Месть Аники дес Аблес - Дарья Быкова

И вроде бы всё выстраивается логично, и если рассуждать отвлечённо или знать заранее, возможно, я и сама согласилась бы, что не надо мне ничего знать, не стоит ради моего спокойствия ставить под угрозу борьбу с этой мерзостью, но… но.

– Его задержали? – спрашиваю я, с ужасом обнаруживая свою руку в волосах этого жестокого и опасного интригана. Тихонько отдёргиваю, но точно знаю, что заметил.

– Да, но допросить толком не успели. Все приверженцы кваррны обладают одним досадным талантом – мгновенно умирать! – чуть раздражённо заметил Ашш. – Я не буду извиняться, Ика. Разве что за то, что Шаргрену удалось тебя умыкнуть, но это, судя по тому, что ты не спешила дать о себе знать и потом трогательно за ним пряталась, тебя как раз несильно напугало!

Мне хочется спросить, что будет с Шаргреном, и почему его изгнали из рода, но я боюсь ему навредить. Хотя, наверное, я здорово переоцениваю значимость своих интересов и симпатий в глазах Императора, но рисковать не хочется. Так что вместо этого произношу, прекрасно помня о пожелании уменьшить частоту некоторых слов вдвое:

– Я поняла, мой Господин. Как скажете, мой Господин!

Тут возвращается Шаргрен, но Ашш и не думает подниматься. Лежит, наблюдает, как тот складывает костёр, и молчит. И волосы его сами ластятся к моей руке, в самом деле сами!

Обратно нам предстоит идти пешком, или же можно подождать, пока нас отыщут люди Императора. Это не произносится вслух, но стоит вспомнить капельки крови на появившемся в портале Ашше, а также посмотреть на то, как неохотно он поднимается с моих колен и вообще шевелится, и понятно, что выложился он очень сильно. Наверное, надеялся всё же напасть на след кваррны… хоть мне и хотелось бы думать, что он хоть немного переживал за меня. Но я не буду.

– Ашш, – Шаргрен в отличие от меня абсолютно легко окликал Императора по имени, и тот не возражал. – А что ты потом делаешь с любовницами, когда берёшь следующую?

Хорошо, что он спросил именно сейчас, когда я ещё не успела откусить от куска хлеба, иначе наверняка бы подавилась. Зачем это ему? И кого из нас он дразнит?

– Тебе зачем? – заинтересовался спрошенный.

– Я слышал, что им можно выйти замуж за кого-то, лишь бы не при дворе, – уклончиво заметил экс-дель Нарго.

– Можно, – пожал плечами Ашш, – им в любой момент можно выйти замуж, я никого насильно не держу…

– Тогда я женюсь на Анике, если ты не против, – сообщил Шаргрен, подмигивая мне. Я уронила хлеб. Поспешно подобрала, отряхнула, и рискнула бросить взгляд на Ашша. Тот застыл, в упор разглядывая излишне болтливого и легкомысленного мага, я даже успела за того испугаться, потому что вокруг стало как-то подозрительно тихо и прохладно, несмотря на тёплый день.

– Против, – медленно и тяжело уронил Император. – Я против. Шаргрен… чёртов эмпат! Куда. Ты. Лезешь?

– Прошу прощения, мой Император, – с готовностью идёт на попятную маг, и, кажется, он очень даже доволен случившимся диалогом.

Огромный камень в обруче натирает потеющий под ним лоб. Неромантично, но факт. И очень хочется узнать, когда Ашш уберётся из моей головы, сколько ж можно мучить себя моими липкими и гадкими, или как он там их называл, мыслями! Но я лишь поворачиваю обруч, тру намятое место и показательно громко вздыхаю.

– Жмёт? – усмехается прямо над ухом Ашш.

– Никак нет, мой Господин, – ещё раз вздыхаю я, понимая, что носить этот неудобный ободок, видимо, придётся долго.

Нам досталось всего две лошади – то ли больше не было в ближайшей деревне, то ли Шаргрен продолжал какую-то свою игру, но мы с Ашш-Ольгаром ехали на одной. И сейчас обруч был мне совершенно необходим! Хоть Ашш ничего такого и не делал, но одно ощущение его за своей спиной уже сильно волновало.

– А что дальше? – негромко поинтересовалась я. Понятно, что охота на живца продолжается, но в качестве кого я вернусь во дворец?

– Всё то же, – как обычно, не желает откровенничать Император. Хотя, возможно, для него и в самом деле ничего особо не меняется, это я сидела в тюрьме, а не он…

– Почему не отвечаешь насчёт Имения? – неожиданно прямо спрашивает Ашш, и я говорю, как есть:

– Потому что не знаю, что именно ответить, мой Господин.

– Правду? – предлагает он. – Что хочешь, но боишься, что я за это возьму тебя.

– Хочу, но боюсь, – послушно повторяю за ним, гадая, к чему всё идёт.

– Не бойся, – вкрадчиво говорит Император Ашш-Ольгар, он почти что мурлыкает мне в ухо, и я чувствую, что идёт всё к огромному подвоху. И точно. – Я возьму тебя, Ика, в любом случае, хоть примешь имение, хоть нет. Потому что ты сама этого хочешь!

Меня коробит такое откровенное заявление, не допускающее никаких сомнений, что всё так и будет, хорошо ещё «ляжешь под меня» не стал говорить! Но, с другой стороны, если вспомнить, какими картинками я его дразнила из тюрьмы… вот, кажется, и додразнилась. И что теперь? Отрицать, что хочу – глупо и жалко, он был в моей голове и всё видел. Но и покорно раскладываться в его постели или на столе, или где там ещё, что-то тоже не хочется. Так что я решаю просто пока промолчать – он ведь и не ждёт никакого ответа, а дальше… дальше будем действовать по обстоятельствам.

Вечером мы, наконец, прибыли во дворец, и казалось уже, что арест и суд были просто дурным сном, ведь Ашш снова привёл меня в свои покои. Сам, правда, тут же ушёл, и у меня было достаточно времени, чтобы и ополоснуться, и поужинать, и начать клевать носом. При одном взгляде на кресло тут же протестующе заныла спина, так что я с неким замиранием сердца устроилась на кровати. В обруче. Но это не помогло, или же, что скорее, вернувшийся Император с меня его снял.

Потому что мне снова снился сияющий туман, разноцветный и тоже светящийся Ашш, и я снова не могла ничего у него взять, как ни старалась.

ГЛАВА 18. Ещё о Семействе дес Аблес

– Что ты знаешь о своих родителях? – вроде бы негромко спросил Ашш, но я, мгновенно проснувшись, возмущённо на него уставилась.

Нет, вопрос нормальный, дело не в нём, а в том, как он был задан – Ашш-Ольгар прошептал эти шесть слов практически мне в губы, а тело его и вовсе возмутительным образом прижималось к моему. Неужели придётся перебираться-таки спать в кресло?

– Мало, – удивлённо и почему-то севшим голосом ответила я. – А что?

И, подняв руку, всё-таки потрогала маску. Это удивительно, но на ощупь она была почти как кожа, тёплая!

– Знаешь настоящее имя отца? – огорошил меня Ашш, и я даже, кажется, перестала краснеть.

– В каком смысле настоящее? – переспросила, чуть поёрзав – никак не могла определиться, чего хочется больше – как-то отползти подальше, или наоборот прижаться поплотнее. Мой собеседник манёвр не оценил – шумно выдохнул и закрыл на пару секунд глаза.

– В прямом. Имя, которое значилось везде в документах – фальшивое. Мои люди нашли указанный род, и портрет никто не узнал, хотя само имя верное.