Принц и Виски - Варя Медная

Внезапно в банку воткнулся кинжал. С резной рукояткой и инкрустацией из алых камней. Сжимавшая его рука с силой пропилила окружность, пока пальцы другой придерживали жестянку, и аккуратно отогнула крышку.

Я подняла расширившиеся глаза.

Варлог подмигнул мне и протянул горошек.

– Что, ведьму увидела?

Наверное, я сплю. Это не может быть правдой! На ярмарке, средь бела дня, под носом у полицейских и членов Совета… И тем не менее вот он, стоит передо мной, в современной одежде, правая ладонь перевязана платком. Принц ухмыльнулся моему изумлению, и упавшая на лоб прядь придала ему роковой вид. Мне ещё никогда не улыбались такие обольстительные социопаты.

Проходившая мимо стайка школьниц оглянулась на него и захихикала, бросая на меня завистливые взгляды.

– Ты… ты… не должен быть здесь, – наконец выдавила я и внезапно испугалась: вдруг он передумал насчёт бала и собрался устроить массовое истребление прямо тут, на празднике? Или передумал давать мне ещё один день на поиски Кольца?

– Будешь указывать мне, что делать, ведьма? Почему бы мне не быть там, где все меня любят?

Он проводил взглядом двух девушек в сетчатых колготках и джинсовых шортах с висячими карманами длиннее самих шортов. На одной красовалась тёмно-синяя футболка «Я люблю Мистиктаун», завязанная узлом под грудью и открывающая пирсинг в виде черепашки, а надпись на майке её подруги с жвачно-розовыми волосами гласила «Варлог навсегда».

Сувенирная продукция пользовалась в этом году бешеной популярностью в связи с недавними событиями. В толпе то и дело мелькали кепки и значки с аналогичными надписями, какой-то малыш радостно помахал своей маме рукой с переводилкой в виде ворона. Точно такие же, только с башней, сверкали с обнажённых лопаток, шей, щёк и полуприкрытых ягодиц.

– Ты же сказал, что у меня есть ещё сутки на поиски, – пролепетала я. – Кольцо почти у меня в кармане, клянусь!

– Прекрасно, – принц перевёл прищуренные глаза на две приближающиеся фигуры, – но я здесь для иного. Желаю кое с кем… как это вы говорите: потрепаться?

Я посмотрела в том же направлении и едва не вскрикнула от облегчения.

– Нетта! Чезаре!

Они остановились рядом, слегка удивлённые моей бурной реакцией. Подруга смерила Варлога насторожённым взглядом и повернулась ко мне:

– Ну как, есть подвижки в каменном деле?..

Язык сковала немота – настолько безумной показалась вся эта ситуация. Понадобилось несколько секунд, чтобы сообразить, что друзья никогда не видели принца и не знают, как он выглядит. Никто, кроме меня, не знает!

Я стояла и беззвучно шевелила губами.

– Эй, земля вызывает Виски Финварра! – Нетта озабоченно пощёлкала перед моим носом пальцами. – С тобой всё в порядке? И что вообще за парень тут стоит?

Всё это время Варлог не сводил с неё странного горящего взгляда. Чезаре недовольно нахмурился.

– Эй, чувак, прекрати так пялиться на мою девчонку! – Он подтолкнул принца ладонью в грудь, в то же время оттесняя Нетту плечом. Варлог опустил глаза на руку юноши, и у меня кровь застыла в жилах. Но вот он поднял голову, улыбнулся и снова перевёл взгляд на мою подругу.

– Кто это? – удивлённо повернулся ко мне Чезаре.

– Принц Варлог! – выпалила я быстрее, чем успела вспомнить, что по уговору не должна была никому о нём рассказывать.

Нетта недоуменно посмотрела на меня, на принца и снова на меня.

– А если серьёзно?

– Я совершенно серьёзно! Это он! Почему вы мне не верите?!

В глазах Чезаре светилось такое же сомнение. Он окинул с ног до головы фигуру принца, задержавшись на чёрной футболке с модно вывернутыми швами и зауженных джинсах, в которых Варлог ничем не отличался от сотен других сногсшибательных парней чуть за двадцать – разве что злодейским огоньком в глазах. Кинжал он успел спрятать под одеждой.

Вот, оказывается, как чувствует себя ребёнок, убеждающий родителей, что под кроватью живёт большой страшный монстр, а они не только не верят, но гасят ночник и закрывают дверь, призывая его отбросить фантазии!

– Где же твой ворон, принц? – неуверенно улыбнулся Чезаре, видимо, решив, что всё это какой-то розыгрыш.

Варлог наконец разомкнул губы.

– Мороку не по нраву шум и солнце.

И словно бы холодом повеяло в разгар этого не по-осеннему тёплого дня. Чезаре отпрянул, выставив перед собой руку и загораживая Нетту:

– Не приближайся к нам! – Поманил меня. – Эй, Виски, иди-ка тоже сюда.

Принц склонил голову к плечу, равнодушно наблюдая за ним.

– Ты мне не нужен. Мне нужна ведьма.

– Виски никуда с тобой не пойдёт. Только через наш труп!

Чезаре осёкся, заметив, что Варлог смотрит не на меня. Он смотрел на Нетту. Все взгляды невольно сосредоточились на ней.

– Эй, вы чего, народ? – удивилась подруга.

Варлог выразительно изогнул бровь.

Небольшой паузы хватило, чтобы намёк дошёл до каждого из нас троих. У Чезаре от напряжения вырвался смешок.

– На каких ты колёсах, друг? Нетта не ведьма.

– Слепец, – прошипел Варлог, сделав шаг вперёд и будто бы даже став выше ростом. Воздух вокруг него потемнел, а голос проникал под кожу ледяными мурашками, заставляя ловить каждое слово. – Ведьма тебя околдовала, поэтому ты её защищаешь.

Чезаре хохотнул, уже не сдерживаясь.

– Знал, что неспроста у тебя зрачки расширены. Любой в этом городе знает, что мы с Неттой…

– …вместе уже тринадцать лет. С того самого дня, когда она ударила тебя лопаткой в специальном загоне для детей, именуемом вами «песочницей». – Принц помахал кому-то в толпе. – Поразительно, сколь полезна, хоть и утомительна, бывает болтовня жаждущих внимания дев.

Всмотревшись, я узнала в помахавшей ему в ответ девушке свою напарницу, «язычницу» Марику. Даже сейчас её рот ни на секунду не закрывался, вещая что-то стоящей рядом компании молодёжи.

Чезаре растерянно коснулся шрама на брови, который всегда носил с гордостью – своеобразный символ их с Неттой любви, напоминание о первой встрече, – и помотал головой.

– Фигня, не может такого быть! Нетта шибанула меня обычной детской лопаткой, и…

– И с тех пор ты ходишь за ней как привязанный.

Последнее слово упало вязкой каплей в наступившей тишине. Праздничный шум отодвинулся куда-то на задний план и казался теперь ненастоящим. Нас четверых будто выдернуло из полного солнечных красок фильма в тёмный пустой кинозал, а смех, объятия и ярмарочное оживление остались на экране рядом.

Голова у меня закружилась, а земля ушла из-под ног, ибо пазл наконец сложился. Вот почему мои чары никак больше не проявлялись – потому что у меня их попросту нет! На кладбище заклинание сработало из-за Нетты, потому что она приложила руку к его созданию – в переносном и прямом смысле, когда касалась записки. Воскрешение Касинеля тоже не моя заслуга: к жизни его вернула заговорённая Имельдой лента для волос, ведь не зря же он признал в ней свою вещь. А я просто запустила магическую реакцию, когда просунула её в сундучок с прахом.