Дворец любви - Джек Вэнс

Друзилла-4, самая юная из всех, медленно вышла вперед. Из трещины в скале две негуманоидные няньки издавали раздраженное щелканье. Девочка спросила:

– Вы – Человек? Тот Человек, который должен прийти и полюбить меня?

Джерсен усмехнулся:

– Я – человек, это точно, но кого ты называешь «Тот Человек»?

Друзилла-4 указала на трещину в скале:

– Они рассказали мне о Человеке. Есть только он и я. Я должна буду полюбить его. Вот что я узнала.

– Но ты никогда не видела этого человека?

– Нет. Ты – первый человек, которого я вижу. Первый, подобный мне. Ты замечательный!

– В мире много людей, – успокоил Джерсен. – Они тебе соврали.

Поднимайся на борт, я покажу тебе еще одного мужчину и девушку вроде тебя.

Друзилла-4 оглянулась вокруг с недоверием и тревогой:

– Вы хотите забрать меня отсюда? Мне страшно.

– Не надо бояться, – улыбнулся Джерсен. – Поднимайся на борт.

– Конечно. – Она доверчиво подала ему руку и вошла в салон. При виде пассажиров девочка в удивлении остановилась. – Я не знала, что на свете столько людей! – Она критически оглядела Этьена, Марио и Танзела. – Они мне не нравятся. У них глупые злобные лица.

Друзилла-4 повернулась к Джерсену:

– Ты мне нравишься. Ты – первый мужчина, которого я увидела. Должно быть, ты и есть Тот Человек, и я останусь с тобой навсегда.

Джерсен не спускал глаз с Марио, Танзела и Этьена. Виолю Фалюшу, должно быть, весьма неприятно слышать такое. Пленники сидели с каменными лицами, глядя на Джерсена с равной степенью отвращения – лишь у Танзела слегка дергался уголок рта.

Джерсен поднял аэрокар в воздух и полетел на самый большой из островов.

Почти немедленно он отыскал деревню и приземлился на центральной площади.

Жители глядели на него в изумлении и тревоге. Неподалеку от деревни было каменное святилище. Оттуда вышла Друзилла-3, спокойная и сдержанная, внешне такая же, как и сестры, однако в чем-то иная. Джерсена она рассматривала с дружелюбным интересом:

– Кто вы?

– Я пришел с большой земли, – объяснил тот, – и хочу поговорить с тобой.

– Хотите, чтобы я исполнила ритуал? Лучше обратитесь к другому божеству. Ародин бессилен. Я молила его перенести меня куда-нибудь, и о многом ином, но он был глух к молитвам.

Джерсен заглянул в святилище:

– Это его изваяние там, внутри?

– Да. Я жрица.

– Дозволь мне взглянуть на него.

– Нечего смотреть – просто статуя, сидящая на троне.

Джерсен зашел в святилище. В дальнем его конце сидела фигура в два человеческих роста. Голова ее была изуродована: нос, уши, щеки отбиты.

Джерсен повернулся к Друзилле-3 и с удивлением спросил:

– Кто повредил статую?

– Я.

– Почему?

– Мне не понравилось лицо. Легенда гласит, что Ародин во плоти должен прийти сюда и взять меня в жены. Я должна была молить статую о том, чтобы он пришел как можно раньше. Я разбила лицо, чтобы отсрочить этот миг. Мне не нравится быть жрицей, но мне не разрешают больше ничем заниматься. Я надеялась, что, раз статуя подпорчена, пригласят другую жрицу, но этого не произошло. Вы заберете меня отсюда?

– Да. Ародин не бог, он просто человек. – Джерсен проводил Друзиллу-3 в салон и указал на Марио, Этьена, Танзела.

– Огляди этих троих. Кто-нибудь из них напоминает тебе статую Ародина, какой она была перед тем, как ты ее изуродовала?

Один из мужчин моргнул.

– Да, – сказала Друзилла-3. – Да, в самом деле. Вот это лицо Ародина. – И она указала на того, кто моргнул, – на Танзела.

Танзел вскричал:

– Эй-эй! Что происходит? Что вы собираетесь делать?

– Я хочу опознать Виоля Фалюша, – пояснил Джерсен.

– Зачем тыкать пальцем в меня? Я не Ародин, не Виоль Фалюш, и даже не Вельзевул, если уж об этом речь. Я – старый добрый Гарри Танзел из Лондона, не больше и не меньше. Да развяжете вы эти чертовы веревки!

– Со временем, – усмехнулся Джерсен, – со временем. – Он повернулся к Друзилле-3:

– Ты уверена, что это – Ародин?

– Конечно! Почему он связан?

– Я подозреваю, что он преступник.

Друзилла-3 рассмеялась чистым счастливым смехом:

– Что за ужасная шутка! Человек вроде этого называет себя богом. Что он надеется получить?

– Тебя.

– Меня? Все эти труды для меня?

– Он хотел, чтобы ты любила, ценила его.

И вновь по кораблю пронесся смех.

– Столько напрасных усилий!

Джерсен, внимательно наблюдая, увидел, как лицо Танзела заливает краска.

– Ты готова уехать отсюда?

– Да… Кто эти девушки, которые так напоминают меня?

– Твои сестры.

– Как странно.

– Да. Виоль Фалюш, или Ародин, странный человек.

Джерсен поднял аэрокар и переключил управление на автоматический режим, чтобы спокойно подумать. До сих пор он не добился бесспорных доказательств. Краска стыда, сходство с изуродованной статуей – все это интересные, но косвенные признаки. По правде говоря, он и на шаг не приблизился к Виолю Фалюшу. Джерсен обернулся и оглядел салон. Наварху надоело сторожить, поэт озирал девушек с тоскливым ожиданием. Возможно, ему почудилось, что одна из них – Игрель Тинси.

Что же предпринять? Эх, раздобыть бы сыворотку правды… Во Дворце Любви ни одна душа не знает хозяина в лицо, и в Атаре, и в Кулихе… На Земле Наварх пользовался кодом для вызова Виоля Фалюша… Джерсен поскреб подбородок – Наварх!

Тем временем поэт зашел в кабину. Джерсен указал на систему связи и отдал инструкции. Наварх ехидно усмехнулся.

Джерсен вернулся в салон и сел около Танзела. Он заглянул в кабину пилота и кивнул Наварху. Тот набрал код вызова Виоля Фалюша. Джерсен наклонился вперед.

На мочке уха Танзела что-то едва слышно запищало. Пленник взвизгнул и задергался в путах.

Наварх мягко проговорил в микрофон:

– Виоль Фалюш! Ты слышишь меня? Виоль Фалюш!

Танзел задергался и встретил внимательный взгляд Джерсена. Его лицо исказила гримаса отчаянья, он извивался в путах.

– Виоль Фалюш, – сказал Джерсен. – Время пришло.

– Кто вы? – прошептал Виоль Фалюш. – МПКК?

Джерсен не ответил. Наварх вернулся в салон.

– Значит, это он. Я так и думал. При его появлении у меня мурашки пробегали по коже. Где Игрель Тинси, Фалюш?