко по барабану. Он бы заявил что-то типа: «Эй, детка, я тебе как-нибудь позвоню» и смылся в неизвестном направлении.

Я шмыгнула носом.

Именно это Ден и сделал с той бедняжкой, имени которой я никогда не узнаю.

– А вдруг его месть простирается более глубоко? Вдруг он хочет отыграться по полной за прошлое? Чтобы я поунижалась еще?

– А вдруг инопланетяне существуют? А? – Ромка фыркнул. – Боже, дорогая. Нельзя настолько потерять веру в людей.

– Побывал бы ты на моем месте… – проворчала я.

– А ты бы побывала на моем, – парировал Ромка, – я даже не могу открыто выразить симпатию тому, кто мне нравится. Но я же не утратил веру в людей, хоть большинство ненавидит таких, как я.

Я пристыженно замолчала. Ромыч, как обычно, умел найти веские аргументы.

– Ладно, – он убрал руку и повернулся на спину, – дай мне свой телефон.

– Что? Зачем?

– Не спрашивай, а просто дай. Мне-то ты хоть веришь?

Я пожала плечами и тоже повернулась на спину.

– Он на тумбочке. Вон. Возьми.

Ромарио схватил мой телефон и увлеченно начал что-то в нем нажимать. От усердия даже язык высунул в уголок рта.

– Что ты делаешь? – озадачилась я.

– Пишу «при-вет», – Ромка уронил руку с моим телефоном на кровать и улыбнулся.

– Кому? – насторожилась я, а когда догадалась, едва не завопила. – Ты что наделал? А ну, отдай!

Друг оказался проворнее и успел увернуться. Он вскочил с постели, продолжая сжимать мой телефон в кулаке. Бабуля появилась из ниоткуда, подкралась и встала у него за спиной.

– Ты не можешь так со мной поступать, – прошипела я, принимая сидячее положение.

Если бы на месте Ромыча был кто-то другой, ему бы уже не поздоровилось.

– Вам надо поговорить! – развел он руками.

– Я сама решу, что мне надо! – рявкнула я. – Отдай телефон!

– Не-а, – этот предатель, похоже, получал большое удовольствие, подначивая меня, – я тебя не боюсь, дорогая.

В это время раздался звук входящего сообщения. Я застыла, в ужасе сцепив пальцы рук.

– Это он? – спросила слабым голосом. – Что пишет?

– Пишет: «Привет», – прочел Ромка.

– И все?!

– И все, – друг кивнул, – по-моему, он не прочь поговорить, а ты боялась. Ответ пришел слишком быстро.

Я схватила подушку и обняла ее. То, что Ден вообще ответил, было уже странно и подозрительно.

Телефон пискнул еще раз. Ромыч просто лучился от счастья.

– Ден спрашивает: «Как дела?» Вторая эсэмэс подряд! Дорогая, кто-то в тебя втрескался по самые уши.

– Тоже мне, Америку открыл, – огрызнулась я, – напиши, что я только что лежала в постели с красивым мужчиной, а этому придурку со мной больше ничего не светит. Между прочим, это правда.

Ромка закатил глаза.