Тени леса - Виктория Войцек

Устраивайтесь поудобнее!

У меня припасена для вас еще одна история. Последняя. Самая пугающая, самая…

Шучу, конечно же. Хах. А вы уже уходить удумали. Не закрывайте ладонями уши свои. И не засовывайте в рот пальцы. Это сбивает рассказчика. Это сбивает кого угодно! Попробуйте-ка говорить серьезно с тем, кто во время беседы ладонь лижет, точно роэль с медовым сердцем. Вам не понравится, уверена.

Так вот! Я расскажу вам о страшном чудище лишаре, о храбром музыканте и о еще каких-то людях. Понимаю, эта история должна была прозвучать в самом начале или не упоминаться вообще. Но у меня, как и у вас, еще есть время. И почти полная кружка траува на яровике. А как известно, нет ничего лучше интересного сказа да доброй выпивки.

Дело было в небольшой деревушке близ столицы. Как называлась она? Поди вспомни. Кажется, Аркватта.

Травы в тамошних лесах — по колено, а деревья макушками своими небо цепляют. Голову, бывает, запрокинешь, а где они кончаются — и не видно. И страшно: вдруг ветка на темя упадет. Или зверюга какая из-за кустов выскочит да растерзает. Только мысли мои тогда не об этом были.

Мне хотелось оказаться в новом месте. Вдохнуть его воздух, посмотреть, чем люд честной живет, да подзаработать на пьяных жителях, которым нравилось почти все, что я исполняла. Они, представьте себе, приняли даже срамные песенки о своем повелителе! А кроме них об инхиле Гвальдаре Боре я ничего и не знала.

Аркватта. У этого места приятное название. Слышится в нём что-то такое текучее. Хоть и переводится просто — «Отдых».

Деревушка расположена недалеко от ворот, скрывающих от глаз столицу; именно к ним я и направляюсь. Уж там-то смогу разгуляться — среди пышного празднества и толпы богатых, а главное, невнимательных местных жителей, которые наверняка придут посмотреть на гостей из других тоу да набить пузо сладостями. Я и сама не откажусь попробовать эти липнущие к пальцам шарики из меда и муки, которые так приятно пахнут ягодами и лесными орехами.

Но пока я коротаю время в Аркватте: брожу по широким пыльным улочкам, повесив накидку на локоть. Из приоткрытых окон приятно тянет свежеиспеченными домашними пирогами, а окружающие люди выглядят тошнотворно приветливыми. А ведь раньше казалось, подобное встречается лишь в книгах, в тех, которые с неохотой читала в детстве мать. Она не очень-то хотела, чтобы я мечтала побывать в таком месте. Или, что еще хуже, пыталась его отыскать. Так вышло, что мне уже сорок Половин, и вот я здесь. Как там говорят?

Отведай несвежего мяса, родительница!

Согласитесь, есть что-то подозрительное в столь милых деревушках. Кажется, вот-вот у тебя стащат тимбас или пустую сумку, в которой и нет ничего ценного. Или ты, сам того не ожидая, примкнешь к культу. Со мною такое уже бывало, как вы помните.

Двери церкви приветливо открываются передо мной. В просторное полупустое помещение через мутные окна проникает мягкий свет. Он бережно обнимает стоящую в центре фигуру улыбающегося Мави — Денежного Мешка. Подумав, я не только улыбаюсь в ответ, но и подхожу. Кланяюсь ему в ноги, прижимаюсь лбом к деревянному приступку и кладу в глиняную чашу пару тэнги — только они-то и остались в кармане.

Мави, кажется, становится еще самодовольнее. Да кто бы не стал? Только что ему принесли две мелкие темные монетки, на которых выгравирована какая-то мышь с длинным пушистым хвостом. Вроде именно эту зверину хранитель и держит в руках. Говорят, она в дом богатства несет, ага. На деле же маленькая пушистая дрянь лишь по углам гадит да деревянную посуду точит. Но мне ли спорить с духом? А может, когда-то у нас денег потому и не было, что мать одну такую метлой у порога прибила.