Пандемониум. 3. Кодекс вещих сестер - Евгений Гаглоев

– Какая же ты неловкая, подруженька, – всплеснула руками Женя. – Пожалуй, тебе стоит внимательнее смотреть под ноги.

– Да, да, – удрученно кивнула Луиза, понимая, что все еще только начинается.

А Тимофей вдруг увидел Наташу Морозову. Девушка была в коротком светлом халатике и белых туфлях с меховой опушкой. Ее длинные светлые волосы были схвачены белой лентой, а глаза густо подведены черной тушью. Выглядела она просто потрясающе.

– Привет, – улыбнулась ему Наталья.

– Привет, – немного смутился Тимофей. – Не знал, что ты вернулась…

– Прилетела в Санкт-Эринбург сегодня утром. Услышала о вечеринке и не смогла ее пропустить.

– Кого ты изображаешь? – полюбопытствовал парень.

– Светлану Светличную из фильме «Бриллиантовая рука». Помнишь? Халатик с перламутровыми пуговичками?

– Помню, – рассмеялся Зверев. – Действительно похоже!

– А ты кем нарядился?

– А… – только и смог выдохнуть Тимофей. Он так и не сходил в драмкружок за костюмом. А кого можно изобразить в джинсах, кедах и клетчатой рубашке?

– Леонид Куравлев из фильма «Афоня», – пришла ему на выручку Оксана. – Еще полагается белая кепочка, но мы ее не нашли.

– Не очень похож, – хихикнула Наталья.

– Я старался, – усмехнулся в ответ Тимофей.

– А я сегодня вообще без костюма, – поддержала брата Оксана. – Надела первое платье, какое попалось под руку. А погляди вокруг! Кажется, мы смотримся бледновато на общем фоне.

– У тебя есть оправдание, – произнес парень. – Скоро начнется фильм с твоим участием. Кстати, кого ты там играешь?

– Шпионку, – ответила Зверева. – И да, у меня там будет парочка шикарных нарядов.

К ним приближалась Ирина в черном облегающем костюме. Ее голову венчала корона в виде свернувшейся кольцом змеи, на шее поблескивало массивное ожерелье из крупных черных камней. Выражение бледного лица не предвещало ничего хорошего.

– Всем привет, – холодно поздоровалась девушка. – Веселитесь?

– Пытаемся, но поняли, что наши костюмы никуда не годятся. А ты кого изображаешь? – спросила у сестры Оксана.

– Анидаг, – ответила та. – «Королевство кривых зеркал» смотрели?

– Женщина-змея, – догадался Тимофей. И едва сдержался, чтобы не ляпнуть, что этот образ подходит ей идеально.

– Наталья? – повернулась Ирина к Морозовой. – Вернулась, значит. Так вот почему наш приемный братец так быстро ко мне охладел…

Тимофей изумленно вскинул брови. Наталья и Оксана потрясенно переглянулись.

– Актрисулька и модель. Хорошую компанию ты себе выбрал, Тимофей, – продолжала Ирина. – Весь в отца. Я слышала, Анфиса наделала много шума в академии? Это тебе урок на будущее: не повторяй ошибок нашего папаши. Он всегда любил красивых, но недалеких женщин, вот теперь и расплачивается за это.

– Попридержи-ка язык, – гневно одернула сестру Оксана. – Кто дал тебе право говорить такое?! Наташ, извини ее…

– О, я не в обиде, – спокойно ответила Наталья. – «Анидаг» ведь означает «гадина»? А ты сегодня надела подходящий костюм, Ирина. Полностью отражает твою змеиную сущность.

– А ты, похоже, не так глупа, – хмыкнула Ирина. – Видимо, для тебя еще не все потеряно.

– Я уже сыта по горло твоими оскорблениями, – возмутилась Оксана. – Хочешь испортить людям праздник? Проваливай отсюда, пока я отцу не позвонила!

– И что? – Ирина захлопала ресницами. – Пожалуешься на меня папочке, как в детстве?

– Он найдет на тебя управу!

– Расслабься, сестрица. – Ирина смерила ее презрительным взглядом. – Не стоит беспокоить отца по таким пустякам.

И она скрылась в темном кинозале.

– А ваша сестра совершенно не меняется. – Наталья взглянула на застывших Тимофея и Оксану. – Все так же отравляет жизнь окружающим своим ядом.

– Да ну ее! – фыркнула Зверева и потащила их в зрительный зал. Сеанс уже начинался.

Тимофей никак не мог привыкнуть видеть свою мать на киноэкране. В фильмах и сериалах она выглядела совсем не так, как в обычной жизни. Ангелина обычно играла роковых красавиц, сильных женщин, героинь боевиков. Ее внешность сильно приукрашивали с помощью париков, откровенных нарядов, броской косметики и компьютерных спецэффектов. В жизни она тоже была красива, но все же выглядела куда проще, чем на экране.

В новом фильме Ангелина в компании симпатичного блондина лет двадцати постоянно стреляла, дралась, уходила от погонь на катерах и мотоциклах. В одной из сцен она дралась с Оксаной, и выглядело это вполне реалистично. Тимофею сразу вспомнились тренировки с сенсэем Канто.

– Твоя мать отлично дерется, – шепнула Оксана на ухо Звереву. – Если бы не дублерша, заменявшая меня в опасные моменты, Ангелина размазала бы меня по стенке!

– Правда? – удивился Тимофей. Он и не думал, что мама на такое способна. Всегда считал, что ее тоже заменяют дублеры и каскадерши.

Двухчасовой сеанс пролетел незаметно. После финальных титров в фойе снова зазвучала музыка, но теперь местные рокеры уступили место диджею.

В старом кинотеатре загремели танцевальные ритмы, и посетители пустились в пляс. Выдав три динамичные композиции, диджей вдруг резко сменил пластинку, включив медленную музыку. Администраторы убавили освещение, и в большом зале воцарился легкий полумрак. Полилась приятная мелодия, атмосфера сразу стала романтичной, и несколько парочек вышли в центр танцпола.

Оксана танцевала с Тимофеем, положив руки ему на плечи, под завистливыми взглядами сразу нескольких парней. Неподалеку легко двигались Клим и Серафима, Алиса и Стас, неловко топтались Димка с Кариной.

– Что у тебя с Натальей? – с улыбкой спросила Оксана. – Ты так смотрел на нее при встрече… Кажется, у вас было свидание?

– Только оно ничем не закончилось, – вздохнул Тимофей. – Все мои надежды пошли прахом.

– Она предпочла другого? Это не делает ей чести. Я считала Наталью более проницательной.

– Мы слишком разные, – попытался оправдать Морозову Тимофей. – Она доказала это… Да я и сам понял, что у нас ничего не вышло бы. У Первородных все так сложно.

– Ничего сложного, – отмахнулась Оксана. – Ты или любишь человека, или нет. А все остальное лишь мишура, ненужные условности.

– Но вода никогда не уживется с огнем, а жертва – с охотником. Люди носят маски и часто скрывают свою сущность даже от любимых.

– Все верно, – согласилась Зверева. – Человек не то, что он о себе думает, а то, что он от себя скрывает.

– Мы откровенно поговорили, и Наталья честно расставила все точки над «и». Хорошо, что она сделала это сразу, и мне не пришлось жить ложными надеждами. Главное – мы сохранили дружбу, и никакой обиды я на нее не держу.