Не хочу жениться! - Мария Сакрытина

— А… живут они?.. — продолжил граф.

— На болоте. — Вася отодвинула тарелку. — На Корчаковском.

— Там же очень опасно! — вставила леди. — Там нежить!

— О да-а-а, — мечтательно улыбнулась Вася. — Выйдешь, бывало, на завалинку, а там гидра поет… И ты ей подпеваешь… Красота!

— Действительно, — пробормотала мама, взглядом пригвоздив Эрика к креслу. — А как вы познакомились с моим… с нашим сыном?

— Вася — моя студентка, — улыбнулся Эрик.

Мама уронила вилку с ножом, и те неприятно звякнули.

— Что? Вася, вы тоже некромант?!

— Я — боевой маг, — с видом оскорбленной добродетели поправила Вася. И добавила: — Я только в этом году поступила.

И мать, и отец повернулись к Эрику.

— То есть… вам… Вася, семнадцать?

— Шестнадцать.

Мама улыбнулась.

— Эрик, тебе не кажется, что твоя… невеста… еще слишком юна для брака?

За Эрика ответила Вася:

— А мой папа считает, что мне уже детей давно пора иметь!

Мама побледнела.

— Эрик, — слабым голосом начала она, — вы же еще… не…

— Мама! — оскорбленно отозвался Эрик.

Леди Эрина выдохнула. Граф подлил ей вина и улыбнулся Васе.

— И что, вы очень любите нашего сына?

— Жить без него не могу, — зловещим тоном отозвалась Вася и чуть не насадила на нож руку лакея. — Вот так вот люблю.

— Эрик? — прошептала леди Эрина.

— Мы очень друг друга любим, — улыбнулся Эрик, вспоминая все чаепития в этом, прошлом и позапрошлом годах. — Ну очень!

Мама вздохнула, но больше ничего не спрашивала. Отец тоже. Он только попытался завести с Эриком разговор о политике, не слишком уместный, когда за столом дамы. Эрик вяло его поддержал, Вася внимательно слушала, но молчала — и слава богу.

После ужина леди Эрина спросила — весьма неловко:

— Дорогая, где вы любите спать? — Она имела в виду, должны ли выходить окна на юг, север, запад или восток?

— В гробу, — отозвалась Вася, и лицо леди Эрины вытянулось.

А Эрик сдал «невесту» с рук на руки лакею, чтобы тот проводил ее в гостевую комнату, и поспешил на кухню — исполнять обещание. Пришлось, правда, объяснять слугам, а особенно повару, почему Эрик готовит сам, но… Это такие мелочи, честное слово!

На кухне его и нашла леди Эрина: Эрик как раз занимался сиропом из голубики.

— Дорогой, ты уверен, что… это… эта… Ва-ся — твоя любовь?

Эрик с деланой улыбкой повернулся к матери. Слуг на кухне уже не было — но они наверняка подслушивали за дверью.

— О да, матушка.

— Тебе не кажется, что это слишком… внезапно?

Эрик улыбнулся шире.

— О нет! И кстати, наша свадьба завтра.

— Эрик! — выдохнула леди.

— Но, матушка, вы же так желали этого брака. Как я могу заставлять вас ждать?

— Этот… брак? — выдохнула леди. — Эрик, дорогой… Давай ты еще подумаешь? Хотя бы ночь? Я найду тебе невесту лучше — красивую, умную, воспитанную…

«Да-да, — подумал Эрик. — Не сомневаюсь».

— Нет, матушка, кроме Васи мне никто не нужен.

Леди Эрина с трудом скрывала слезы, когда покидала кухню, а Эрик нес «невесте» мороженое и знал, что ночь будет думать как раз матушка. А завтра… О, завтра она станет умолять Эрика не жениться вообще!

Надо ли говорить, что наверх, во флигель, Эрик чуть не летел.

У себя в комнате он с удивлением обнаружил гроб. На крышке сидела флегматичная Вася и с видом весьма философским расчесывала пятерней волосы. Те словно сплошь состояли из колтунов, но Васю это не смущало.

К мороженому она потянулась не глядя, а потом даже не поблагодарила.

После, правда, спросила:

— А нам вместе спать обязательно?

Эрик выложил на письменный стол свои конспекты к лекциям и вторую главу тезисов.

— Не беспокойтесь, Вася, я спать не буду, поэтому «вместе» не получится. Спокойной ночи.

Вася хмуро посмотрела на него, вздохнула. Эрику показалось, что она хотела что-то сказать, но Вася только снова тяжело вздохнула, забралась в гроб и захлопнула крышку.

Она долго потом ворочалась — Эрик слышал, пока описывал очередной эксперимент к тезисам. А где-то к полуночи крышка откинулась, и Вася восстала.

— Что случилось? — спросил у нее Эрик. — Свет мешает?

Вася глянула на него виновато.

— Не могу уснуть. Гроб другой. Твердый. Странно как-то…

— Принести что-нибудь? — снова вернувшись к тезисам, из вежливости спросил Эрик.

Вася помолчала.

— А можно вас попросить, учитель?

Эрик удивленно обернулся — такой у нее был робкий голос.

— Конечно. В чем дело?

— Я… вам помогла?

Эрик улыбнулся и мысленно надавал себе пощечин. Притащил девчонку в чужой дом, заставил играть не просто какую-нибудь роль, а невесты, потом сунул ей в награду мороженое и сказал спать. Фу, даже мысленно это звучит грубо.

Он отложил перо, подошел и сел рядом с гробом на стул.

— Очень, Вася. Вы умница. Я у вас в неоплатном долгу.

Вася посмотрела на него исподлобья.

— Тогда поцелуйте меня.

Эрик замер.

— Зачем? — Идиотский вопрос, но он слишком опешил.

— Не знаю, — пожала плечами Вася. — Просто… поцелуйте, и все. Пожалуйста.

Сейчас, в мятом платье, встрепанная, робкая, она напоминала мокрого котенка. Эрик подумал, что нужно сразу поставить точку, нужно объяснить ей, что все это не по-настоящему, чтобы иллюзий и воздушных замков не строила… Но вместо этого подошел ближе, наклонился и чмокнул Васю в лоб.

— В губы, — выдохнула Вася. Совершенно не страстно, жалко даже. Эрик посмотрел на нее, не удержался, погладил по голове и легко коснулся губами ее губ. И тут же отпрянул.

— Спите, Вася. Пожалуйста, вам нужно выспаться. В вашем возрасте… — Он поморщился и замолчал.

Вася провела пальцем по губам и кивнула.

— Спокойной ночи, учитель.

— Спокойной ночи, — отозвался Эрик и отвернулся.

Пару мгновений спустя он услышал стук крышки и, хмурясь, в который уже раз перечитал только что написанную строчку.

«Что это было? И зачем?»

Утром он проснулся на рассвете, обнаружив, что спал на конспектах. Кое-как разогнулся, мысленно выругался, потянулся. Посмотрел на гроб. Тот молчал, и крышка была закрыта: Вася, конечно, еще спала.