Румо, или Чудеса в темноте - Вальтер Моэрс

Они по привычке срезали путь через Линялый переулок на задворках городской прачечной. Вольпертингеры старались обходить его стороной: резкий запах кислоты и стирального порошка так и шибал в нос. Румо и Урс шли, зажав носы, поэтому не почуяли, какая опасность поджидает за углом. Там, среди корзин, набитых грязным бельем, околачивался Рольф и его банда: Тсако Красенбор, Биала Бухтинг и Олек Дюнн.

— Засада! — выпалил Урс.

Все четверо вразвалочку вышли на середину переулка, преградив дорогу Урсу и Румо.

— Чего надо? — начал Урс.

— От тебя — ничего! — ответил Тсако. — Лучше не суйся.

— А вот это не ваше дело, — негромко, но злобно возразил Урс. Румо поразила его интонация.

— Да ладно тебе, Урс, — заговорил Биала. — Мы тоже не суемся. У Рольфа и Румо свои терки.

— Здесь тебя Рала не защитит, — ухмыльнулся Рольф. — Хочешь пройти — придется иметь дело со мной.

— Подержи-ка, — буркнул Румо, отдавая Урсу сумку с учебниками. Тсако, Биала и Олек отступили на тротуар, а Рольф приготовился к драке.

— Начинайте! — крикнул Олек. — Чур по-честному: без оружия и без зубов. Все остальное можно. Драться до победы. Вперед!

БИТВА В ЛИНЯЛОМ ПЕРЕУЛКЕ

Если бы кто-то вел секретную летопись Вольпертинга, хронику всех до единого событий — скрытых от посторонних глаз, — происходивших на задворках и в темных переулках, в подвалах и полуразрушенных зданиях, в ней наверняка нашлась бы целая глава о черном куполе. Читатель узнал бы, откуда взялась вмятина на голове у бургомистра и как удалось Готу заселить пустой город одними лишь вольпертингерами. Он прочел бы о драке на деревянных мечах между враждовавшими школьными бандами Красных и Черных — случилась она как раз неподалеку от Линялого переулка. Встретилось бы в летописи и подробное описание трехдневной дуэли на сырых яйцах, затеянной в детстве Орнтом ла Окро и неким Гахо Волкингом. А драка между Румо и Рольфом вошла бы в городские анналы как «Битва в Линялом переулке», но, к сожалению, подобной летописи никто не вел.

Это была именно битва, хотя бы потому, что всем присутствующим казалось, будто дерутся не двое вольпертингеров, а полдюжины. Та сила, выносливость и стойкость, какую проявили обе стороны, обратила бы в бегство целое войско вервольфов. В облаке химических испарений Линялого переулка сцепились не живые существа, а две природных стихии, два злобных духа, обладавших сверхъестественной силой.

Нужно признать, в начале битвы Рольф имел некоторое преимущество: приятели подбадривали его криками, да и сам он владел боевыми приемами, о которых Румо и понятия не имел. Рольф наносил сильные и меткие удары, не забывая и о самозащите. С необыкновенной ловкостью уворачивался он от Румо, и тот сыпал удары в пустоту.

Но Румо избежал обыкновенной в таких случаях ошибки и не впал в бешенство. Молча сносил удары, по возможности отражал и вскоре приноровился к тренированному сопернику, к его скорости, к его уловкам, оценил предел его возможностей. Превосходный боец от природы, Румо многое вынес из этой битвы.

Удары Рольфа попадали в цель все реже, Румо оборонялся все успешнее, да и сам стал наносить Рольфу недюжинные удары. Казалось, будто противники поменялись ролями, и вот Румо возвращает Рольфу каждый его выпад, великолепно переняв его движения и ухватки. Теперь Рольфу пришлось бороться с нараставшей яростью. Меткий удар — и у Рольфа опух левый глаз. Приятели его стушевались, зато Урс кричал все громче в знак одобрения.

Рольф решил изменить тактику и повалить Румо на землю, не подозревая, что дает противнику фору. Теперь все решали рефлексы, а не техника, и Румо стал хозяином положения. Он быстрее и крепче хватал соперника, был ловчее и сильнее, дольше задерживал дыхание. Они валялись в грязи, рыча и фыркая, опрокидывали корзины с бельем, кубарем скатились по лестнице в подвал, и каждый раз Румо, уложив врага на обе лопатки и усевшись у него на груди, молотил что есть мочи.

Вскоре Рольф заработал второй синяк и решил перейти к новой технике: ударам в прыжке и летучей борьбе. Уж тут-то ему во всей школе нет равных. Отряхнувшись от пыли, Рольф занял боевую позицию: задние лапы чуть согнуты, плечи выпрямлены, кулаки на уровне головы.

— Сейчас я тебя отделаю, — пригрозил он.

— Давай, — ответил Румо.

— Ну и получишь же ты! — не унимался Рольф.

— Давай же, — повторил Румо.

— В порошок сотру!

— Давай.

Оба вспотели и тяжело дышали. Они ходили кругами, продолжая перебранку, и собирались с силами.

— Я тебе покажу, чем цивилизованный вольпертингер отличается от дикого, — рычал Рольф. — Покажу, чему бы ты мог научиться в школе, будь ты повнимательнее.

Румо приготовился к новому граду неистовых ударов кулаками, однако враг стал бить его задними лапами. Рольф то становился прямо, то наклонялся назад, то падал на землю, то подпрыгивал, то вертелся вокруг своей оси, а кулаки лишь помогали удерживать равновесие. Удары огромной силы обрушивались на Румо, отдаваясь глухим эхом, а Урс сочувственно морщился. Его друга пинали, как футбольный мяч, тычки сыпались с такой скоростью, что Румо даже не успевал защищаться.

Рольф показал все, на что способен. Колотил Румо по спине, в живот, по ляжкам, бил как хотел, когда хотел и куда хотел, одного ему не удавалось: отправить соперника в нокаут. Румо кашлял, хрипел, но каждый раз поднимался. Урс только и ждал, чтобы Румо поскорее сдался и эта бойня кончилась.

Рольф снова стал орудовать кулаками, осыпая Румо градом ударов слева, справа, сверху и снизу. У Румо тоже появился синяк под глазом, он с трудом сопротивлялся, стараясь только не упасть и прикрывать голову, а Рольф молотил его, как боксерскую грушу.

Тсако, Биала и Олек снова стали подбадривать приятеля, и тот еще проворней замахал кулаками. Урс не мог больше на это смотреть, отвернулся и пропустил один из лучших ударов за всю драку: кулак Румо угодил Рольфу прямо в челюсть. Тот, шатаясь, отступил на три шага и остановился, стараясь не упасть в обморок.

Оба держались из последних сил. Рольф совсем выдохся — еще чуть-чуть, и он бы упал. Румо, хотя и берег силы, был сильно измотан бесчисленными ударами. Но соперники снова стали сходиться.

Тем временем стемнело, прачечные закрылись, а все, кто там работал, собрались в Линялом переулке поглазеть на дерущихся. Зажгли факелы, и в их свете гигантские тени Румо и Рольфа заплясали на белых стенах. Совершенно обессилев, противники продолжали бой на словах, но ни один из них не отличался особенной изобретательностью.

— Я тебе задам!

— Ну давай же!

— Ты давай!

— Нет, ты!

— Трус!

— Сам трус!

— Тряпка!

— Сам тряпка!

— Слабак!

— Сам слабак!